Печать PDF

Священник Даниил Сысоев
Гражданин Неба


Содержание

Уранополитизм
Святые граждане Неба
Патриотизм
Национализм и небесное гражданство
Взгляд на мир
Заметки по истории
Богословские ответы
О миссионерстве



Зовите всех в Небеса.
Священник Даниил Сысоев

УРАНОПОЛИТИЗМ

Почему я уранополит
Уранополитизм (от греч. uranos – «небо», polis – «город») – это учение, утверждающее главенство Божественных законов над земными, примат любви к Небесному Отцу и Его Небесному Царству над всеми естественными и греховными стремлениями человека. Уранополитизм утверждает, что главным родством является родство не по крови или по стране происхождения, а родство во Христе. Что христиане не имеют здесь вечного гражданства, но ищут будущего Царства Бога и потому не могут ничему на земле отдавать своего сердца.
В смертном мире христиане – странники и пришельцы, а их родина на Небе. Где Родина у христианина, заботами о которой должно переполняться его сердце? Где то место, о котором православный человек может сказать: «Вот теперь я, наконец, дома!»? Много приходилось слышать в последние годы рассуждений на эту тему. Нам предлагали в качестве Родины и Россию, и СССР, и Америку, «родину свободы». Нам предлагают во имя народа или государства согласиться с преступлением или посвятить всю свою жизнь служению отечеству или нации. Нам предлагают считать высшим благом благосостояние той страны, где нам суждено родиться или где родились наши предки, и ради этого забыть суд, милость и веру. Нас упрекают в том, что Церковь «не борется за права народа», или, наоборот, пишут, что «Церковь всегда служила России» (текст баннера одного подмосковного храма).

Но вместо всего этого я предлагаю нам, православным христианам, вернуться к старым и уже забытым многими словам Писания: «Не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего» (Евр. 13, 14). Наша единственная и вечная Родина – это Небо. Там живет наш Отец, там наши сограждане – святые, там Церковь найдет вечный покой после долгой войны с дьяволом. Там нет тления и смерти, а вечная радость. Туда мы сбегаем навсегда. Мы люди великого Исхода, ибо выходим мы от смерти к жизни и от земли к Небесам, воспевая песни Христовой победы. Над нами уже нет власти дьявола, ибо Крест освободил нас. Мы больше не рабы греха, ибо очищены Кровью Иисусовой. «Искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени, и соделал нас царями и священниками Богу нашему; и мы будем царствовать на земле». (Откр. 5, 9–10).
И теперь, одетые царственностью Господа, мы можем судить о делах этого мира. Мы не националисты, ибо во Христе и в Его Церкви уже нет наций. Мы, бывшие русские и татары, евреи и американцы, стали одним новым народом, народом Завета. Мы молимся и болеем сердцем за то, чтобы как можно больше людей одного с нами языка (ровно так же, как и людей иных народов, – тут нет никакой разницы) ввести в небесный Дом. Свои для нас – христиане вне зависимости от языка, гражданства, цвета кожи и страны проживания. Но и чужие для нас – это те, кто призван стать нашими. Ведь мы с жалостью смотрим на тех, кто гибнет в тенетах мира сего, и предлагаем им взойти на единственный Корабль, уплывающий в небо, – в Церковь Божию.

Мы не являемся патриотами земли, ибо помним слова свт. Григория Богослова: «Земные же эти отечества и породы суть только забава нашей временной жизни и лицедейства. Ибо и отечеством именуется то, что каждый украл или насилием, или собственным бедствием, и где все одинаково странники и пришельцы, сколько бы мы ни играли названиями… И потому предоставлю тебе высоко думать о гробах и баснях; а сам попытаюсь, сколько могу, освободиться от обольщения, чтобы или возвратить, или сохранить благородство» (Слово 33). Мы стремимся в Новый Иерусалим и только с его интересами соотносим свои поступки. Мы «горе имеем сердца», и для нас важно то, что мы сможем сохранить в небесных сокровищах.

Уранополиты – члены Тела Христова, превышающего родство по языку, единство по государственному гражданству, и потому интересы Всемирной Церкви для нас важнее всех остальных интересов. Только тому, кто стал истинным гражданином Неба, доступна истинная свобода, о которой сказал Спаситель: «Если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Ин. 8, 36). Мы уже не обязаны думать в унисон с этим тленным миром. Мы не должны считать, что общество, народ, государство важнее человека. Нет, когда все народы исчезнут, когда все царства земли рухнут, когда погаснут все звезды, мы будем жить во плоти у себя на Родине. Государство для нас создано Богом, а не мы для государства. Народы – результат проклятия Вавилона – исчезнут, но останутся все люди, их составляющие, которых Отец наш Небесный повелел любить, как самих себя. И мы, бессмертные, можем не зависеть от мнения мира сего, ибо знаем, что «мир прогнется под нас». Ведь наш Вечный Царь старше Вселенной.

Мы чтим власти, установленные Творцом, и исполняем те законы, которые не противоречат Божией воле, но никогда не будем воздавать им то служение, которое подобает одному Богу. Мы знаем Истину и потому никогда не поклонимся лжи и не одобрим ее, а, напротив, по заповеди апостола «будем ее обличать» (Еф. 5, 11). Только граждане Неба могут исполнить заповедь апостола Павла: «Всегда радуйтесь!» (1Фес. 5, 16). Ведь, если подумать, как может всегда радоваться христианин-националист, патриот, либерал и т.п.? Идеология скажет ему: «Как можешь ты радоваться о Боге, когда твой народ страдает? Отечество в опасности, а ты веселишься? Грубо нарушаются неотъемлемые права человека, а ты только и думаешь о каком-то радостном будущем?» Все это заставляет поникнуть голову христианина. И ведь это правда. Долго ли будет радоваться христианин-националист, когда его нация теряет свои исконные места обитания? Будет ли ликовать о Христе христианин-патриот, когда его Отечество в опасности? Где радость у христианина-либерала при постоянном нарушении его прав государством?

Единственный выход у него – стать гражданином Неба. Только тут та радость, о которой говорил Спаситель: «Приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я… Я увижу вас опять, и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас» (Ин. 14, 3; 16, 22). И тогда все беды земли для него станут чем-то неважным. Как сказал Златоуст: «Если ты будешь в поездке в Персии, и тебе предложат купить дом, не сочтешь ли ты такого безумным, а ты поступаешь так же, заботясь о земном и прилагая к этому сердце». Как сказал свт. Василий Великий: «Меня невозможно сослать, ибо всякое место для меня чужбина, и на всяком месте Владычество Божие».

И тогда, если твой народ страдает, ты увидишь за этим справедливую руку Бога и поможешь людям одного с тобой языка найти Наказывающего и Милующего Судью. Но при этом ты будешь помнить, что есть только один народ, к которому ты принадлежишь по-настоящему, – это народ Бога, «люди, взятые в удел, избранные из тьмы в чудный Божий свет» (1Петр. 2, 9). А о нем гражданин Неба не беспокоится, зная, что из руки Бога Отца похитить нельзя. Отечество небесного гражданина всегда в безопасности, ибо кто может повредить Новому Иерусалиму? А гонения на земле для народа странников естественны. Ведь как говорил св. Иустин Философ, «мы знаем, что христиане будут гонимы всегда, пока не вернется Христос и не освободит нас». Государство же, в котором гражданин Неба странствует, он будет защищать по заповеди повиновения властям в той мере, в какой оно не враждует против Бога (Рим. 13, 1–6).
Но сердца его государство не трогает, ибо все видимое временно, а невидимое вечно. Если уранополит поставлен от Бога быть властителем, то будет властвовать не для народа, а для Господа. В результате и народу будет лучше. И молитва уранополита лучше помогает правителям, чем все крики патриотов. И о правах человека гражданин Неба не беспокоится, помня, что Верховный Судья рассудит всех на земле. Но для того чтобы угодить Господу, небесный гражданин защитит слабого, пожалеет оскорбленного, ниспровергнет злодейство. И не во имя чьих-то прав, а во имя Бога Справедливого. И главное, он всегда радуется, ибо его беззакония покрыты и грехи прощены. Радуется, ибо его корабль скоро покинет землю, чтобы уплыть в небо. Он ликует, ибо Царь Небесный победил сатану, мир и смерть. Он ожидает конца Вселенной и молится о его приближении по заповеди Спасителя, потому что его сокровища в небе, дворец строится там же. Там его народ, там его друзья. И Христос, Жених наших душ, вернется за нами, чтобы навсегда забрать нас из-под бремени смерти и ввести в Свое вечное Царство, где всех верных граждан Неба ожидают вечный венец и нетленный трон, который не свергнет ни один мятежник.

Так зачем же нам цепляться за тление? Зачем прилеплять сердце к тому, что мы покинем навсегда? Зачем в сердце то, что не войдет в вечность? Бегите в небо, все причастные тайне Христа. Будьте гражданами Небесного Иерусалима, все запечатанные Кровью Господней. Нас ждет Бог Отец, разве мы променяем Его объятия на обманчивый морок тьмы века сего и обольщения человеческих идеологий? Сама возможность попасть в Небеса – это чистый дар, выросший из Крови Голгофы. Так давайте не посрамим ее, а станем все гражданами Неба, чтобы там царствовать вечно. Ведь как писал свт. Иоанн Златоуст, «…первая добродетель, и добродетель всеобщая состоит в том, чтобы быть странником и пришельцем в этом мире и не иметь ничего общего со здешними вещами, но быть в таком отношении к ним, как к чуждым для нас» (Толкование на Послание к Евреям. 24.1).

Зачем нужен новый термин
Этот вопрос мне задают многие мои друзья, которые совершенно справедливо замечают следующее: то, что я пишу, – это и есть самое обычное христианство, изложенное в Библии и у отцов Церкви. Попробую объяснить свою позицию. На мой взгляд, в мировоззрение многих современных православных людей вкралось столько псевдохристианской мифологии, что, если мы скажем «просто христианство», нас обвинят в протестантизме, а слово «Православие» в сознании огромного количества людей обозначает нечто совершенно неопределенное, абстрактное. Сейчас православным себя называет, например, Карпец (обычный гностик по нормальной классификации), царебожник (язычник по традиционной классификации), атеист вроде Лукашенко и т.д. Нам страшно мешает также «теория теологуменов», когда каждый желающий считает себя вправе приписывать слову «Православие» какие угодно значения. Мы столкнулись при осознании Церкви, действующей в мире сем, с той же проблемой, с которой столкнулись христиане I Вселенского Собора, говоря с арианами. Одни и те же слова в сознании разных людей несут часто взаимоисключающие значения. И при этом людей не коробят выражения подобного содержания: «Церковь всегда служила России». Хотя обычная первая Заповедь Декалога запрещает служить кому бы то ни было, кроме Бога.

Я считаю, что необходимо ввести новый термин, с которым не согласились бы сторонники «гибридных православий». Слово «уранополитизм» новое, а потому его пока невозможно истолковать превратно. Оно совершенно четко проводит грань между Православным христианством и патриотическим «христианством», отделяет Православную веру и от национализма, и от космополитизма, и от либерализма. Термин этот даже более укоренен в Писании, чем Никейское «омоусиос». Город Небесный упоминается в Писании неоднократно (Откр. 21, 22; Евр. 11, 10–16; 12, 22; 13, 14), и потому выражение «уранополитизм», или «небесное гражданство», просто библейское. Относительно того, что звучание нового термина может вызывать ложные ассоциации, мне кажется, что свинья грязь найдет везде. Думаю, гадкую ассоциацию можно подобрать любому другому слову. Бессовестных и не боящихся Бога людей (типа одного киевского священника с его «уринополитизмом») всегда найдется много. Можно называть это направление мысли и по-русски – «небесным гражданством», но это все же два слова, а не одно. Впрочем, это вопрос вкуса. Я не знаю, какой вариант приживется. Да мне это и безразлично, главное, чтобы Церковь сохранила свой неотмирный взгляд на происходящее.

Что же касается ассоциаций с политикой, они вполне оправданны. Уранополитизм – Христова программа жизни в этом мире. Она включает в себя в том числе и вполне конкретные взаимоотношения с любыми формами государственной власти. Вопреки распространенному мнению я убежден – христианство не может быть совместимо ни с одной существующей мирской идеологией в чистом виде, но при этом оно имеет совершенно четкий взгляд на все процессы этого мира. Именно небесный взгляд на земные процессы я и называю уранополитизмом.

Истоки
До начала времени в Предвечном Совете Триединый Бог решил создать разумных существ, которые должны были стать единым Целым под главой Сына Божия. По великому этому замыслу все существа тварной Вселенной должны стремиться к своему Источнику как к цели и в Нем находить покой и смысл существования. Причем каждому разумному существу отведено особое место в замысле Бога, которому нет сравнения. Но все существа должны составить особое единство, будучи пронизанными Единым Святым Духом, Который и уделяет каждому его место, и объединяет всех в Божественной Любви. По слову святителя Григория Богослова, Великий Мирородный Ум созерцал до начала времен в Своих великих умопредставлениях образы грядущего мира. И вот именно тогда, когда еще не упала ни одна песчинка из часов времени, Бог Отец задумал привести к единству с Сыном Своей любви всех тех, кто свободно возжелает Его любви. Это и была предсуществующая Церковь, о которой говорит Ангел покаяния апостолу Ерму. И мир создан только ради Нее, а не ради государств, наций или партий.

Именно тогда, когда еще не было времени, был задуман уранополитизм как главная движущая сила творения. Небесное тяготение заложено в сердца всех разумных существ еще тогда, когда ни одно из них не было создано. И все разумные существа, скованные цепями тления, до сих пор чувствуют в самых сокровенных глубинах своего духа неясную и неутолимую тягу к небесной Родине, которая заложена была в их сердца тогда, когда Бог не создал еще ни одной пылинки будущей Вселенной. Но реализуется эта тяга лишь там, где человек сможет разглядеть тайный и удивительный замысел Бога о самом себе, в том особом месте, которое и называется Православной Церковью.

О православном уранополитизме
Православные христиане – убежденные глобалисты, подданные всемирной империи Господа Иисуса Христа, поэтому для нас не является ценностью многообразие культур в мире. Всякая культура, не пожелавшая поклониться Христу, обречена. «Всякое растение, которое не Отец Мой Небесный насадил, искоренится» (Мф. 15, 13).
Нам важно сердцем переживать как свои беды и радости всех православных христиан. Мы должны преодолеть пагубные разделения между ними. Думаю, что крайне полезным было бы посылать на вновь открываемые приходы за границей исключительно новых епископов, наделенных полномочиями правящих. Таким образом, представлялось бы возможным быстрое создание целой сети епархий, которые в будущем должны были бы перерасти в Поместные Церкви.

Я сделал карту православного мира, и что страшно: 90% епархий мира находятся в Европе и на Ближнем Востоке. Огромные просторы Азии, почти вся Центральная и Южная Америка, вся Океания совершенно не охвачены сетью епархий – 3/4 населения земли не может получить адекватной возможности принять Православие. Думаю, если бы Русская Церковь поставила вместе с другими Церквами эту задачу, то в течение 10 лет могли бы появиться епархиальные центры хотя бы в каждой столице мира, а в дальнейшем – и в каждом областном центре. Только тогда возможна адекватная миссия. А как иначе может действовать миссионер, если ему, например, надо вернуть раскольников в лоно Церкви или основать тот или другой приход? Неужели для каждой хиротонии или освящения антиминса надо привлекать Москву?

Что касается множественности культур, то я убежден, принимая за основание взгляды святых отцов, что на самом деле на земле существуют только три народа – язычники, иудеи и христиане. Все другие виды разделений (язык, обычаи, характеры, государственное устройство) существуют лишь в рамках одного из этих трех, если угодно, «культурных проектов». Из них только один открыт Богом – Православное христианство, другие два – результат мятежа (древнего – язычники, нового – иудеи), вдохновленного дьяволом. Не является удивительным тот факт, что между этими тремя народами всегда идет война. Это земное отражение духовной битвы ангелов, потому и победить в ней можно только духовными средствами (молитва, пост, добрые дела и, что главное, – миссия). Само по себе существование множества народностей (языков – в библейской терминологии) – результат проклятия строителей Вавилонской башни. Наличие границ между народами – результат Божия карантина, предотвращающего окончательное разложение человечества (см. «Деяния святых апостолов», глава 17). После прихода Христа задача эта заканчивается, и начинается эпоха Вселенской Православной Церкви, в которой «уже нет ни эллина, ни иудея» (Кол. 3, 11). Нормальные православные христиане уже две тысячи лет осознают себя не по национальному, а по религиозному признаку, о чем говорит даже самоназвание большинства русских – крестьяне, то есть христиане.

В настоящее время национализм внутри Церкви – одно из самых опасных орудий сатаны. И совсем не случайно то, что почти все расколы последних 200 лет идут под знаменем «Незалежнiй державi — незалежну церкву», и русский национализм здесь не исключение. Мы должны прекратить заигрывать с национализмом внутри Церкви и подчеркнуть всемирную миссию православных. Даже с практической точки зрения подчеркивание национальной исключительности – путь к разгрому. Все устойчивые империи были построены теми, кто знал или хотя бы претендовал на обладание исключительной всемирной истиной. А тем более позорно нам, русским, усиленно подчеркивать свою национальную уникальность. Мы православные христиане, и братьями нам приходятся все православные меж четырех морей (уж простите за перефразирование Конфуция). Существует ряд положений, которые формально должны приниматься всеми православными, но в реальности просто забыты. В наше время беспрепятственно вырастает «русский талмудизм», извращенные эсхатологические представления (вроде того, что в Россию Антихрист не войдет), и все это почему-то считается не обновленчеством, а ортодоксальным православием, хотя еще пятнадцать лет тому назад о подобных вещах большинство христиан и не подозревало.

Итак, мы предлагаем для обсуждения ряд тезисов, которые должны быть положены в основу любой философии или политической доктрины, претендующей на то, чтобы ее считали православной.
1) Православная Церковь – это глобальный проект Святой Троицы, всемирное братство людей и ангелов, которое преодолевает национальные, культурные и государственные разделения людей.
2) Интересы Церкви бесконечно важнее, чем интересы любого государства или общественной группы в мире. Канонической территорией Православной Церкви является весь земной шар. Каждый православный должен считать своими беды и радости любого православного человека планеты. Всемирные интересы Церкви преодолевают национальную или культурную изоляцию, порожденную проклятием Вавилонской башни.
3) Отечество для христиан там, где наш Отец: на Небесах. Мы являемся гражданами Неба, наш город – Новый Иерусалим, а на Земле мы – странники и пришельцы.
4) Любая страна, где живут христиане, должна восприниматься ими как гостиница. Поэтому мы заботимся о том месте, где живем: поддерживаем порядок в номере, выдворяем хулиганов, платим налоги за проживание, но наше сердце не должно быть на земле.
5) Государственная власть – благо, данное Богом. Власть лучше анархии, поэтому за любую власть христианин должен молиться, дабы она исполняла волю Бога.

Из вышеприведенных принципов вытекает ряд посылок в строительстве православной политики. Сама по себе форма власти может быть разная – это и теократия (высшая форма власти), и монархия выборная (имперский вариант), и наследственная (как в России), и разные формы демократии (совет старейшин и другие). Но общим принципом устройства общества должна быть констатация приоритета законов Бога над законами людей. Если власть не считает себя христианской, то и поддерживаем мы ее постольку, поскольку она поддерживает порядок. Если власть понимает, что за свои поступки она ответит не перед народом, а перед Богом, то она должна соизмерять свои поступки с правами Бога. Никакая власть в соответствии с Писанием и канонами не может вмешиваться во внутренние дела Церкви – вероучение, церковный суд – ведь это сфера странствующего Града. Но с другой стороны, в гостинице расположение комнат и поселение постояльцев – компетенция управителей. Так и проведение границ областей, вопросы налогообложения и прочее земное находится в компетенции власти. Вопросы автокефалии той или иной части Вселенской Церкви, как относящиеся к сфере церковного суда, не должны контролироваться властями, хотя они и могут высказывать свои пожелания.

Государство имеет от Бога полномочия на два главных дела – безопасность граждан и правосудие. По эффективности именно этих двух систем и должна оцениваться деятельность власти. Власть не способна построить рай на земле, но может помешать аду. Бог не поручал власти заниматься образованием своих сограждан, власть учения дана только священству и отцам в семье. Мы не признаем принципов безбожного образования, ибо передать образ Бога, выводя за скобки Его Бытие, невозможно, сама эта попытка преступна, за это последует наказание и в Судный День, и сейчас. Именно в нехристианском образовании и находится корень нынешнего духовного и государственного кризиса. Думаю, не случайно в 90-х годах кара Божия упала именно на учителей и врачей. Первые убивали души, а вторые (через аборты) – тела людей.

Ответ противникам
В Интернете появилась статья против уранополитизма. По сути вопроса автор статьи не дал никаких принципиальных аргументов. Он пишет, что вселенский характер Церкви утратился благодаря возникновению национальных Церквей (хоть я не понимаю, что особенно национального было, например, в английском христианстве, где даже богослужение совершалось всегда на латыни). Но я не понимаю, что такого специфически русского было в русском Православии. Вера, слава Богу, у нас не русская, а Христова, заповеди тоже Божии. Святость русских святых ощутимо не отличается от святости подвижников Египта, Палестины или Ирландии. Даже отношения государства и Церкви строились у нас либо по византийским, либо по европейским образцам.
Совершенно непонятно, что автор статьи хочет от меня или от других священников. Чтобы мы организовывали «погром в Жмеринке»? Так это же уголовщина, я уж, простите, Уголовный кодекс чту. Выгнать мигрантов у меня нет ни сил, ни возможностей. Да и толку для Церкви от этого не будет. Если меня спросит прокурор или депутат о том, выгонять или нет мигрантов, то ему я скажу свою точку зрения. А так – иначе как пустословием все мысли автора назвать я не могу. А ведь за каждое праздное слово дадим ответ на Суде. Но самым опасным я вижу стремление поставить мифическую монархию выше реальной Церкви (да и реальной России). Мое мнение: будет монархия – хорошо, нет – душе христианина хуже не будет. Но если из-за монархизма оскорблять священников, то душе явно будет вред.

Я убежден, что священство выше царства, и попытка поставить царство над священством душевредна. Церковь вечна, а все царства земли (в том числе и Россия) временны, и доказать обратное, не отвергнув всю Библию, невозможно. Я очень уважаю все православные точки зрения, но Писание в святоотеческом понимании, уж простите, мне бесконечно важнее. Если человек будет сердцем привязан к земле, то его душе будет нанесен серьезный вред. О России нужно заботиться (см.: Рим. 13), но забывать, что это только гостиница по дороге в небо, нельзя. А служить в религиозном смысле России – это просто нарушение Заповеди. Господу Богу Твоему поклоняйся и Ему Одному служи.

Из-за нашего терпимого отношения к национализму у многих православных серьезно повреждена сама вера. На это вызов необходимо дать точный ответ: «Если мы только в этой жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех людей» (1Кор. 15, 19). Вот этот подход сейчас напрочь забыт. Почему-то считается неприличным говорить от имени Бога, хотя именно этого и ждут люди от священника. «Ибо уста священника должны хранить ведение, и закона ищут от уст его, потому что он вестник Господа Саваофа» (Мал. 2, 7). Однако сейчас принято считать, что говорить от имени Бога «ведет к прелести», «не является смирением» и т.д. Это поистине Антихристов подход. Ведь согласно апостолу Иоанну, дух Антихриста может и не хулить Христа, он просто Его вежливо игнорирует. Как-то Йосиф Рацингер сказал, что «церковь слишком занята собой, чтобы говорить о Христе». И это, к сожалению, правда, не только для католиков, но и для православных. Часто ли в православной публицистике говорят о точке зрения Бога на то или иное событие? Недавно перечитывал Златоуста, этого публициста IV века. Так он только о Боге и говорил. А у нас бывает сложно отличить публикацию православного человека от светского политолога. Вместо разговоров о спасении, о подготовке к будущей жизни, только и слышишь, соответствует ли то или иное мировоззрение интересам государства, общества, либеральным ценностям и т.д. Об одном только забыли – о Христе. А потому и неизбежны тупики, в которые мы сами загоняем себя. Нам необходим новый подход, который я называю уранополитизмом. Мы должны смотреть на все с точки зрения вечности. Ведь только тут мы найдем решение всем нашим проблемам.

Уранополитизм требует от нас превращения всей нашей повседневной жизни в подготовку к жизни будущей. Наша Родина на Небесах, скоро нам туда, потому надлежит собирать чемоданы, переводить туда вклады, обзаводиться друзьями. А здесь нельзя терять ни минуты. Молись и трудись. Каждый взмах веника – это четки, каждая вымытая чашка – «Богородица». Выполненный качественно труд – дело Божие. Ведь вся работа наша должна быть посвящена Творцу, а иначе в вечность она не уйдет. Вот этот уранополитический подход может сломать те тупики, в которых оказалось наше общество, да и все человечество. Когда нас загнали в угол, надо подниматься вверх по стене! И только с уранополитической высоты, с горы Нового Иерусалима можно разглядеть удивительные пути Промысла, который реально управляет миром.

К чему приводит радикализм
Перечитывал митрополита Макария (Булгакова) и поймал себя на интересной мысли. Как меня только не обвиняли за радикальность! Я и креационист, принимающий буквальность Шестоднева вопреки крикам прогрессивной общественности, и не верю в спасение вне Церкви, и не считаю заместительное Искупление ересью, а точным выражением Православия (хотя и не исчерпывающим). И что же оказалось? Оказалось, что я пришел к великим догматическим системам XIX века. Макарий и Филарет, Сильвестр и Антоний учили точно тому же! Это как в рассказе Честертона, где герой открывает новый остров и оказывается в Англии. Надо чаще перечитывать классику, и тогда мы будем крайними радикалами.

Чувство странничества
Я думаю, что чувство небесного гражданства присуще практически любому человеку, не развращенному до конца. Разве есть люди, которым не казалось, что все удовольствия земли как-то слишком слабы, что они не настоящие, а призрачные? Разве не было у человека ощущения при взгляде в высокую бездну небес, что там есть Тайна, превышающая все загадки мира? Разве есть человек, которому не наскучила вся земная суета с этой политикой, заботами, бизнесом и которому не захотелось бы найти Царства неразрушимого? «На ложе моем ночью искала я того, которого любит душа моя, искала я его, и не нашла его. Встану же я, пойду по городу, по улицам и площадям, и буду искать того, которого любит душа моя; искала я его, и не нашла его. Встретили меня стражи, обходящие город: “Не видали ли вы того, которого любит душа моя?” Но едва я отошла от них, как нашла того, которого любит душа моя; ухватилась за него, и не отпустила его» (Песн. 3, 1–4).

Тесно здесь, слишком сильно смерть и тление разложили мир. Слишком много лжи и неправды во всем, к чему на земле привязывалась душа. Травит душу мир сей смертным ядом страсти, сладким ядом, приятным ядом, а потом и гнусным, порабощающим ядом. Мутит зрение мир тиной человеческих и дьявольских идей, цель которых – приковать нас к земле любым способом, добрым или злым. Но есть хрустальный источник за пределами мира. В нем отмывает душа эту нечистую заразу, им отмывается грязь с духовных очей. И та душа, которая хоть чуть-чуть попробовала от этого источника, разве не скажет: «Я скинула хитон мой; как же мне опять надевать его? Я вымыла ноги мои, как же мне марать их?» (Песн. 5, 3). Зачем мне вновь скитаться по пыльным перекресткам человеческих мыслей? Зачем мне служить чему-то, что не сопроводит меня в Вечность?

Не желаю я следовать мнениям людей, желаю следовать только воле Господа моего. Не желаю обманывать и быть обманутым, желаю жить в Истине, вкушать Истину как благоуханное вино, наслаждаться Ею как сотами меда. Странники мы здесь, христиане, и пришельцы. И Первый из странников Тот, Кто не имел где главы приклонить, Кто даже погребен был в чужой могиле. Но есть у нас Родина, есть у нас истинное Отечество, куда стремится сердце наше. Там город святых, и наши друзья – Ангелы и люди. Там тайный сад, а в нем садовый источник – колодезь живых вод. Там мы приучимся видеть Бога как Он есть, и наш Небесный Отец соберет нас вместе. И пусть туда приведет нас Царица небесных граждан, Преблагословенная Мария. «Жительница садов! Товарищи внимают голосу твоему, дай и мне послушать его. Беги, возлюбленный мой; будь подобен серне или молодому оленю на горах бальзамических!» (Песн. 8, 13–14).

Небесное гражданство как право на свободу от лжи
Участвуя во многих видах полемики, как в Интернете, так и в реальной жизни, легко заметить одну вещь. Очень многие христиане вместо того, чтобы оценивать события с точки зрения Откровения Божия или хотя бы формальной логики, исходят из партийного мышления. В данной партии (неважно – либеральной или патриотической) принято считать так, а значит всякий, кто не согласен с этим, заведомо «обновленец, мракобес, враг Родины или прогресса (нужное подчеркнуть)». При этом всякая попытка к спокойному разговору сразу воспринимается как терроризм. Духовная причина этого – порабощенность реальностями мира сего. Людям не нужен Господь наш и Его Святая Церковь, а нужно одобрение единомышленников. Забывают наши собратья, что «дружба с миром есть вражда против Бога» (Иак. 4, 4). Поэтому православные либералы спокойно сотрудничают с иудеями и атеистами, а патриоты – с коммунистами и язычниками. Получается, что Истина таким «православным» не нужна. А это очень страшно! Ведь главная причина вечной гибели заключается именно в том, что «они не приняли любви истины для своего спасения» (2Фес. 2, 10).

Только уранополит, ориентирующийся лишь на волю Господа, свободен следовать не мнению партии, а единственно небесной Истине. Только тот, кто смотрит на дела земли с неба, может судить о реальном смысле происходящего. Только уранополиты могут быть независимыми от влияний мира сего. Они смотрят на все с точки зрения не человека, а Бога, а потому свободны от мира сего. Для Бога важнее вечная участь человека, чем судьбы народа и государства, права человека и т.п. Такая же точка зрения и у уранополитов. Для нас важнее всего то, сколько человек войдет в Царство, чем то, как они будут странствовать на тленной земле. Да, события здесь происходящие, важны для небесных граждан, но только с точки зрения того, как они могут повлиять на вечную участь странников. Останется ли то или иное государство, сохранится или нет та или иная национальная культура – вещи, не имеющие самостоятельной ценности.

Почему-то для многих православных людей самоочевидной ценностью является то, сколько будет ракет у той или иной страны или какое государство станет империей на несколько следующих лет. Но какое с точки зрения вечности это имеет значение? Если государство не поддерживает проповедь Евангелия, то ценность его ничем не лучше любого другого такого же государства. У Бога есть только один избранный народ – Его Церковь, рассеянная среди народов земли. А то, какие прошлые заслуги были у того или иного народа перед Церковью, Богом не учитывается до тех пор, пока люди из этого народа не начнут возвращаться к Создателю. Пока православные не поймут, что они свои для Бога и чужие для мира, организованная ложь будет преследовать их. Пока христиане не изменят своей системы опознавания «свой – чужой» на евангельскую, они будут младенцами, носимыми любым ветром учения. Только небесный гражданин имеет внутреннюю возможность не быть слугой никому, кроме Бога, а значит, только уранополит может всегда быть свободным от лжи.

Служба российским святым
Некоторые пытаются опровергнуть уранополитизм ссылкой на службу всем святым, в земле российской просиявшим. Якобы эти литургические тексты говорят о небесной святой Руси. Они пишут: «Кому верить, о. Сысоеву или стихире “Земле Русская, граде святый”»? Так и давайте верить своим глазам. Стихира поет не «Небо русское», а «земля Русская». Как из призыва к Русской земле хранить веру Православную можно вывести существование некоего особого русского неба – уму непостижимо! И какой ангел открыл этим авторам, что существует особый небесный Кремль, небесная святая Русь, неведомо. Это явная прелесть!


СВЯТЫЕ ГРАЖДАНЕ НЕБА

Преподобный Сергий Радонежский
В качестве примера настоящей любви к земному Отечеству патриотами чаще всего вспоминается преподобный Сергий Радонежский. Но в его житии, написанном прп. Епифанием, ничего такого нет. Вот что говорится о том, как преподобный решил уйти в монастырь: «Хотя по мере роста своего он становился все лучше, но красоты жизни он ни во что ставил и всякую суету мирскую, как пыль, попирал ногами, так что, можно сказать, самую природу свою хотел презреть и унизить, и преодолеть». После кончины своих родителей «он начал расставаться с житейскими заботами (печалями) этого мира. На дом и на все вещи, необходимые в доме, он смотрел с презрением (ни во что же вменив), вспоминая в сердце своем Писание, гласящее, что многих вздохов и печалей жизнь этого мира полна.
 
Пророк сказал: “Покиньте их, и отлучитесь от них, и нечистого в мире не касайтесь” (Ис. 52, 11; 2Кор. 6, 17). И другой пророк сказал: “Покиньте землю и взойдете на небо”. И Давид сказал: “Прилепилась душа моя к Тебе; меня поддерживает десница Твоя” (Пс. 62, 9); и еще он сказал: “Вот я удалился, убегая, и оставался в пустыне, надеясь на Бога, спасающего меня” (Пс. 54, 8). И Господь в Евангелии сказал: “Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником” (Лк. 14, 33)». (Памятники литературы Древней Руси. XIV – середина XV века. М., 1981. С. 295). Это прямое исповедание уранополитизма.

Чаще всего в качестве примера патриотизма прп. Сергия описывается, как он благословил святого князя Дмитрия на Куликовскую битву. Для иллюстрации того, ради чего на самом деле сражались русские воины в этой битве, приведу ее описание из «Житий святых» свт. Дмитрия Ростовского: «В сие время Божиим попущением за грехи людские один из ханов татарских, нечестивый Мамай, поднялся на Русь со всеми своими несметными полчищами. Гордый хан хотел даже уничтожить веру Православную; в своем высокомерии он говорил вельможам:

– Возьму Русскую землю, разорю христианские церкви и перебью всех князей русских.
Напрасно благочестивый князь Димитрий Иоаннович пытался дарами и покорностью укротить ярость татар; хан был неумолим; уже полчища врагов, подобно грозовой туче, придвигались к пределам земли Русской. Великий князь также стал готовиться к походу, но, прежде чем выступить в путь, он отправился в монастырь Животворящей Троицы, чтобы поклониться Господу и испросить благословения на предстоящий поход у святого игумена сей обители; помолившись усердно пред иконой Пресвятой Троицы, Димитрий сказал преподобному Сергию:
– Ты знаешь, отче, какое великое горе сокрушает меня и всех православных: безбожный хан Мамай двинул все свои полчища, и вот они идут на мою отчину, чтобы разорить святые церкви и истребить народ русский. Помолись же, отче, чтобы Бог избавил нас от сей великой беды.
Услышав сие, преподобный начал ободрять князя и сказал ему:
– Подобает тебе заботиться о стаде, порученном Богом, и выступить против безбожных.
После сего святой старец пригласил князя выслушать Божественную литургию; по окончании ее, Сергий стал просить Димитрия Иоанновича, чтобы он вкусил пищи в его обители; хотя великий князь и спешил отправиться к своему войску, однако он повиновался святому игумену. Тогда старец сказал ему:
– Обед сей, великий князь, будет тебе на пользу. Господь Бог тебе помощник; еще не приспело время тебе самому носить венцы победы, но многим, без числа многим сподвижникам твоим готовы венцы страдальцев.
После трапезы преподобный, окропив святой водою великого князя и бывших с ним, сказал ему:
– Врага ожидает конечная гибель, а тебя милость, помощь и слава от Бога. Уповай же на Господа и на Пречистую Богородицу.
Затем, осенив князя честным крестом, Преподобный пророчески изрек:

– Иди, господин, небоязненно: Господь поможет тебе против безбожных: победишь врагов своих.
Последние слова он сказал одному только князю; обрадовался тогда защитник Русской земли, и пророчество святого заставило его прослезиться от умиления. В то самое время в обители Сергиевой подвизались два инока. Звали их Александр Пересвет и Андрей Ослябя, в миру они были воинами. Сих иноков-воинов и просил великий князь у преподобного Сергия; старец тотчас же исполнил просьбу Димитрия Иоанновича: он приказал возложить на сих иноков схиму с изображением креста Христова:
– Вот, чада, оружие непобедимое: да будет оно вам вместо шлемов и щитов бранных!
Тогда великий князь в умилении воскликнул:
– Если Господь мне поможет, если одержу я победу над безбожными, то поставлю монастырь во имя Пречистой Богоматери.
После сего преподобный еще раз благословил князя и окружавших его; по преданию, он дал ему икону Господа Вседержителя и проводил его до самых врат обители. Так святой игумен старался ободрить князя в сие тяжелое время, когда нечестивые враги грозили смести с лица земли имя русское и уничтожить веру православную.

Между тем русские князья соединились, и собравшееся войско выступило в поход; 7 сентября ополчение достигло Дона, переправилось через него и расположилось на знаменитом поле Куликовом, готовое встретить грозного врага. Утром 8 сентября, в день праздника Рождества Пресвятой Богородицы, войско стало готовиться к бою. Перед самой битвой от Преподобного Сергия пришел инок Нектарий с двумя другими братиями. Святой игумен хотел укрепить мужество князя и передал ему благословение Пресвятой Троицы, прислав с иноками Богородичную просфору и грамоту, в коей были утешение надеждою на помощь Божию и предречение, что Господь дарует князю победу. Весть о посланниках Сергиевых быстро разнеслась по полкам и вдохновила воинов мужеством; надеясь на молитвы преподобного Сергия, они небоязненно шли на битву, готовые умереть за Православную веру и за свою родную землю.

Несметное полчище татарское надвигалось, как туча; уже из среды его выступил богатырь Телебей, громадного роста, отличавшийся необычайной силой. Надменно, подобно древнему Голиафу, он вызывал кого-либо из русских на единоборство. Страшен был грозный вид сего богатыря. Но против него выступил смиренный инок Пересвет. Простившись мысленно со своим отцом духовным, со своим собратом Ослябею, с великим князем, сей доблестный воин Христов с копьем в руках быстро устремился на своего противника; со страшною силою они сшиблись, и оба пали мертвыми. Тогда началась ужасная битва; такой сечи еще не бывало на Руси: бились на ножах, душили друг друга руками; тесня один другого, умирали под копытами лошадей; от пыли и множества стрел не было видно солнца, кровь лилась потоками на пространстве целых десяти верст. Много доблестных воинов русских пало в тот день, но вдвое более было побито татар – битва окончилась совершенным поражением неприятелей: безбожные и высокомерные враги бежали, оставив за собою поле битвы, усеянное трупами павших; сам Мамай едва успел убежать с малою дружиною.

Во все время, пока происходила ужасная битва, Преподобный Сергий, собрав братию, стоял с нею на молитве и усердно просил Господа, чтобы Он даровал победу православному воинству. Имея дар прозорливости, святой ясно видел как бы перед своими глазами все то, что было удалено от него на большое расстояние; провидя все сие, он поведал братии о победе русских, называл павших по именам, сам приносил о них моление. Так Господь все открыл Своему угоднику».
Так описана в житиях свт. Дмитрия Ростовского Куликовская битва. Заметим, что в словах Преподобного Сергия нет ни намека на защиту родной земли, на любовь к отечеству и на какой бы то ни было намек на патриотизм.
Еще раз приведу все слова прп. Сергия, сказанные им в связи с угрозой Мамая:

– Подобает тебе заботиться о стаде, порученном Богом, и выступить против безбожных.
(Или, по Епифанию, «следует тебе, господин, заботиться о порученном тебе Богом славном христианском (досл. – христоименитом) стаде. Иди против безбожных, и Богу, помогающему тебе, победишь и здрав в твое отечество с великими похвалами возвратишься»).
– Обед сей, великий князь, будет тебе на пользу. Господь Бог тебе помощник; еще не приспело время тебе самому носить венцы победы, но многим, без числа многим сподвижникам твоим готовы венцы страдальцев.
– Врага ожидает конечная гибель, а тебя милость, помощь и слава от Бога. Уповай же на Господа и на Пречистую Богородицу.
– Иди, господин, небоязненно: Господь поможет тебе против безбожных: победишь врагов своих.
И в послании, переданном войску накануне Куликовской битвы, Сергий писал:
«Без всякого сомнения, господин, пойди против свирепости их, никак не ужасаясь, всяко (обязательно) поможет тебе Бог» (по Епифанию).
Во всех этих случаях прп. Сергий апеллировал не к любви к Родине или к березкам у порога, а к долгу христианского государя защищать христиан, ему Богом вверенных. Как мы видим, Куликовская битва неплохо обошлась и без патриотической пропаганды.

Святитель Феофан
Вот что пишет святитель Феофан, толкуя псалом 118: «“Пришлец аз есмь на земли: не скрый от мене заповеди Твоя” (Пс. 118, 19). Пришлец я на земле – эту мысль всякий должен носить в сердце своем, – не имею здесь пребывающего града, но грядущего взыскую; отечество мое не здесь: тут я случайно, на время, странник. Прямое отсюда следствие такое: если я странник, то мне нечего здесь заводиться всем на долгие лета или навсегда, что ко всему здесь я должен относиться, как к чуждому мне, не касающемуся меня, держать себя так, как в гостинице: отдыхать лишь, а там опять в путь; делать все мимоходом и принимать как мимоходное, имея одно только в мысли и желании – безостановочно шествовать верным путем в свое отечество. Эта мысль, если не всегда зарождает, то всегда поддерживает и раздувает зародившееся желание обращения и ревнования о спасении. Но по образовании решимости содевать свое спасение богоугодною жизнью она становится необходимою стихией нравственно-духовной жизни. Вступивший на этот путь причисляется самым делом к Иерусалиму Небесному и начинает дышать Его воздухом. Если так, то чувство странничества наземного не должно отходить от него, потому что, как только отойдет оно, человек выступает из своего чина, по сердцу становится земным и, переставая дышать воздухом горнего Иерусалима, замирает, имея только вид, что жив, тогда как на деле мертв.

Ничто настолько не пагубно для жизни по Богу, как забвение этой коренной истины, но ничто меньше и не помнится, как эта истина. Все мы подряд и думать не думаем, что живем здесь лишь временно, и всего заготовляем так много, и заботимся обо всем здешнем так, как бы и конца не было этой жизни. Молиться бы надо: “Не скрой от нас, Господи, той истины, что всяк земля есть и в землю пойдет; не скрой или не давай ей закрыться в уме и памяти суетною многозаботливостию”. Но и молитва об этом не приходит на ум; молясь обо всем, об этом мы никогда не молимся. Так велико ослепление наше в этом отношении! Иным уже думается, что и вечная жизнь будет на земле и что сохранятся такие же отношения и тогда, какие в ходу теперь. Грубое неведение дела!

Другая соприкосновенная со странничеством нашим мысль – неведение, как действовать, и неприязненности на чужой стороне. Когда кто приходит в чужую страну, никому неведомый и сам никого не знающий, не знающий чужих обычаев, на него смотрят как на чужого, и неродственно, и подозрительно. Мы – странники на земле, и, казалось бы, следовало ожидать, что не знаем, как здесь жить; на деле же кто лучше нас понимает это дело? Но ведь в таком случае мы уже не странники, а свои на земле; странниками становимся, когда возродится в нас тяготение к небесному отечеству, и мы станем отчуждаться от всего здешнего. Вместе с тем рождается и забота знать, как быть, как держать себя, чтобы не запутаться опять здешним, но словом и делом являть, что мы странники и пришельцы. Вот такое-то недоумение видит святой пророк в душе странника и влагает ему усердную молитву: “Не скрый от мене заповеди Твоя...” – покажи, то есть, как вообще должен я действовать и как поступать во всяком случае, чтоб не выступить из воли Твоей!

Тот, кто стал в духе странником, всегда встречает неприязнь. Нападающие явно, теснящие, гонящие не так опасны, как опасны невидимые враги, действующие на ум и сердце и благовидностию прикрывающие пагубные внушения свои. Ложь, страсть, явный грех легко разобрать; но внушения благовидные не всегда разгадаешь, не всегда увидишь, что под ними кроется. Как поступить во спасение, только Бог ведает, и только Он может раскрыть сплетение пагубное или прямо Сам, или чрез других людей опытных. В словах пророка это более и чувствуется в молитве. Странник я, говорит он, всюду враги; тот говорит – туда иди, тот – туда; Ты Один, Господи, все знаешь: не скрой от меня, как мне поступить лучше; скажи, какова воля Твоя о мне в настоящих обстоятельствах, чтобы не попасть в засаду! Святой Марк Подвижник после нечувствия и забвения с ослеплением часто жалуется и на неведение, полагая в нем источник многих наших ошибок, падений и уклонений от правого пути в шествии нашем в небесное отечество наше».

«“Пета бяху мне оправдания Твоя, на месте пришельствия моего” (Пс. 118, 54). Пета – петельны, возбуждали, то есть, к пению. Кто занят чем-либо до воодушевления и с чувством удовольствия, тот готов петь, и поет, если умеет. От избытка сердца уста говорят. Так и пророк, углубляясь в оправдания Божии, восприяв их сердцем и увлекшись любовию к ним, пел о них, хвалил и выражал их достоинство, Божественную важность и обязательность для всех. Поставляя эти слова в соотношение с предыдущим, мы видим, что там высказывалась печаль, а тут указывается источник утешения. Он как бы так говорит: «Грех и нечестие, размножившиеся вокруг меня, повергали в печаль душу мою, а я, углубляясь в оправдания Твои, согревал любовию к ним сердце мое и тем прогонял мрачное настроение в себе и то пагубное влияние, которое обыкновенно оставляет в душе окружающая нас греховность». Или так: «Скорбно было видеть разлив зла и нечестия вокруг себя, но я утешался оправданиями Твоими, размышляя о них и возгревая удостоверение в непреложности и спасительности их, в противоположность пагубе, наводимой нечестием».

Место пришельствия этого – настоящая жизнь. Чувство, «яко странни и пришельцы есмы на земли» (Евр. 11, 13), общее всем искренно богобоязненным людям. У пророка оно возвышалось тем, что в окружающих он не видел никакого согласия с настроением своего сердца. Они замышляли и делали одно, а он – совсем другое, и потому был чужой между ними. В нем действовал иной дух жизни, не от мира сего.

Потому-то, отделясь от всех, он прилеплялся к тому, что исходило из той же области небесной, из которой была и сила жизни, воодушевлявшая и услаждавшая его оправданиями, исшедшими от Бога. Они веяли на него родным воздухом Отечества духовного. И как весною, когда пробудившаяся новая жизнь охватывает вышедшего на простор поля из душного жилья, невольно исторгается песнь для выражения радости жизни, так пел и пророк, когда в оправданиях охватили его родные духу небесные стихии. Этим он и себя утешал, и отгонял навевавшийся на него дурной дух из грешного мира. И в Церкви Божией затем установлено пение песней духовных еще святыми апостолами, чтобы души собравшихся благочестивых людей утешить в разнообразных прискорбностях и вместе с тем отвеять дух мира, который не может не влиять тлетворно на живущих в его среде. Вошедший в дом Божий не может вдруг стать пред Богом: его надо отпеть, а когда он отпоется, надо ввести в сочувствие с духовною областию. То и другое достигается духовным пением в храмах. Без пения богослужение не будет в своем чине.

И вне храма ничем так легко не отвеешь дух мира, как пением духовных песней. Когда припадки его усилятся – начинай петь, и он отойдет. Для этого надо иметь заученные псалмы и песни. Святой Иларий пишет: «Пророк, восприяв однажды слухом псаломские песни, примером своим научает нас всегда хранить их в сердце, чтобы потом повторять их и устами, как бы службу справляя». «Гордые, – говорит святой Амвросий, – не уклонили его от закона; он находил утешение в судах Божиих. И печаль от грешников не поглощала его; против нее вооружался он пением об оправданиях Божиих. Что держится на сердце, о том обычно и поется; а что поется, то лучше запечатлевается в чувствах. Не следует нам поверхностно пробегать то, что читаем, дабы не во время только чтения содержать то в мысли, но и когда нет книги в руках. Оправдания Божии да будут для нас гимном, песнию, псалмом; воспоем духом, воспоем и умом, чтобы, если забудем о том во время нужное, не сказано было каждому из нас: “…отергл ecи словеса Моя вспять” (Пс. 49, 17).
 
Чтобы прогнать забвение от святого дома, мудрый Соломон велел петь певцам, и они возвещали о дивных делах Божиих (2Пар. 5, 12). В собрании молящихся Богу всегда должны быть поющие, чтобы пением их отгоняем был дух нечистый, подобно тому, как пением святого Давида отгоняем был дух, мучивший Саула. Случалось, что и пророки, пред тем как пророчествовать, приказывали искусным певцам петь, чтобы приятным сладкозвучием предрасположиться к наитию благодати Духа. Сладко пение не то, которое нежит слух, но которое возвышает дух и сердце; и Новый Завет назван песнию, ибо Сам Господь благоволил изречь: “Пискахом вам, и не плясасте” (Лк. 7, 32). Воспел Он нам в Евангелии отпущение грехов. Должны были внять сему иудеи – не вняли, и заслужили укор».

Но оправдания Божии не могут быть певаемы тем, кто не отрешился от всех забот земных. Посему пророк и прибавил: “…на месте пришельствия моего”. Здесь – мы пришельцы, а у Бога – свои. Потому-то апостол говорит, что в доме Божием по призвании к вере мы уже не странники и пришельцы, но сограждане святых и домашние Божии; а кто домашний Божий, тот уже выходит из мира; кто вращается в небесных вещах, тот странник на земле; кто поет, у того отложены все тяготящие заботы или расчеты, сжимающие сердце. Не как опечаленный заботою о недоступных, но как свободный от всех телесных нужд и страстей пел тот же пророк: “…воспою Тебе, Боже, в гуслех. Возрадуетеся устне мои, егда воспою Тебе, и душа моя, юже еси избавил” (Пс. 70, 22–23). Так пел он в радости, потому что был насыщаем лучшими благами. Дух его насыщался пищею благоговения к Божественному – и он пел».

Небесное гражданство предполагает, что народ Божий странствует на земле, но здесь у нас есть станы – Церкви, пребывающие в том или ином месте. И в этих станах есть свои памятники духовного героизма. Храм – посольство Неба на земле. Мученики и святые, пострадавшие тут или там, – это победители, которых особенно чтят на месте их победы над миром. Потому и существует паломничество к мощам, и вера в особое заступничество святых, которые христианин воспринимает как плацдарм для восхождения в Небо. Основанием этого является Воплощение Господа, освятившего Вифлеем, Голгофу и Святой Гроб. Это можно назвать патриотизмом, если под словом «отечество» подразумевать Церковь, а не ту или иную территорию. В том случае, если то или иное государство заключает союз со Странствующим Градом, то праздники Небесного Отечества становятся и праздниками для союзника. И небесная благодать изливается и на сами государственные институты.

Мученик Стефан (Степан Наливайко)
Вчера я вспомнил о мученике Стефане (Степане Наливайко, †1945) и решил рассказать о его первом аресте, поскольку эта история очень примечательна и своеобразна. Простой крестьянин, мученик Стефан вышел на проповедь, чтобы возвестить волю Божию народу и властям. И невозмутимо возвестил и пророчествовал, как перед толпой, так и перед следователями-чекистами. Необычные чувства возникают при чтении стенограммы его допросов, его анкеты и писем, написанных в тюрьме. Поначалу кажется, что он юродствует, но чем дальше читаешь, тем больше чувствуется в словах и поступках этого крестьянского парня подлинно пророческое величие и то же самоотвержение, какое имели Илия, Нафан и другие пророки Божии. Выступил святой мученик в 1923 году на похоронах архидиакона Константина Розова. Он сказал проникновенное слово о почившем архидиаконе, а затем, обращаясь к народу, прибавил:

– Время сейчас очень трудное, тяжелое, но это время избавления народа от греха, поэтому прошу вас – не забывайте Бога. Крестите детей, не живите невенчанными, а главное – живите по совести. Настанет время, когда православные христиане воспрянут, Бог этих богоненавистников свергнет.
Во время его речи милиция попыталась пробраться к кафедре, чтобы арестовать проповедника, но народ стоял стеной и не допускал. Тогда вызвали еще наряд милиции, Степан был арестован и на пролетке отвезен в отделение. Дорогой милиционер спросил Степана, из какой он губернии. Степан ответил:
– Губернии все мои.
– Как ваше имя и сколько вам лет?
– Мне двадцать четыре года. Фамилия моя Наливайко Стефан Пименович.
– Где ваши документы?
Степан расстегнул на груди рубашку и, показывая на тяжелый оловянный крест, сказал:
– Вот мои документы. Больше у меня нет ничего.
В отделении милиции он отказался отвечать на вопросы. Степана отвезли в ГПУ. Здесь ему предложили заполнить анкету. Степан на вопрос, к какому он принадлежит государству, написал: «Новому Иерусалиму». И для неосведомленного следователя пояснил: «Сходящему с Небес». На вопрос о профессии ответил: «Жнец». О работе написал: «Свидетель слова Божия, проповедник». На вопросы, где работал, на какие средства жил и владел ли каким недвижимым имуществом, написал: «По воле Иисуса Христа, всем тем, что подавал Иисус Христос». На вопрос о воинском звании ответил: «Воин Иисуса Христа».
Седьмого июня состоялся допрос, на котором Степан продолжал юродствовать. На вопрос анкеты о семейном положении он написал: «Сейчас я – один и буду один, а что было прежде – все мертво, миновало». На вопрос анкеты об имущественном положении написал: «Вечное Евангелие внутри меня». На вопрос о политическом убеждении ответил: «Истинно православный христианин». На вопрос, чем занимался и где служил, ответил словами, полными скорби и горечи: «Не помню, но знаю, что в России, тогда еще Россия была, а теперь я вам не буду о России говорить, потому что ее не существует».

– Где вы жили по приходе в Москву? – спросил следователь.
– Жил я в эти дни на средине города Вавилона.
– Как оказались на Ваганьковском кладбище?
– Попал я на Ваганьковское кладбище, водимый Духом, данным мне от Бога, с целью свидетельствовать Слово Божие. На кладбище было много народа, к которому я обратился с речью и указал, что настает время избавления от греха.
– Как вы относитесь к советской власти?
– Я настоящую власть не одобряю, потому что она не признает Бога. Я послан бороться с этой властью, но не воинским оружием я борюсь, а словом правды Священного Писания.
На этом допрос окончился. Следователь, внимательно прочитав ответы Степана, через два дня снова вызвал его и спросил:
– Почему не существует теперь России?
– Россия была тогда, когда стояли у власти православные, а теперь город Вавилон, то есть город беззакония, – ответил Степан.
– Вы принимали участие в Гражданской войне?
– В Гражданской войне я участия не принимал. Способ избавления от грехов беззакония – это обращение людей к правде, то есть признание Иисуса Христа Сыном Божиим. Я не могу придерживаться этой власти, потому что никто не может угодить двум господам. Эта власть вредна, потому что она идет против Бога. Я желаю власть ту, которая всецело повинуется Иисусу Христу, Сыну Божию. Эта власть – тьма, а при той власти люди ходили бы в свете.
Через два дня Степана снова вызвали на допрос. На вопросы следователя он ответил:
– Свое выступление я начал только что, именно в тот день, когда меня задержали на Ваганьковском кладбище. Где я жил до этого времени или что делал, я не скажу, так как я, начав свидетельствовать об Иисусе, умер для всего прежнего, всего земного.
Наконец следователь спросил:
– Вы советскую власть признаете?
– Как ее не признать? Как можно не признать власть, когда она существует? Вот вы скажете: это чернильница и вы спросите меня: это чернильница? И я отвечу – конечно, чернильница. Как я могу сказать, что ее нет? Власть, конечно, есть. Но многие взгляды с ней на религию я не разделяю. Если бы не было гонений на Церковь, то я бы разделял с ней свои взгляды. Если бы власть не разоряла церкви, не убивала и не высылала священников, то я бы ее приветствовал, а так – нет, приветствовать я ее не могу и не хочу о том врать.

В середине июня Степана перевели из тюрьмы ГПУ в общую камеру Бутырской тюрьмы, 25 июня он направил следователю ГПУ заявление:
«Правители Русской земли, прошу обратить внимание на свой народ, как он стонет под игом самого себя; жалостно смотрит на правителя – а правитель смотрит на народ. Рассуди каждый, не страх ли владеет человеком? И этот страх есть страх неправды. Неужели неправда сильнее правды? Ни в коем случае, потому что неправда над человеком властвует, покуда человек существует на этой земле, а умирает человек – и неправда также умирает. Обратимся к правде, какова сила правды. Если живет человек правдою, то гоним ли он, хулим ли, угнетаем ли, насильствуем ли кем-либо, болен ли... и, наконец, умирает ли, обратите свой взор на него, с какою радостью переживает все это! Почему так? Потому что правда, которой он жил, не умирает. Правда побеждает и смерть, потому что имеет Царство и силу прежде всех век и во веки веков. Аминь. Время близко к осуществлению правды, и она не пройдет мимо, ибо наступает час жатвы, предсказанный Иисусом Христом... А посему прошу вас, правители Русской земли, довольно побеждать свою землю... Обратитесь ко Христу и познайте в Нем жизнь... Еще прошу, если возможно, перевести меня в одиночку... и разрешить мне несколько бумаги и чернил...»

Через месяц уполномоченный 6-го отдела секретной части ГПУ Казанский, к которому поступило дело, распорядился удовлетворить просьбу Степана – перевести его из общей камеры в одиночку и снабдить «чернилами и бумагой, предоставив право изложить самому показания». Получив бумагу и возможность свободно писать, Степан вкратце изложил свою биографию, затем написал: «Пришел я к правителям возвестить то, что идет Господь со тьмами Своих ангелов, чтобы рассудить землю, и если не покаются народы от своих беззаконий, т.е. от блуда, убийства, воровства и т.д., то Господь жестоко покарает всех. И я, грешный, люблю свою семью, а по Боге ревнитель больше, так как, получив духа проповеди, я не смог больше оставаться дома, и в ночь с 10 апреля я встал с постели и ушел, положившись на волю Божию. Я пришел в Москву 24 или 25 мая и молил Бога, чтобы Бог мне указал, как и что делать... как мне явиться к правителям и сказать Божии слова. Личной цели в приходе моем в Москву нет, а только чтобы явить дела Господни правителям... И покуда не было мною все высказано, я вам не давал своего адреса, а когда я свое окончил, то и открыл свой адрес. Я теперь не знаю, виновен ли я перед кем, заслужил ли наказание за Слово Божие, но я исполнил свой христианский долг, так как ревность по Боге заставила меня оставить отца, мать, жену и дочь. А теперь сами рассмотрите мои слова и рассудите».

Святитель Григорий Богослов
Вот что пишет родовитый уранополит святитель Григорий Богослов в Слове 15. И это он пишет тогда, когда был простым священником! И как не боится?! А я кто? Я со святым Григорием. И я не хочу, чтобы Россия выпила всю чашу гнева. Дай нам Бог всем покаяния в жизнь.

«Полюбомудрствуй о настоящем бедствии, о судах Божиих праведных, постигаем ли мы их или не знаем великой бездны; о том, как у Господа, по слову святого Исаии, и суд поставлен мерилом (Ис. 28, 17), потому что благость Его далеко не безрасчетная (хотя казалась такой начавшим ранее трудиться в винограднике и не приметившим неравенства в самом равенстве). Полюбомудрствуй о том, как гнев Божий, называемый чашею в руке Господа (Пс. 74, 9) и чашею падения испиваемой (Ис. 51, 17), соразмеряется с грехами, потому что Господь, хотя у всех убавляет нечто из заслуженного ими наказания и нерастворенное вино гнева растворяет человеколюбием (Пс. 74, 9); впрочем от строгости преклоняется на милость только для тех, которые вразумляются страхом, и от малой скорби приемлют во чреве обращение, и болят им, и рождают совершенный дух спасения (Пс. 74, 9); а блюдет и без остатка изливает дрожжи, то есть конечный гнев на тех, которые не исцеляются Его благостью, но еще ожесточаются, подобно тяжкосердому фараону, обременяющему горькими работами и соблюденному в показание силы Божией над нечестивыми (Ис. 9, 16). Скажи: отчего такие удары и бичи? Где их основание? Следствие ли это беспорядочного и неправильного движения Вселенной, неуправляемого и неразумного течения вещей, как будто нет над ними Правителя, и дело ли это случая, как думают немудрые мудрецы, слепо увлекаемые беспорядочным и темным духом?

Или все с разумом и в порядке, как сначала произведено, прекрасно растворено, совокуплено и приведено в движение по законам, известным единому Приведшему все в движение, так и после движется и изменяется, управляемое браздами Промысла? Отчего неурожаи, тлетворные ветры, град, настоящее наше поражение и вразумление? Отчего порча в воздухе, болезни, землетрясения, волнения морей и небесные явления? Как тварь, созданная в наслаждение людям, этот общий и равный для всех источник удовольствий, обращается в наказание нечестивых, чтобы мы тем же самым, чем были почтены и за что оказались неблагодарными, теперь вразумились и познали силу Божию в злостраданиях, когда не познали ее в благотворных действиях? Как одним воздаются от руки Господней грехи двойные (Ис. 40, 2), и мера беззакония восполняется этим усугублением (чем и Израиль уцеломудривается); а для других грехи исчерпываются семикратным воздаянием в недро их (Ис. 78, 12)? И что значит мера амореев, еще не исполнившаяся (Быт. 15, 16)? Как грешник или оставляется без наказания, может быть, потому, что блюдется для будущего, или наказывается опять для того, чтобы ему излечиться здесь? И как праведник или злостраждет, а через это, может быть, испытуется, или благоденствует и тем охраняется, если он беден умом, и не очень возвысился над видимым, чему каждого из нас учит совесть; это домашнее и неложное судилище! Что значит постигший нас удар, и отчего он? Испытание ли это добродетели или истязание за грехи?

Но хотя бы и не было это наказанием, – лучше принять за наказание и смириться под крепкую руку Божию, нежели превозноситься этим как испытанием. Научи же этому и вразуми нас, чтобы и не слишком болезнен был для нас настоящий удар и чтобы нам не презреть его, впав во глубину зол (ибо и таким недугом страждут многие), но чтобы благоразумно принять вразумление, и бесчувственностью к нему не навлечь на себя чего-либо большего. Ужасно видеть бесплодие земли и погибель плодов и притом в какое время? Когда уже плоды радовали надеждой и близки были к собиранию. Ужасно видеть безвременную жатву, видеть, как земледельцы скорбят о трудах, и будто над мертвецами, сидят над стеблями, которые тихий дождь взрастил, а сильный пожал, с которых жнец не наполнит руки своей, и вяжущий снопы горсти своей, над которыми не слышно было благословения, каким приветствуют земледельцев проходящие мимо (Пс. 128, 7–8). Жалкое зрелище — земля поруганная, остриженная, лишенная украшения своего! Это оплакивает и блаженный Иоиль, трогательнее других изобразивший опустошение земли и мучительность голода; оплакивает и другой пророк, противополагающий прежней красоте земли последовавшее безобразие. Рассуждая о гневе Господа, опустошающего землю, Пророк говорит: перед ним земля как сад, а позади опустошенная степь (Иоиль. 2, 3).

Тягостно, чрезмерно тягостно это, пока печалит одно настоящее и не беспокоит ощущение другого тягчайшего удара, как и в болезнях настоящее страдание всегда болезненнее ненаступившего. Но и этого тягостнее то, что заключают в себе сокровищницы Божия гнева. Да не испытаете вы этого! И, конечно, не испытаете, если прибегнете к милосердию Божию, слезами преклоните к себе Того, Кто милости хочет, и остаток гнева отвратите от себя обращением. Это – еще кротость и человеколюбие, снисходительное вразумление, первые удары пестуна, образующего младенчество, это еще дым гнева, то есть начаток истязания, а не огонь воспламенившийся, то есть не самый верх гнева, не угли горячие, то есть не последние удары бича (Пс. 17, 9). Бог отчасти угрозил нам, отчасти простер на нас бич, от иного удержался силой, иному подверг нас, равно вразумляя и наказанием, и угрозой, и пролагая путь гневу Своему, Он, по преизбытку благости, начинает с меньшего, чтобы не иметь нужды в большем. Но Он наказывает и большим, если бывает к тому вынужден.

Знаю это оружие очищенное (Пс. 7, 13), этот упивающийся меч на небесах (Пс. 34:5), которому повелено сечь, изничтожать, обесчадить (Иез. 21, 10), не миловать ни тел, ни мозгов, ни костей. Знаю, что Бесстрастный, как медведица, лишенная детей, и как рысь, встречающая на пути ассириев (Ос. 13, 7, 8), не древних только, но и всякого, кто ныне ассириянин беззаконием; и что нельзя убежать от крепости и скорости гнева Его, когда Он бодрствует над нашими нечестиями, и когда врагов Его преследует ревность, готовая пожрать противников (Евр. 10, 27). Знаю это разграбление, и опустошение, и разорение, и сердца сокрушение, и расслабление колен (Наум. 2, 10), и другие подобные наказания, постигающие нечестивых. Не говорю уже о тамошних судилищах, которым предаются пощаженные здесь, почему лучше здесь подвергнуться вразумлению и очищению, нежели претерпеть истязание там, когда настанет время наказания, а не очищения. Ибо как выше смерти поминали здесь Бога (о чем прекрасно любомудрствует Давид), так для отшедших отсюда нет исповедания и исправления во аде (Пс. 6, 6), потому что Бог ограничил время деятельной жизни здешним пребыванием, а тамошней жизни предоставил исследование сделанного».

Святой праведный Иоанн Кронштадтский
«3 Октября. Не скорби безутешно о злополучии отечества, о проигранных войнах (с Японией), о наступлении на нас Австрии, Германии, Англии, Финляндии, Польши (хоть это две суть части России), Италии, о потере военных кораблей, о громадных потерях государства от поджогов (заводы разные). Скорби о том, что ты плохо подвигаешься к отечеству нетленному, вечному, на Небесах уготованному, что сердце твое далеко от Бога. 3емное отечество страдает за грехи Царя и народа, за маловерие и недальновидность Царя, за его потворство неверию и богохульству Льва Толстого и всего так называемого образованного мира министров, чиновников, офицеров, учащегося юношества. Молись Богу с кровавыми слезами о общем безверии и развращении России».

Если праведный Иоанн был патриотом, то только в таком смысле.
Вот еще цитаты св. Иоанна Кронштадского: «Лучшие на земле минуты – это те, в которые мы горняя мудрствуем, вообще, когда познаем или защищаем истину, эту небесную жительницу, гражданку. Тогда только мы истинно живем. Значит, существенные выгоды душевные требуют того, чтобы мы наичаще возносились превыше земли, гор, на небо – где истинная жизнь наша, истинное Отечество наше, ему же не будет конца». «Человек – странник на этой земле к Небесному Отечеству».

А вот о России:
«Обратись к Богу, Россия, согрешившая перед Ним больше, тягчае всех народов земных, обратись в плаче и слезах, в вере и добродетели. Больше всех ты согрешила, ибо имела и имеешь у себя неоцененное жизненное сокровище – веру православную с Церковью спасающей, но попрала, оплевала ее в лице твоих гордых и лукавых сынов и дщерей… Держись же, Россия, твердо веры своей и Церкви, и царя православного, если хочешь быть непоколебимою людьми неверия и безначалия и не хочешь лишиться царства православного. А если отпадешь от своей веры, как уже отпали от нее многие интеллигенты, то не будешь уже Россией или Русью Святою, а сбродом всяких иноверцев, стремящихся истребить друг друга». Это к слову, был ли СССР Россией?

Клайв Стейплз Льюис
Если мы к обсуждению православных споров будем привлекать неправославных, то хочу привести цитату из Льюиса: «На что бы он ни решился, твоя задача неизменна. Пусть он сочтет патриотизм или пацифизм частью своей религии, а под влиянием партийного духа пусть отнесется к нему как к самой важной ее части. Потом спокойно и постепенно подведи его к той стадии, когда религия просто станет частью “дела”, а христианство он будет ценить главным образом за те блестящие доводы, которые можно надергать из его словаря, чтобы оправдать английские военные действия или же пацифизм. Не допускай одного – чтобы пациент рассматривал жизненные дела как материал для послушания Врагу. Если ты сделал мир целью, а веру – средством, человек уже почти в твоих руках, и тут совершенно безразлично, какую цель он преследует. Если только митинги, брошюры, политические кампании, движения и дела значат для него больше, чем молитва, таинство и милосердие, – он наш. И чем больше он “религиозен” (в этом смысле), тем крепче мы его держим. Я мог бы показать тебе целую клетку таких у нас, внизу. Потешный уголок!» (Письма Баламута, 7).
Кстати, не в этом ли причина, что проповеди 1990–2000 годов дали мало убежденных церковников, но море убежденных патриотов?

Святитель Филарет
Наконец-то нам указали знаменитые слова святителя Филарета, которые якобы изображают патриотизм христианской добродетелью: «Библия не дала ли доброго воспитания народу Божию ветхозаветному? Не дала ли еще более совершенного воспитания народу Божию новозаветному? Премудро устрояя воспитание будущих граждан Царствия Небесного, не имела она недостатка в мудрости, чтобы преподать верные правила для образования доброго гражданина царства земного, и имела нужду преподать оные, потому что худой гражданин царства земного и для Небесного Царства не годен. Так, стоит труда поискать в Библии учения о воспитании. Древнейшее о сем учение можно найти в слове Господа к Аврааму: Авраам бывая будет в язык велик и мног, и благословятся о нем вси языцы земнии: вем бо, яко заповесть сыном своим и дому своему по себе, и сохранят пути Господни творити правду и суд (Быт. 18, 18–19). Здесь, во-первых, в образе похвалы воспитанию, какое дает Авраам своим детям, преподается главное правило воспитания: Заповедай сынам своим сохранять пути Господни, творить правду и суд – или, чтобы то же сказать по-нынешнему, – давай детям воспитание благочестивое и нравственное, сообразно с Законом Божиим. Во-вторых, здесь показываются и благотворные последствия такого воспитания: Авраам будет в язык велик и мног (Быт. 17, 5) – отец семейства, дающий детям своим воспитание благочестивое и нравственное, может надеяться от себя потомства многочисленного, уважаемого и благополучного. Не трудно понять, что не может того же ожидать тот, кто не радеет о таком воспитании, а угрожает ему противное. Далее, прямо высказанные правила воспитания находим в ветхозаветных книгах, по преимуществу учительных, в книге притчей Соломоновых и в книге Иисуса, сына Сирахова».

Мне кажется очевидным, что для святителя худой гражданин царства земного вовсе не тот, кто не желает посвящать своего сердца земному отчеству, а тот, кто воспитан не на словах Божиих, а на лжи, худой гражданин царства земного тот, кто ворует, убивает и вообще воспитан не на Библии, а на чем-то другом. В смысле святителя Филарета худыми гражданами царства земного, негодными для Царства Небесного, являются не уранополиты, а множество наших сограждан вне зависимости от их патриотизма. Если люди воспитаны не по Библии, они не могут быть годными для Царства Небесного и для земного. Кто из уранополитов с этим стал бы спорить? Слова свт. Филарета никак не говорят о том, что патриотизм является христианской добродетелью. Чтобы это сделать, надо просто вырвать их из контекста. Если бы понимать их в том смысле, что любой, кто предает свою земную родину по любой причине, пусть даже самой высокой, уходит из нее, призывает ее защитников сдаться, оказался бы заведомо плохим гражданином Царства Небесного, то тогда святитель оказался бы в вопиющем противоречии с Писанием, где Авраам (эмигрант), Раав (изменница), Иеремия (пораженец) оказались бы вне Царства, а учитывая, что все они просто точно исполняли волю Бога, то вне Царства оказался бы Сам Бог.

Нет такой заповеди – любить земную родину, но есть прямая заповедь почитания и покорности властям. Именно поэтому уранополит участвует в справедливых войнах, платит налоги и делает все, что требует от него государство, пока то не претендует на его сердце и не требует нарушения заповеди. Одно отличает его от граждан земли – все интересы его в Небе и в Церкви – Небе на земле. Что касается царства земного, уранополит должен жить, никак не отдавая ему своего сердца. Повторюсь, что Писание и Предание (то, чему учили все, всегда и повсеместно) не признает в принципе двойной Родины у христиан. У нас есть одна Родина – Небо, и есть гостиница, где мы сейчас странствуем. По словам Василия Великого, мы всегда на чужбине, где бы мы ни были, но на всяком месте владычество Божие. А что касается православных патриотов, которые желают служить двум господам, то про них сказал апостол Иаков: «Человек с двоящимися мыслями нетверд во всех путях своих» (Иак. 1, 8).

Святитель Феофан Затворник
В книге «Начертание христианского нравоучения» святитель Феофан Затворник пишет: «Мера погашения страстей есть мера сроднения его (христианина) с человечеством и ангелами. Сначала напрягается он думать и чувствовать, что несть иудей, ни эллин, несть раб, ни свобод, ни мужеск пол, ни женск (Гал. 3, 28; Кол. 3, 11), а наконец доходит до того, что подобно Макарию Великому желал бы все человечество обнять единым объятием и считать родным последнейшего на свете человека».
Так что национализм, согласно свт. Феофану Затворнику, – результат непреодоленных страстей.

Преподобный Иустин Попович
Вот что писал прп. Иустин (Попович) о внутренней миссии нашей Церкви: «Церковь – это Богочеловеческая вечность, воплощенная в границах времени и пространства. Она в этом мире, но не от мира сего (Ин. 18, 36). В этом мире она для того, чтобы его воздвигнуть до горнего мира, откуда и она сама. Она – вселенская, соборная, богочеловеческая, вечная, поэтому хула, непростительная хула на Христа и Духа Святого делать из нее национальный институт, сужать ее до мелких, преходящих, временных национальных целей. Цель ее наднациональная, вселенская, всечеловеческая – соединить всех людей во Христе, всех, не различая национальностей, рас, классов. Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе (Гал. 3, 28), ибо все и во всем Христос» (Кол. 3, 11).

Апостолы Петр и Павел
Хотелось бы привести уранополитические слова святых апостолов: «Возлюбленные! прошу вас, как странников и пришельцев, удаляться от плотских похотей, восстающих на душу» (1Петр. 2, 11). «Какими должно быть в святой жизни и благочестии вам, ожидающим и желающим пришествия дня Божия, в который воспламененные небеса разрушатся и разгоревшиеся стихии растают? Впрочем, мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, на которой обитает правда (2Петр. 3, 11–13). Мы не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего (Евр. 13, 14). О горнем помышляйте, а не о земном. Ибо вы умерли, и жизнь ваша скрыта со Христом в Боге» (Кол. 3, 2–3).
Надеюсь, что все мои друзья будут истинными уранополитами и взойдут в Небесное Отечество, забыв о земных печалях, молитвами святых апостолов.


ПАТРИОТИЗМ

Христианин и государство: прагматичный подход
На днях с друзьями мы обсуждали отношение уранополитов к государству и обратили внимание на текст из Послания апостола Павла к Тимофею: «Итак прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за царей и за всех начальствующих, дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте» (1Тим. 2, 1–2). Этот священный текст хорошо известен, ибо цитируется на сугубой ектенье, но самое интересное в нем – это мотивировка. Зачем надо молиться за власти? Тут приходится слышать или бурю возмущений типа «За антинародный режим попы Бога просят» или «Надо молиться, чтобы власти образумились».
 
Почему-то по-доброму относиться к власти у православных активистов, особенно патриотов, не принято. Но мысль апостола куда более прагматична. Мы молимся за власти, чтобы нам самим жить было хорошо. Мы заплатили налоги, исполнили другие требования власти, и все! Будем молиться, чтобы к нам больше не лезли! Любая бабушка у подъезда, которая говорит: «Лишь бы не было войны», – просит о том же, о чем говорит апостол. Евангелие дано для обычных людей, не для тех, кто подвержен той или иной идеологии, а для самых обычных частных лиц, которым не интересно по большому счету ничего, кроме судьбы их самих и их родных.

Вот именно к таким обычным, прекрасным людям, которые не борются за будущее России или за прекрасное будущее человечества, а заботятся исключительно об обычных реальных существах, и обращено Слово Божие. Купец, рабочий, коммунальщик, крестьянин, правитель (из исполнительной власти) – они прекрасно поймут простые и крайне важные слова Христа. Слова, которые рассказывают, как здесь, в сером быте, стать гражданином неба. В Евангелии есть здравый и очень трезвый расчет, как правильно вложить капитал (в небесном хранилище, конечно). Нет в нем призывов к спасению Америки, России или Римской империи, а есть простое и понятное желание – чтобы каждый был на своем месте, без нужды ни к кому не лез. Сам жил по-Божьи и другим также жить не мешал. И вот этому простому и прагматичному подходу нам надо заново учиться! Ведь для Слова Божия Небо не есть что-то далекое или никак не связанное с нашей обычной жизнью. Что здесь посеешь, то там и пожнешь.

Патриотизм и заповеди
Насколько вывернуто сознание у рядового патриота! Обычно патриот считает для себя возможным ругать существующие власти, антинародный режим и т.д., но при этом клянется в неземной любви к выдуманной им стране (не важно – России или США). Но Библия учит ровно противоположному. Существующие власти достойны почитания и уважения до тех пор, пока не требуют от нас нарушения Заповедей Божиих: «…начальствующего в народе твоем не злословь» (Деян. 23, 5; Исх. 22, 28). Эта заповедь тщательно исполняется уранополитами, но презирается многими патриотами. Считается, будто для укрепления государства обязательно требуется патриотическое воспитание. Но насколько я понимаю, патриотическая идеология разработана французским и немецким масонством XVIII века с целью уничтожения христианской имперской государственности. Французская революция проходила именно под патриотическими лозунгами, которые революционеры противопоставляли сверхнациональной сути христианства. Именно под патриотическими лозунгами разрушались великие христианские империи, которые как-то умудрились существовать без национально-патриотического воспитания в течение столетий.

Если государственная власть желает иметь крепкий фундамент своего существования, она должна опираться на библейские, уранополитические представления. Такой правитель ответственен не перед народом, а перед Всемогущим Богом, у него нет задачи идеологически обрабатывать население. Он обязан только предоставить гражданам безопасность и правосудие. И если он сможет это сделать, то большего от него Бог не потребует (речь идет о его деятельности как правителя, а не как отдельной личности, которая должна исполнять все заповеди Божии). Не в том долг правителя, чтобы любым способом устраивать рай на земле и возвышать тот народ, над которым он поставлен, а в том, чтобы не дать в своей стране воцариться аду. Эта задача, конечно, не такая глобальная, как у патриотов, но зато она исполнима и влечет за собой вечные последствия.

Григорий Богослов писал: «У всех одно отечество — горний Иерусалим, в котором скрыта жизнь наша. У всех один род, и если угодно смотреть на дольнее, – это прах, а если на высшее, – это дыхание, к которому мы стали сопричастны, которое заповедано нам хранить и с которым нам должно предстать на Суд и дать отчет в соблюдении горнего нашего благородства и образа. Поэтому всякий благороден, кто сохранил это дыхание добродетелью и стремлением к Первообразу, и всякий не благороден, кто осквернил его пороком и принял на себя чужой образ — образ дракона. Земные же эти отечества и породы суть только забава нашей временной жизни и лицедейства. Ибо и отечеством именуется то, что каждый украл или насилием, или собственным бедствием, и где все одинаково странники и пришельцы, сколько бы мы ни играли названиями».

Катехизис и патриотизм
В катехизисе есть такие слова: «Кто заступает для нас место родителей? Государь и отечество, потому что государство есть великое семейство, в котором Государь есть отец, а подданные – дети Государя и отечества. Как далеко должна простираться наша любовь к государю и отечеству? Наша любовь к Государю и Отечеству должна простираться до готовности отдать за них свою жизнь» (см.: Ин. 15, 13).

Такое отношение к царю связано с системой государственных взглядов свт. Филарета, аналогию которым можно найти в учении Феофана Прокоповича и всей европейской системе абсолютистской монархии. Государь – помазанник Божий, чтобы быть отцом народа.

Воздавать почтение власти естественно и нормально. Быть готовым умереть на войне по справедливому приказу власти не откажется никакой уранополит. Неуместно, на мой взгляд, употреблено здесь только слово «любовь». Достаточно подставить в это выражение определение любви, данное апостолом Павлом, как станет понятна неряшливость текста. Представим себе слова: «Мы должны долготерпеть отечество, милосердствовать к отечеству, не завидовать отечеству, не превозноситься над отечеством, не гордиться над отечеством, не бесчинствовать во имя отечества, не искать своего, а искать того, что нужно отечеству, не раздражаться отечеством, не мыслить зла об отечестве, не радоваться неправде отечества, а сорадоваться истине отечества, все покрывать в отечестве, всему надеяться в отечестве, всему верить в отечестве, все переносить в отечестве, любовь к отечеству никогда не перестанет, хотя и пророчества упразднятся, и языки умолкнут, и знание упразднится... А теперь пребывают сии три: вера, надежда и любовь к отечеству, но любовь к отечеству из них больше (ср.: 1Кор. 13).

Абсурдность этой фразы, на мой взгляд, очевидна. Или фраза: «Бог есть любовь к отечеству, и пребывающий в любви к отечеству в Боге пребывает» (ср.: 1Ин. 4, 16) – разве не является кощунством? Так что слово надо употреблять или в библейском смысле, и тогда патриоты будут идолопоклонниками, поклоняющимися твари вместо Творца, или просто надо понять неточность фразы и заменить «любовь» словами «почитание власти», с чем уранополиты спорить никогда не будут. И еще раз напомню, что в Предание входит не то, во что верили отдельные отцы, а то, чему учили все, всегда и повсеместно. Признаками Предания являются древность, всеобщность и повсеместность. Уранополиты не имеют земного отечества и, соответственно, не отдают ничему земному своего сердца, несмотря на свидетельства патриотов о религиозном долге любить земную Родину.

Патриотизм и христианство – внутреннее противоречие
Патриоты мне написали: «Православные полностью согласны с уранополитами относительно Отечества Небесного и расходятся относительно Отечества Земного». Но мне тут не понятна одна вещь, как патриоты могут быть согласны с уранополитами в отношении к Отечеству Небесному? Разве они действительно чувствуют себя на земле странниками и пришельцами и помнят, что здесь они только в гостинице? Я уже приводил мысль святителя Феофана и еще раз повторю: «Пришлец я на земле, – эту мысль всякий должен носить в сердце своем, – не имею здесь пребывающего града, но грядущего взыскую; отечество мое не здесь: тут я случайно, на время, странник. Прямое отсюда следствие такое: если я странник, то мне нечего здесь заводиться всем на долгие лета или навсегда, что ко всему здесь я должен относиться, как к чуждому мне, не касающемуся меня, держать себя так, как в гостинице: отдыхать лишь, а там опять в путь; делать все мимоходом и принимать как мимоходное, имея одно только в мысли и желании – безостановочно шествовать верным путем в свое отечество».

Но разве такой подход совместим с тем пылом, с которым патриоты отстаивают интересы той страны, где они родились? Я повторю вопрос: «Как человек может подготовиться к жизни в Небе, отдавая хотя бы часть своего сердца земле?» Понятно, что, живя по заповеди, человек будет заботиться и о той стране, где живет, как заботится постоялец о гостинице, но все мысли его должны быть не здесь, а на Небесной Родине. Даже богоустановленный брак, освященный Церковью, должен помогать идти в Небо, а не обустраиваться на земле. А уж тем более не заповеданный Богом патриотизм как служение стране не требуется христианину и не помогает ему идти к Богу, не учит любви ко всем людям, независимо от того, подданными какого государства они являются.

Напротив, эта идеология просто мешает человеку исполнять евангельские заповеди, она привязывает к тленной земле и заставляет забыть о Небе. Еще раз повторюсь: чувство, что тебе нравится место, где ты родился, для спасения души безразлично. Это просто дело вкуса. Но превращать вкусовые пристрастия в добродетель – значит удалять себя от Бога Небесного. Это иудеи ждали Мессию, который даст им царство земное, а потому и отвергли истинного Царя Небесного. И Сам Христос запретил служить двум господам (Мф. 6, 24) и повелел сокровища собирать на Небесах, чтобы там было наше сердце (Мф. 6, 19–21). Зачем я должен отдавать свое сердце тому, что умрет раньше меня, зачем той стране, где я странствую, мое сердце?

Небесное гражданство и народы
Когда христианин начинает пытаться совместить свою веру с национализмом, его ждут огромные библейские проблемы. Сразу же в голову лезут «безродно-уранополитические» высказывания апостола Павла: «Нет уже ни иудея, ни язычника» (Гал. 3, 28); «…нет ни эллина, ни иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос» (Кол. 3, 11). Мысль апостола ясна и понятна. Она не оставляет места для национализма в Церкви. И тут начинаются разные ухищрения. Одни говорят, что эти слова – не о Церкви, а о Царстве Небесном. Хотя очевидно, что апостол говорит это о нынешнем времени (теперь – Кол. 3, 8).
 
Другие считают, что в Церкви наций нет, а вне ее – есть, как будто христианин имеет право в какой-то своей части разотождествлять себя с Церковью. Но апостол Павел прямо говорит, что «мы умерли для мира в крещении» (Рим. 6, 1–11, Кол. 3, 1–4). Иные говорят, что раз есть разделение на два пола, значит, и у христиан различие наций сохраняется, и это нормально. Хотя половое различие и преодолевается в монашестве, да и в христианском браке есть разные служения, но одинакова благодать, которая не зависит от пола. Да и то, к какой нации ты себя отнесешь, – вопрос скорее собственного мироощущения, а никак не объективной необходимости, в отличие от половой принадлежности.

Все возникает оттого, что из-за привязанности к тленной и смертной земле люди утрачивают чувство неотмирности Церкви. Но для Библии принадлежность к нации – это не есть нечто необходимое. Есть разные нации, и к ним относятся гои (язычники). Есть иудеи – это народ, разорвавший Завет, и есть особый народ – Церковь, народ Завета. Это нечто совершенно иное, чем все нации земли. Мы не гои, не язычники, чтобы относиться к нациям, мы христиане, нация Иисуса Христа: «…род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет, некогда не народ, а ныне народ Божий; некогда не помилованные, а ныне помилованы» (1Петр. 2, 9–10).

Мы, бывшие русские, бывшие татары, бывшие евреи, бывшие американцы, а ныне – дети Бога, народ Святой Троицы, граждане Неба. Мы говорим на всех языках, из которых мы вышли, но мы иные, мы третий народ. И самотождество у нас должно быть не с бывшими своими народами, а с Церковью. Как для обычного язычника бедствие американца более далеко, чем бедствие своего, так и для христианина бедствие христианина ближе, чем бедствие чужого. Хотя мы молимся обо всем мире, и ради христиан мир и существует. Но мы – не граждане мира (почему нельзя быть космополитом). Те народы, из которых мы вышли, – это наше первое (но далеко не последнее) миссионерское поле. Но по сути – это чужбина. А все сердечные интересы для нас – в Церкви, в этом удивительном странствующем Царстве, чья Родина в Небесах. Ее интересы иные, чем интересы любого Царства земного, они могут совпадать, могут и не совпадать, но тождественными они не будут никогда. Церковь гораздо больше земли.

В трудах патриотов и националистов часто приходится видеть обличение тех, кто пытается совместить принадлежность к двум разным народам. Патриоты часто обличают тех, кто имеет двойное гражданство. Так почему же христиане забывают об этом?! Мы всегда христиане, и язычниками больше не будем никогда. В чине присоединения язычников Церковь молится: «Боже, Ты собрал из языков Церковь, народ Свой». Бог выбрал нас из языков, а мы пытаемся вернуться обратно. Это старое искушение Израиля – «Мы будем как все языки». Да не будет так! «Не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу» (Иак. 4, 4). И это следствие нашего самолюбия (как об этом хорошо сказал Карамзин). Господь лечит эту болезнь Своими наказаниями, чтобы мы не были осуждены с язычниками. Именно для того, чтобы вернуть это ощущение абсолютной неотмирности христиан и их глубинного сродства церковников, независимо от наций, я и проповедую уранополитизм. Это единственная естественная точка зрения для тех, кто ощущает себя церковником.

Св. Иоанн Златоуст в толковании Послания апостола Павла к Римлянам говорит следующее: «Что же это, спросишь, если Павел хотел быть отлученным для того, чтобы уверовали другие, то ему надлежало о том же молиться и за язычников, а если он молится только об иудеях, то показывает, что желал отлучения не ради Христа, а ради сродства с иудеями. И, конечно, если бы молился об одних только язычниках, то это не было бы так явно, а так как молится об одних иудеях, то ясно показывает, что заботится об этом для славы Христа. Знаю, что слова мои кажутся для вас странными, но если вы не будете производить шума, то я тотчас постараюсь объяснить их. Не без причины сказал [апостол] то, что сказал, но на том основании, что все, порицая Бога, говорили, что изгнаны и лишены чести те, которые удостоились именоваться сынами Божиими, приняли закон, познали Бога прежде всех народов, пользовались особенною славою, служили Богу прежде всей вселенной, получили обетования, были отцами своих колен и, что всего важнее, стали праотцами Самого Христа (это и значат слова: от них же Христос по плоти) и что вместо них введены люди из язычников, никогда не знавшие Бога.
 
Так как, говоря это, они хулили Бога, то Павел, слыша это, терзался, скорбел о славе Божией и желал быть отлученным, если это было возможно, под тем условием, чтобы спаслись иудеи, — чтобы такое богохульство прекратилось и не казалось бы, что Бог обманул их прародителей, которым обещал дары. Павел желал быть отлученным, чтобы ты понял, сколько его сокрушало мнение, будто осталось без исполнения обетование Божие, данное Аврааму: “…потомству твоему отдам Я землю сию” (Быт. 12, 7). После же этих слов (апостол) присовокупил: “Не тако же, яко отпаде слово Божие” (Рим. 9, 6). Здесь он показывает, что готов все это претерпеть за Слово Божие, то есть за обетование, данное Аврааму. Как Моисей, по-видимому, ходатайствовал за иудеев, но все делал для славы Божией (говорил: “…прекрати гнев, чтобы не сказали, что Ты не мог спасти и изведе погубити их в пустыни” (Втор. 9, 28)), так и Павел говорит: я пожелал быть отлученным, чтобы не сказали, что обетование Божие осталось без исполнения, что Бог не сделал обещанного и слова Своего не привел в действие. Потому он говорит это не за язычников (им ведь не дано было обетования, они не служили Богу и не хулили Его), а молился об этом за иудеев, получивших обетование, и за прочих близких ему».

«Замечаешь ли, что если бы он молился за язычников, то не так ясно открывалось бы, что он делает это для славы Христовой; а так как он желал быть отлученным за иудеев, то особенно ясно показал, что он желал этого для Христа. Потому и говорил: их же всыновление, и слава, и служение, и обетование. У них, говорит [апостол], закон, свидетельствующий о Христе, с ними заключены были все заветы, от них произошел Сам Христос, из них были все отцы, получившие обетования, но тем не менее случилось противоположное, и они лишились всех благ. Потому-то и терзаюсь, говорит, и если бы можно было быть исключенным из лика Христова, отчужденным не от любви Христовой (да не будет этого, потому что он и делал это из любви ко Христу), но от блаженства и славы, я согласился бы на это под тем условием, чтобы мой Владыка не подвергался хуле и мне ни от кого не слышать, будто дела Его были тенью, будто одним Бог обещал, а другим дал, Христос от одних родился, а других спас. Он дал обетования предкам иудеев и, оставив их потомков, ввел во владение их благами тех, которые никогда не знали Его; иудеи трудились, поучаясь закону и читая пророков, а язычники, недавно отвратившиеся от жертвенников и идолов, сделались выше иудеев. Где же тут Промысел Божий? Итак, говорит [апостол], хотя и несправедливо это мнение, но чтобы не говорили этого о моем Владыке, я с удовольствием лишился бы царства и неизреченной той славы и потерпел бы все бедствия, считая величайшим из всех для себя утешением в скорбях не слышать более хулы на возлюбленного моего. Если ты еще не понял сказанного, то представь, что и многие отцы часто решались на подобное из-за своих детей и предпочитали быть с ними в разлуке, только бы видеть их благополучными, считая их счастье выше удовольствия жить с ними вместе. Но так как мы далеки от такой любви, то и не можем понять сказанного» (Иоанн Златоуст. Беседы на Послание к Римлянам. 16, 2).

Кто и когда создал государство
Главной проблемой современных православных публицистов является то, что все свои выводы они делают исходя не из Библии и учения отцов Церкви, а из своих предрассудков (то есть идей, заимствованных из мира сего и не осмысленных в свете Слова Божия). Вот и говоря о природе государства, выводы строят на Марксе, а не на Моисее и апостоле Павле. Итак, давайте по порядку рассмотрим этот вопрос. Было ли государство в раю? Нет. Об этом у нас ни свидетельств, ни возможности признавать такую возможность. Ни суд, ни армия, ни полиция, ни смертная казнь, ни налоги не могут быть возможными в безгрешном и бессмертном мире. Было ли государство до Потопа? Возможность его появления после грехопадения была, но опять-таки нет никаких свидетельств того, что нечто такое существовало. Ни Каин не подвергся никакому человеческому наказанию, ни Ламех – убийца. Из того, что мы знаем про древнейший мир, нам известно, что праведники пытались влиять на людей через убеждение и обличение (Енох, см. Послание Иуды; Ной, см. 2Петр.), а также удаляя себя от злодеев, но никак не сдерживая при помощи силы преступления злодеев. Книга Бытия прямо говорит, что Ной был праведным и непорочным в роде своем (Быт. 6, 9). То есть до Потопа люди жили родовым строем. Ни про какое государство (даже в форме военной демократии) Писание тогда не упоминает.
Но после Потопа Бог дает новую заповедь: «…кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется рукою человека: ибо человек создан по образу Божию» (Быт. 9, 6).

Из этой заповеди следует, что Бог ввел такой инструмент сдерживания зла, как смертная казнь, и именно из этого повеления как раз и рождается государство. Ведь нужен тот, кто найдет убийцу, кто определит, виновен он или нет, и тот, кто приведет приговор в исполнение. А именно этим и занимается любое государство, вне зависимости от того, монархия ли это, демократия или аристократия. Так что слова апостола Павла, что «существующие власти от Бога установлены» (Рим. 13, 1), фактически верны. Сам институт власти установлен Богом. Собственно, об этом и писал Златоуст в толковании Послания к Римлянам апостола Павла. А уже что лучше – монархия, аристократия или демократия – вопрос второй, на котором Библия особо не акцентирует внимание. Другое дело, что Библия обличает злоупотребление этим даром – в лице царей, приписывающих себе Божеские почести или нарушающих правосудие. При этом, конечно, Библия подчеркивает уникальный статус народа Божия, которого Царь – Сам Бог. А это заведомо лучшая форма правления. Но это никак не отрицало ни земного института правосудия, ни наказания за злодейство (достаточно вспомнить нормы Закона Божия). Даже пророк Моисей называется в Писании царем Израиля (Втор. 33, 5). Так что утверждение, что государство – это некое необходимое зло, противоречит Писанию, как противоречит ему и противление власти под предлогом легитимизма.

Зачем Церкви нужно государство
Прочитал две книги авторов противоположных взглядов и удивился их полному тождеству в отношении к государству. И ярый антисемит, и ярый либерал одинаково считают любую попытку Церкви договориться с властью проявлением слабости, беспринципности, неморальности и т.д. При этом вариант оправдания принимается только один. Мол, слаб человек (ну, в случае с антисемитом еще вариант есть – был наследственный царь-батюшка, а с тех пор как революция, так все едино). А мысль, что Церковь в принципе не имеет права поступать по-другому, почему-то в голову не приходит. А ведь если вникнуть в Писание, то становится очевидным, что иного пути, кроме поиска возможности симфонии, у Церкви нет именно из-за Ее Божественного установления. Ведь если происхождение Церкви от Бога ясно – Пятидесятница, то Писание как Ветхого, так и Нового Завета утверждает, что Сам Бог и устанавливает институт власти, и ставит правителей, как верующих, так и не верующих.

Бог наш Вседержитель, а не частичнодержитель. И именно поэтому ненормальной является ситуация конфликта между государством и Церковью. Понятно, что сферы деятельности Церкви и государства различны. Епископы не должны вести войн, а государи – устанавливать каноны и догматы. Но одно не должно противоречить другому. Ведь человек не сводится ни к тому, что он подданный государства, ни к тому, что он послушник духовника. Эти сферы в нем сосуществуют, но из этого не следует, что они должны быть в конфликте. Ведь полностью человек подчинен только Богу, Который и дает ему силу есть пищу, и обязывает платить налоги, и учит духовному росту, и защищает руками полиции. А потому нормальным является союз между теми общественными институтами, которые Бог установил и использует для жизни человека.

А потому всякий конфликт между властью и Церковью – это болезнь, а желание его узаконить – это шизофрения. И тут совершенно не важно, из-за чего это происходит – из-за «борьбы за права человека» или из-за идеи наследственной монархии. Главное, это разрыв между двумя богоустановленными институтами, который не может быть назван иначе, чем грехом. Собственно, из-за греха он и возникает. Это касается как желания клириков взять на себя функции государства (война, налоги, правила дорожного движения и т.д.), так и властей, которые или просто нарушают заповеди (например, обижая бедных, ведя неправедные суды, грабя слабых), или пытаются приписать себе не данные им Богом функции (образование граждан, церковное управление, идеология и т.п.). Вот это и является грехом, а не сам феномен государственной власти и союза с ней Церкви. Как отдельный человек не может всегда быть грешником (блудить или пьянствовать непрерывно не получается ни у кого), так и деятельность власти не может состоять из одного греха, иначе она рухнет под грузом своих беззаконий. Вот в той сфере, в которой власть и Церковь следуют воле Бога, и должно быть сотрудничество.

Национальная гордость
«Мы семя Авраамово, и не были рабами никому», – кричали иудеи Небесному Царю. И с тех пор попытки ввести в церковный обиход псевдодобродетель «национальной гордости» не утихают. Хотя можно было бы и подумать, как можно так подставлять свой народ. Ведь Бог гордым противится, а смиренным дает благодать. Зачем стравливать Бога и свой народ, раз уж ты не хочешь принадлежать к Единственному Народу Бога – Святой Церкви? Ведь Бог явно будет сильнее. Но почему-то некоторые говорят, что гордиться лично – грех, а за народ – вполне нормально. Но ведь прав был Ключевский, когда говорил, что любовь к своему народу рождается из самолюбия. Полностью с ним согласен. Только добавлю, что самолюбие – смертный грех. И из этого греха рождается национальная гордость. А она низводит на этот народ гнев Божий. И как небесному гражданину относиться к ситуациям, когда есть повод зародиться греху гордости? Например, когда мы видим красивый полет наших летчиков или вспоминаем славную победу нашего оружия (например, Куликово поле). Думаю, что тогда надо поступать так: нужно воздать славу Богу. Летит взвод самолетов – и мы говорим: «Благодарение Господу, давшему такой талант людям. Да обратят они его к славе Создателя». Вспоминаем победу и говорим: «Благодарю Тебя, Господи, что Ты дал победу нашей стране. Упокой в Твоем Царстве души погибших!»

О патриотических чувствах и о Небе
При спорах вокруг уранополитизма одна из важнейших проблем – проблема языка. Я говорю о патриотизме как о конкретной идеологии, ставящей интересы земного отечества в качестве высшей ценности. Под патриотизмом я подразумеваю то, о чем говорит энциклопедия Википедия: «Патриоти́зм (греч. πατριώτης – соотечественник, πατρίς – отечество) – нравственный и политический принцип, социальное чувство, содержанием которого является любовь к отечеству и готовность подчинить его интересам свои частные интересы. Патриотизм предполагает гордость достижениями и культурой своей Родины, желание сохранять ее характер и культурные особенности и идентификация себя с другими членами нации, готовность подчинить свои интересы интересам страны, стремление защищать интересы Родины и своего народа». Вот с этой идеологией несовместимо небесное гражданство, ибо Бог не дал в Писании и Предании заповеди «любви к Родине», а потому недопустимо считать патриотизм религиозной добродетелью. То, чего Бог не заповедал, заповедью не является. Недопустима для христианина и «гордость достижениями и культурой Родины». Ведь Бог гордым противится, а смиренным дает благодать. Да и собственно наличие земного отечества для христианина вещь вовсе не самоочевидная. Консенсус патрум будет, скорее, на стороне тех, кто утверждает наличие у христианина только одного Отечества – Небесного. Другие мнения высказывались только редкими святыми последних двух веков, что противоречит принципу прп. Викентия: «Предание – то, чему верили все, всегда и повсеместно».

Другое дело – чувство любви к Родине. Для очень многих патриотизм – это именно такое чувство, а не идеологическая система. Как оценить это чувство с точки зрения Неба? Само по себе оно нейтрально и, как любое другое чувство, лишено самостоятельной ценности. В качестве примера приведу более примитивное чувство – чувство голода. Человеку ужас как захотелось ветчины. Плохо это или хорошо? Это безразлично. Но если это чувство проснулось в Страстную Пятницу, то это дьявольское искушение. И не потому, что ветчина злая или плохая, а потому что пост. Так же и любовь (в смысле привязанность) к месту и стране своего рождения – сама по себе вещь безразличная. Она может привести к благу, когда, например, движимый этим чувством человек будет обращать ко Христу своих соседей. Она может привести к злу, когда человек под предлогом этого чувства начинает оправдывать преступления, совершаемые во имя Родины, и тем более в них участвовать. Но само это чувство нейтрально.

Делать из этого чувства добродетель – бесполезно. Считать, что оно должно быть у всех, ничем не оправданно. У кочевых народов и у охотников его нет, а у жителей мегаполисов оно от природы слабо. У христианских народов оно было крайне слабо, пока Церковь формировала мышление людей. И люди старались отождествлять себя не по государственной или национальной составляющей своего бытия, а по тому, к какой религии они принадлежат. Оно не самоочевидно для человека, иначе не требовалось бы патриотического воспитания. Оно не требуется Богом, а потому, кто мы такие, чтобы требовать его от других людей. Так что, как хорошо заметила одна из моих оппонентов, патриотизм в этом отношении похож по значению на стремление хорошо и красиво накрыть стол. Ни грехом, ни добром это чувство не является. Но если это чувство мешает идти в Небо, то в этом случае его придется побороть.


НАЦИОНАЛИЗМ И НЕБЕСНОЕ ГРАЖДАНСТВО

Новое всецерковное осуждение национализма
«Православная Церковь, авторитетно истолковывая учение Апостола языков в мирные и трудные времена ее двухтысячелетнего исторического пути, может и должна представить современному миру учение не только о восстановлении во Христе единства всего человеческого рода, но и о всемирности Его искупительного дела, которым преодолеваются все расколы мира и утверждается общая природа всех людей. Достоверное свидетельство Его спасительной вести предполагает преодоление и внутренних противоречий в Православной Церкви через избавление от националистических, этнофилетических или идеологических напряженностей, потому что только таким образом слово Православной веры найдет надлежащий отклик в современном мире» (Послание глав Поместных Церквей. 12 октября 2008 года).

Торжество «православного патриотизма» в Интернете
Набрел в пустынях Интернета на одну статью. Мать сыра земля вместо Пречистой Царицы, вместо Господа Христа – язычество. Вот реальный результат отказа от небесного гражданства в пользу национализма и патриотизма. Какое все-таки это безумие! Нам, кто переживет галактики, делаться рабами той реальности, которая не переживет смерти! Как можно служить народу или чему-то другому, если служить нужно только Богу?!

Вопрос ко всем «православным националистам» – вы готовы стать «православными язычниками»? Готовы поклоняться Кибеле – Матери богов, Гее, Мокоши вместо Творца неба и земли, видимого всего и невидимого? Нельзя совместить служение Истинному Богу и ложным народным богам. Так что для православных националистов настал момент истины. С кем вы – с Богом Троицей или с ложными богами. Нельзя совместить единство в народе Бога, единство в нации Иисуса Христа с единством в любой нации по крови. Русские тем и были сильны, что были русскими христианами, а когда захотели стать просто русскими, то их империя рассыпалась. И сейчас мы должны вернуться к Христовому уранополитизму. Мы странники на земле, и любая страна, даже такая прекрасная, как Россия, или США, или Греция, – лишь отдельные номера в гостинице, которые мы должны содержать в порядке, но к ним нельзя привязывать своего сердца. Иначе в сердце поселятся демоны язычества.

Мысли об идеях И.А. Ильина
Против нас все время поднимают авторитет «великого православного философа» И.А. Ильина. Мне давно уже казалось, что это «величие» его сильно преувеличено (особенно после чтения его работы «О сопротивлении злу силой», где Ильин почему-то считает само по себе насилие злом). Для меня философский авторитет Ильина упал до нуля после того, как я вторично прочел его работу «О России». Это чистая националистическая пропаганда. Но если отнестись к ней как к серьезной философской работе, то сразу возникает вопрос о совместимости его идеологии с Православным христианством. Как можно молиться России? Разве Россия – это Бог? Как можно верить в Россию – разве она вечная? Как можно приписывать России атрибуты Бога? Как можно считать, что именно Россия дала нам леса и горы, золото и землю? Разве все творение не принадлежит Творцу, Который Сам распределяет все так, как Ему угодно? Опять мы сталкиваемся с вопросом: кто мы – православные христиане, которым вверена сейчас Библия, или язычники, прикрывающиеся Православием? Что для нас важнее: Бог и Его Откровение или бредни нелогичного и языческого национализма? Ответ за нами.

Против Нового Иерусалима
Некоторые прямо называют Богооткровенное учение о том, что Родина наша в Небе, ложью. Оказывается, разделить Россию и Православие нельзя, ибо они уже 1000 лет вместе. Хорошо бы с этим согласиться, но тогда стоило бы вместе со мной признать, что СССР к России не имеет никакого отношения, уже хотя бы потому, что он был интернациональным, атеистическим, богоборческим и принципиально отвергал все то, чем русские люди жили со времен князя Владимира. Но нет, логика у наших горе-патриотов здесь проваливается напрочь. СССР у них – тоже Россия, но только сильно замаскированная. И тут видно, чем купит таких патриотов Антихрист в конце времен: вот вам царство земное, зато сильное, все бояться будут, а чистое Евангелие проповедать – это «неправославное учение». Видимо, для патриотов знать «только Иисуса Христа, и при том распятого» (1Кор. 2, 2), – монофизитство.

На самом деле Церковь вечна, а все страны земли временны, а значит, Россия и Церковь разделимы. Пока Россия служит Богу, она в союзе с Церковью, а когда поднимает бунт против Творца, уже нет. Церковь всегда была и остается Царством Божиим, которое больше, чем Россия. Я уже не говорю, что в Библии есть страшное пророчество о народе Рош – одном из последних враждебных Богу народов конца времен (Иез. 38; 39). Как хотелось бы, чтобы этот народ был не русским! Хочу напомнить те вещи, о которых забыли патриоты. Христос Спаситель умер на Кресте не за Россию (страну), а за каждого человека (в том числе и за русских). В вечности не будет России, а будет Новый Иерусалим, в котором будут жить спасенные из всех народов Земли. Никаких национальных кварталов в Новом Иерусалиме не предусмотрено. А потому всякий, кто имеет сердце, прилепленное к временному, не получит вечного удела в Царстве Божием. По словам апостола Павла, наше временное страдание производит вечную славу только тогда, когда мы смотрим не на видимое, а на невидимое: «…ибо видимое временно, а невидимое вечно» (2Кор. 4, 17–18).

Так что тот, кто свое сердце отдал обустройству земли, окажется нагим в Небесах. Нигде Писание и Предание Церкви не учат нас, будто бы нам нужно сначала научиться любви к земной родине, а уже затем к небесной. Не думаю, что Бог забыл что-то сказать нам через Слово Свое или через Церковь. Мы все призываемся на каждой Литургии: «Горе имеем сердца», но нигде не говорим: «Отдадим все сердце любимой отчизне, положим всю жизнь нашу на алтарь отечества». Это, безусловно, языческие представления (не случайно христиане разрушили в Риме алтарь Отечества), не имеющие ничего общего с нормальным литургическим отношением к миру – «О богохранимой стране помолимся, и властях и о воинстве ее, чтобы нам тихое и безмятежное житие пожить во всяком благочестии и чистоте». То есть для Церкви и суть молитвы за ту страну, в которой живем, именно в том, чтобы христианам никто не мешал собирать сокровища в Небесах (Мф. 6, 19–21). А что уж в ней другое происходит, то, если это не вызывает мятежей, христиан не очень волнует. Власти пусть правят по воле Бога, войска пусть охраняют граждан, законодатели пусть пишут законы, основанные на Слове Бога, богатые пусть дают милостыню, нищие пусть молятся за своих благотворителей, и таким образом среди мятущихся и постоянно меняющихся царств земли будут постепенно возрастать подданные Единственного неразрушимого Царства Божия. А пытаться дать вечность временному бесполезно. Так можно только погубить свою душу и не получить ничего.

Если Бог сочтет нас достойными, мы будем жить «в святом городе Иерусалиме, новом сходящем с неба» (Откр. 21, 2) вместе со всеми спасенными христианами из всех народов мира. Ведь «спасенные народы будут ходить во свете его, и цари земные принесут в него славу и честь свою... и принесут в него славу и честь народов» (Откр. 21, 24–26). В нашей Родине будут жить и прп. Сергий Радонежский, и св. Иоанн Кронштадтский, царственные мученики и новомученики. И все святые в земле Российской просиявшие вместе со святыми евреями и американцами будут торжествовать перед лицом нашего Отца. А те, кто желают быть вне, получат наказание в «озере, горящем огнем и серой, Это смерть вторая» (Откр. 21, 7). Что же, некоторые патриоты сделали свой выбор, никому этого я не желаю! Вразуми всех, Господи.

Ответ «православным» националистам
Поневоле начинаешь соглашаться с тем, что Новый Завет – до сих пор Новый, то есть не понятый многими теми, кто даже именует себя христианами. В чем смысл моих размышлений о месте (или отсутствии) национализма в Церкви? В том, что некоторые христиане забыли о существовании Церкви как удивительного дела Бога. Для многих христиан Православная Церковь оказалась функцией от нации (национализм), государства или культуры. То, что есть совершенное, новое измерение человеческого бытия, введенное искуплением Христовым, вообще забыто. Но ведь оно есть. Есть третий народ, отличающийся и от иудеев, и от всех народов (языков), – это Вселенская Православная Церковь. Она включает в себя представителей первых двух народов, но преодолевает все различия, порожденные грехом. В ней уже сейчас, а не в эсхатологическом будущем, нет ни эллина, ни иудея. В ней уже сейчас благодать сообщается одинаково и мужчинам, и женщинам, так что на высших ступенях их развития они преодолевают разделение даже половое (в монашестве). Да, сейчас Церковь странница на земле, но Ее вечная Родина все ближе. И если христиане не имеют сердец, устремленных на Небеса, то они туда и не попадут. После смерти их души, привязанные к земным реальностям, будут сбиты в пропасть рукой злобного великана, которого видел святой Антоний.

И именно поэтому национализм смертельно опасен. Ведь национализм – это не любовь к своей нации (тем паче что христиане принадлежат к народу Христа), а, согласно всем известным мне энциклопедиям, идеология превосходства одной нации над другими или идеология нации как высшей формы организации человечества по сравнению с другими общественными институтами. Как может христианин принимать такую очевидно абсурдную идеологию? В первом смысле национализм абсурден и греховен, ибо отрицает происхождение всех людей от одного Адама, а раз так, то нет ни первородного греха, ни искупления. Более того, такой национализм оскорбляет сами народы тем, что сводит народные различия, порожденные наказанием Бога в Вавилоне, к биологии. Например, для русского или татарина будет унижением считать, что их разница подобна разнице между бульдогом и таксой. Да, святые называли Вавилонское смешение и проклятием (cв. Дмитрий Ростовский. «Келейный Летописец»), и наказанием Божиим, и Его Судом (Иоанн Златоуст, Филарет Московский). Но никто из них не считал наличие народов изначально свойственным человечеству и входящим в замысел Бога. Но и даже наличие народов никак не является обоснованием национализма. Ведь наличие разных рас не является обоснованием расизма.

Любовь к ближним заповедана Господом, и не надо ее как-то по-другому называть. Притом что ближний для нас тот, кто рядом, вне зависимости от нации и даже от религии. Но к национализму, как его понимает большинство людей, это не имеет никакого отношения. Второе значение национализма, предполагающее превосходство нации над всеми другими формами существования человеческого общества, также неприемлемо для православных. Для нас высшая ценность – Христос и Его Церковь, а это уже не может быть совместимо с национализмом. Признание высшей ценности чего бы то ни было земного (даже семьи, прямо установленной Богом, даже государства, являющегося Божиим даром человечеству) губит душу и неизбежно порождает ненависть. Не случайно дьявол называется в Акафисте Богородице тлителем смыслов. Это именно его политика: размыть до неузнаваемости значение слов и затем в мутной воде бессмысленности ловить души. Поэтому давайте употреблять слова в их общепринятом значении, а если это значение вам не нравится, вводите новое слово.

Национализм и христианство
Один мой друг заметил очень интересную вещь, которую хочу процитировать: «Опять эта слащавая националистическая идея, что “сначала надо научиться любить ближних, а потом дальних”. И ее пытаются приписать свт. Николаю, который прекрасно знал, что у христиан нет заповеди “возлюби дальнего”, а есть заповедь “возлюби ближнего”. А ближний известно кто – тот, кто оказался рядом. Отвечая на вопрос: “Кто мой ближний?”, Господь привел в пример самарянина – не только представителя иной религии, но и, по понятиям тогдашних иудеев, представителя другой народности. И они еще после этого смеют что-то говорить про то, что сначала, дескать, христианину надо научиться любить свою семью, потом свой народ, а потом уже другие народы.

Интересно, как они эту совершенно нежизненную фантазию представляют на деле? Вот, например, подходит русский нищий к такому православному, просит подаяния, а тот отвечает: извини, дружище, я пока что на том уровне, когда учатся любить семью, и на уровень, когда уже любят всех представителей своего народа, я пока не перешел. Так что извини, ничем помочь не могу, поищи более продвинутого православного, перешедшего на второй уровень, он сможет помочь тебе. Затем, по их мысли, наверное, этот христианин когда-то (когда? и с чего вдруг?) начинает любить и свой народ вообще, но еще не любит другие народы. И вот он отправляется с мешком подарков в детский дом, чтобы детям устроить праздник, а в детских домах состав всегда интернациональный. И вот он русским мальчикам и девочкам раздает подарки, а если к нему подходят нерусские сироты, он им говорит: извините, детки, я пока еще не перешел на уровень, когда уже научаются любить все народы, я пока выучился любить только свой народ, так что подарков я вам не дам, ждите, пока к вам придут более продвинутые православные. Так, что ли, они себе это “постепенное возрастание христианской любви через национализм” представляют?

Интересно, а как при этом национализм может помочь христианину действительно, по их мысли, возрасти и перерасти из любви к своему народу до любви к другим народам? То есть фактически из националиста превратиться в интернационалиста, и все благодаря националистической идеологии? Полный бред. А все потому, что люди, называющие себя христианами, не знают и не желают знать христианского учения о любви, – откуда она берется и чем питается, и в чем выражается. Национализм для христианина – это признак его ущербности.

И вот что говорит о любви ученик святителя Николая Сербского преподобный Иустин (Попович): “Любовь ко Христу разветвляется на любовь к ближнему, любовь к истине, любовь к святости, к миру, к чистоте, ко всему Божественному, ко всему бессмертному и вечному. Все эти виды любви Божественны, святы и вечны, потому что корень их Божественен, свят и вечен. И корень этот – любовь ко Христу. Все эти виды любви являются естественными проявлениями любви ко Христу. Христос есть Богочеловек, и любовь к Нему значит всегда: любовь к Богу и любовь к человеку. Любовь к Богу проявляется в любви к человеку как к богоподобному существу, то есть как к одухотворенному брату. Мы должники любви Христовой, которой мы не заслуживаем, и ради нее мы должны любить друг друга. Это новая любовь и новая заповедь о любви. Новая, потому что любит человека, несмотря на то, что он грешен. Новая, потому что не убивает грешника по причине греха, но убивает грех и спасает грешника. Потому она стала первой обязанностью христиан, что, выполняя ее, мы продолжаем Богочеловеческое дело спасения людей, спасаем себя и других или, точнее, спасаемся через других. Спасение состоит в продолжении любви Христовой через людей, верующих в Него”.

И еще высказывания прп. Иустина Поповича: “Национализм потому не может вести к любви ко всем народам, что для своего питания он нуждается в подогревании ненависти к иным народам, в какие бы благообразные и “справедливые” одежды эта ненависть ни рядилась. Как любовь есть живая, творческая сила Бога, так и ненависть есть живая творческая сила дьявола. Тот, кто действует ради любви, действует для всех добродетелей Евангелия, а тот, кто действует ради ненависти, действует и ради всех грехов. Как каждая добродетель есть причина света, так и каждый грех есть причина тьмы, поэтому добродетели просвещают очи человека, а грехи закрывают их, иными словами, ослепляют».

Где место для церковного национализма
Попытка выдать национализм за некую добродетель упирается в ряд проблем. Что означает «сугубое попечение к своему народу»? Напомню, согласно Евангелию, ближним для нас является тот, кому мы сейчас можем оказать помощь. Христос не призывал нас интересоваться его национальностью. В притче о милосердном самарянине можно говорить о милосердии, превосходящем и национальные, и религиозные границы. Достаточно вспомнить слова прп. Феодосия Киево-Печерского: «Если латинянин, или жид, или мусульманин будут голодны, то накорми их». Так что, если говорить о делах милосердия, тут всякий национализм прямо противоречит Евангелию. Если же касаться духовной поддержки и заботы о духовном возрастании человека, то опять же ни в Писании, ни в Предании ничего не сказано про выделение «своей» национальности, тем паче, что часто это просто невозможно (например, для меня свои и русские, и татары). Если мы заботимся об обращении к Богу человека, то на этот счет существует прямая уранополитическая заповедь Евангелия: «…идите, научите все языки» (Мф. 28, 19). Наконец, если подразумевается наставление на путь истины тех людей, которые уже в Церкви и сбились с пути, то здесь Писание прямо говорит, что во Христе нет ни иудея, ни эллина, ни варвара, ни скифа (Гал. 3, 27–28), и всякое внесение племенного различия именуется этнофилитизмом и осуждено как ересь!

Чем же может быть полезен национализм для церковной жизни? Возможностью сохранения и использования разговорного языка при молитве, так оно и есть везде, кроме России. Существованием не имеющих вероисповедного значения местных церковных и народных традиций. И оно есть, причем в рамках даже одной Церкви эти обычаи разные. Но раз они не имеют значения для спасения (а мы спасаемся верой), то и концентрировать на них внимание вряд ли стоит, иначе мы рискуем впасть в грех идолопоклонства и воздать земным вещам неподобающую честь. Итак, где в результате место церковному национализму? В ряду добродетелей он не находится. Одно только ему место – в той сфере, которая за пределами Церкви. Но, думаю, любой православный должен стараться, чтобы эта сфера уменьшалась вплоть до полного исчезновения. А обратная попытка называется в Писании дружбой с миром, которая есть вражда против Бога.

Еще раз о национализме
Недавно с одним моим другом мы около часа спорили о национализме, и что интересно: в течение разговора определение предмета менялось несколько раз. Думаю, причина в том, что всякий национализм не может быть совместим ни с христианством, ни с простым здравым смыслом. Ведь очевиден факт, что само существование народов в мире – результат проклятия Вавилонской башни. Именно поэтому привязанность к проклятию неуместна. Хотелось бы подчеркнуть, что пример Израиля (отношение к нему пророков и ап. Павла) неуместен, потому что Израиль Завета среди народов не числится. Это религиозная община, а не совокупность людей одной крови и культуры. С древним Израилем можно сопоставить только Церковь, но никак не тот или иной народ (русский или китайский).

Здравый же смысл подсказывает, что негоже человеку выстраивать свои предпочтения, исходя исключительно из случайности рождения. Почему я должен любить или ненавидеть то, что нравится или не нравится тем, кто претендует говорить от имени моего народа. Думаю, что причиной развития национализма является утрата религиозного измерения жизни. Крайне редко встретишь сейчас православного, который оценивал бы современную жизнь (будь то личную или тем более политическую) не с точки зрения государства или нации, а с точки зрения Бога. Более того, многие считают гордостью желание знать Его волю и тем более поступать по ней.

Кто не может быть православным
Если кто-то вместе с выдуманным персонажем Достоевского Шатовым считает, что у каждого народа свой бог, которого создает себе сам народ, то он не может причащаться и быть похороненным на православном кладбище. Это первый анафематизм недели Православия. Шатов – обычный атеист, а как можно атеиста причащать? Шатовское представление о создании бога народов достаточно точно воспроизводит оккультные представления об эгрегоре народа (см. Роза мира). Но какое это имеет отношение к христианству? Это матерое идолослужение, радикально противоречащее всей Библии. Есть реальный Бог Троица – Творец Неба и Земли, Повелитель всех народов и правителей. Он никак не народный Бог, а Бог Церкви. А кто не верит в Него, тому АНАФЕМА!

В свете этого вопрос о народе-богоносце повисает в воздухе. Если народ – богоносец потому, что выдумывает себе бога, то это народ языческий, и ничего хорошего его не ждет. Если народ – богоносец, ибо несет весть об истинном Боге неверующим, то замечательно, такой народ есть уже 2000 лет. Он называется Православной Церковью, и русские христиане – его прекрасная часть. Если Россия – инструмент Бога и Его Церкви (для чего Россия и создавалась), то в этом ее высшее оправдание, а если Россия хочет, чтобы Церковь служила ей, то ничего хорошего не будет.

Главное в Церкви – Христос
Святитель Григорий Богослов говорил: «У всех высоких, о человек! одно отечество – горний Иерусалим, в котором сокрыто житие наше. У всех один род, и если угодно смотреть на дольнее – это персть, а если на высшее – это дыхание, которого стали мы причастниками, которое заповедано нам хранить и с которым должно предстать на суд и дать отчет в соблюдении горнего нашего благородства и образа. Посему всякий благороден, кто соблюл сие дыхание добродетелью и стремлением к Первообразу; и всякий не благороден, кто осквернил оное пороком и принял на себя чуждый образ – образ змия. Дольние же сии отечества и породы суть только забава привременной нашей жизни и лицедейства. Ибо и отечеством именуется то, что каждый предвосхитил себе или насилием, или собственным бедствием, и где все одинаково странники и пришельцы, сколько бы мы не играли названиями… И потому предоставлю тебе высоко думать о гробах и баснях; а сам попытаюсь, сколько могу, освободиться от обольщения, чтобы или возвратить, или сохранить благородство» (Свт. Григорий Богослов. Слово 33).

В Интернете появилась статья «Россия за гробом», в которой автор от имени всей патриотической общественности выступил против идеи обращения в Православную Церковь представителей нерусских народов. Особой критике подверглась моя позиция, озвученная на последних XV Рождественских Чтениях, что необходимо отличать патриотическое воспитание от дела православной миссии. Я был обвинен в иконоборчестве за отказ признать существование некоей загробной России. Напомню простую вещь. Я почитаю иконы Христа, Богородицы и святых угодников, воздавая почитание изображенным на них святым образам, а не веществу, в строгом соответствии с догматом VII Вселенского Собора. Так что обвинение меня в ереси является клеветой.

Может быть, и не стоило отвечать на такие слова, хотя обвинение в ереси – повод к вызову автора этого опуса на церковный суд, но, к сожалению, его позиция отразила удивительную химеру, существующую в головах людей, пытающихся создать «русское Православие». Печально, когда люди, приходя в Церковь, отказываются следовать вере Церкви. Печально, когда люди начинают под видом Православия исповедовать уже осужденную ересь. Но именно это наблюдается в статье. Напомню простую вещь.

В Никео-Цареградском Символе Веры Церковь наша называется Соборной (Кафолической) и Апостольской. Согласно Пространному Катехизису свт. Филарета Московского «Церковь называется Соборной, или, что то же самое, Кафолической, или Вселенской, потому что она не ограничивается никаким местом, ни временем, ни народом, но заключает в себе истинно верующих всех мест, времен и народов. Апостол Павел говорит, что благовествование существует во всем мире и есть плодоносно и растимо (возрастает) (Кол. 1, 5–6) и что в Церкви христианской несть еллин, ни иудей, обрезание и необрезание, варвар и скиф, раб и свободь: но всяческая и во всех Христос (Кол. 3, 11). Сущии от веры (верующие) благословятся с верным Авраамом (Гал. 3, 9)… Кафолическая Церковь заключает в себе всех истинно верующих в Мире. Поскольку Господь Иисус Христос, по изречению апостола Павла, есть Глава Церкве, и Той есть Спаситель тела, то, чтобы участвовать в Его спасении (вместе с Ним), необходимо быть членом Его Тела, т.е. членом Кафолической Церкви (Еф. 5, 23). Апостол Петр пишет, что Крещение спасает нас по образу Ноева ковчега. Все спасшиеся от Всемирного потопа спаслись единственно в Ноевом ковчеге. Так все обретающие вечное спасение обретают его в Единой Кафолической Церкви» (п. 268, 270).

Но для автора статьи православие существует исключительно в национальной форме. Более того, для него нация первичнее и важнее Церкви. Фактически само понятие Вселенской Церкви для него не существует. То учение, которое прямо исповедуется Новым Заветом (Гал. 3, 28; Кол. 3, 11), автор считает космополитизмом и «иконокластической» ересью. В представлении автора за гробом существует Россия, Греция, Палестина и другие государства. Любопытно, откуда он узнал то, о чем не догадывался апостол Павел, повелевавший «обновлять по образу Создавшего, где нет ни Эллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, свободного, но все и во всем Христос» (Кол. 3, 10–11). Видимо, автору и нашим националистам был дан Новейший Завет, и они были восхищены до четвертого неба и слышали слова еще более неизреченные, чем слышал апостол. Павел говорит: «Во Христе нет народов», а автор говорит: «Есть».

Каким образом русские святые отделяются им от всех других святых? Израильтянка Богородица сказала о преподобном Серафиме: «Сей из рода нашего», а автор говорит: «Нет, он русский»! К каким святым отнести прп. Пафнутия Боровского – монгола, св. Прокопия Устюжского – немца, Антония Римлянина и прмц. Елизавету? Они входят в Собор русских святых, но по крови они русскими не являются. А с другой стороны, разве русские христиане согласятся считать для себя чужими ликийца свт. Николая или каппадокийца Георгия? Что за дикий национализм? Все святые, и живые, и на Небесах находящиеся, молятся обо всей Церкви – странствующей и в России, и в США. Удивительно, как завораживает людей не обоснованная ни на отцах Церкви, ни на Священном Писании демагогия. «Отечество, – говорят они, – образ Царства Небесного». Мы отвечаем: «Обоснуйте». На это нам отвечают совершенно дикими утверждениями, что Христос будто бы пришел только к Своему народу, а лишь после того, как Он был отвержен Своими, послал апостолов к другим народам Земли.

Придется напомнить, что Израиль был не национальным, а религиозным образованием, народом Завета, общиной Авраама, в которую могли войти любые люди. Так что сопоставлять Израиль надо не с греками или русскими как национальными образованиями, а с язычеством (эллинством) как всемирной лжерелигией. После того, как евреи выпали из Завета, сама община Авраама сохранилась – это Всемирная Церковь, Новый Третий Народ (по словам св. Иустина Философа), получивший все обещания. Автор, говоря о самом существовании наций, почему-то утверждает, что их своеобразие создано Богом, забывая, что это – не благословение, а проклятие Вавилонской башни (Быт. 11). Если бы не было греха, не было бы и народов, а только «аморфное человечество». Какой национальности был Ной, Енох или Авель? Пятидесятница преодолевает это противоестественное разделение. Вспомним кондак этого праздника: «Егда снишед языки слия, разделяше языки Вышний, егда же огненныя языки раздаяше – в соединение вся призва».

Вот именно этого уникального чувства неотмирности Церкви и лишены наши националисты. Жаль, что не желают они услышать голос Древней Церкви. В «Послании к Диогнету» (II в. по Р.Х.) св. Иустин Философ говорит: «Христиане не отличаются от других людей ни страною, ни языком, ни житейскими обычаями. Они не населяют где-либо особых городов, не употребляют какого-либо необыкновенного наречия и ведут жизнь, ничем не отличную от других людей. Только их учение не есть плод мысли или изобретение людей, ищущих новизны. Они не привержены к какому-либо учению человеческому, как другие. Но, обитая в эллинских и варварских городах – где кому досталось – и следуя обычаям тех жителей в одежде, пище и во всем другом, они представляют удивительный и поистине невероятный образ жизни. Живут они в своем отечестве, но как пришельцы; участвуют во всем как граждане, но все терпят как чужестранцы. Для них всякая чужая страна есть отечество и всякое отечество – чужая страна… Они во плоти, но живут не по плоти. Находятся на земле, но суть граждане небесные… Иудеи воюют против них, как против иноплеменников. Язычники их преследуют, но враги их не могут сказать, за что их ненавидят…
 
Одним словом: что в теле душа, то в мире христиане. Душа распространена по всем членам тела, как христиане по всем государствам мира. Душа, хотя и обитает в теле, но сама бесплотна; и христиане живут в мире, но не суть от мира. Невидимая душа заключена в видимом теле; так и христиане, находясь в мире, видимы, но богопочтение их остается невидимым. Плоть ненавидит душу и воюет против нее, ничем не будучи ею обижена, потому что душа запрещает ей предаваться удовольствиям. Точно так же и мир ненавидит христиан, от которых он не терпит никакой обиды, за то, что они вооружаются против его удовольствий. Душа любит плоть свою и члены, несмотря на то, что они ненавидят ее, и христиане любят тех, кто их ненавидит. Душа заключена в теле, но в сущности, она сама содержит тело. Так и христиане, заключенные в мире, как бы в темнице, сами сохраняют мир. Бессмертная душа обитает в смертном жилище; так и христиане обитают, как пришельцы в тленном мире, ожидая нетления на Небесах. Душа, претерпевая голод и жажду, становится лучше; и христиане, в своих наказаниях, все больше умножаются с каждым днем. Вот какое славное положение определил им Бог, и от него им нельзя отказаться».

Это мироощущение радикально противоположно как национализму, так и космополитизму. Назвать его правильнее «уранополитизмом» – «небесным гражданством». И для тех, кто придерживается его, важно не мнение мирового сообщества (как для космополитов) или интересы нации (как для националистов), а воля Бога. Бог повелевает проповедать Евангелие всем народам (Мф. 28, 19), значит, мы должны это делать и вовремя, и не вовремя. Не нужны для этого ни программы, ни вопросы целесообразности. Как не надо особо доказывать необходимость милостыни и воздержания от кражи, так не надо доказывать и необходимость миссии диаспорам. Миссия эта необходима и «гастарбайтерам», и России. Очевидно, что если мы не станем исполнять заповедь Бога, России не устоять. Во-первых, потому, что если Господь разгневается, никто не сохранит никакой страны, в том числе и России. А неразрушимости России в отличие от Вселенской Церкви никто не обещал. А во-вторых, даже с земной точки зрения, только обращая ко Христу мигрантов, можно надеяться на их мирное существование в нашей стране.

Несмотря на то, что в России есть опыт мирного сосуществования ислама и христианства, на протяжении истории война мусульманства и России длится все время, начиная со времен св. Владимира (войны с Волжской Булгарией) и до наших дней (Чечня). Исключением являлся только период татаро-монгольского ига. Лишь те народы, которые приняли христианство, могли надолго войти в состав империи. Что касается того, будто бы обращение мусульман в Православие никогда не пользовалось успехом, напомню, что сейчас в нашей стране каждый год свободно принимает христианство в несколько десятков раз больше мусульман, чем совращается из христианства в ислам. Сотни тысяч татар, башкир и других представителей исламских народов реально являются христианами – вот результат и царской миссии, и нынешнего возрождения Православия.

На самом деле позиция автора статьи не только антихристианская, но и глубоко антирусская. Она отказывает России в ее главном идеале, за который Бог дал ей такие просторы, – идеале святости для всех. Именно такой подход, признававший единственную истинность Всемирного Православия и предлагавший всем войти в Церковь, и создал империю, в которой подавляющее большинство русских. А ведь к концу XVII века население нашей страны делилось по языковому признаку почти пополам — между русским и татарским. Сейчас националисты хотят разрушить реальную страну ради своих идей. «Россия для русских» не будет ни Православной Россией, ни имперской. Она сократится до маленького озлобленного азиопского княжества, в котором власть захватят космополиты – мусульмане. Они подняли свою руку и против Русской Церкви, которую хотят превратить в националистическую секту. Только непонятно, зачем тогда они борются с украинскими автокефалистами? Ведь те точно так же разрушают Вселенскую Церковь ради нации. Я уже не говорю, что статья является глубоко русофобской. Она утверждает, будто русские люди уйдут из Церкви потому, что в нее придут диаспоры. Неужели автор считает наших прихожан такими глупцами, которым в Церкви нечего делать, кроме как защищать свою культуру? Зачем русских считать такими людьми, которые совершенно не думают о Царстве Небесном? Неужели русские идут в храм не для спасения своей души, а зачем-то еще?

Я в Церкви уже почти тридцать лет и могу сказать, что для подавляющего большинства прихожан главное в Церкви – Господь наш Иисус Христос. И почти никто (кроме, может быть, оголтелых националистов) никогда не покинет Сладчайшего Иисуса из-за того, что к нам придут новые братья. Напротив, вы бы видели, какая радость бывает на лицах у русских прихожан и прихожанок (молодых и старых), когда принимают Святое Крещение мусульмане. Наши христиане сохранили Христову радость о едином грешнике кающемся. А позиция автора четко повторяет слова Антихриста в «Трех разговорах» В.С. Соловьева: «Любeзныe бpaтья! Знaю я, чтo мeждy вaми ecть и тaкиe, для кoтopыx вceгo дopoжe в xpиcтиaнcтвe eгo cвящeннoe npeдaнue, cтapыe cимвoлы, cтapыe пecни и мoлитвы, икoны и чин бoгocлyжeния. И в caмoм дeлe, чтo мoжeт быть дopoжe этoгo для peлигиoзнoй дyши? Знaйтe жe, вoзлюблeнныe, чтo ceгoдня пoдпиcaн мнoю ycтaв и нaзнaчeны бoгaтыe cpeдcтвa Bceмиpнoмy мyзeю xpиcтиaнcкoй apxeoлoгии в cлaвнoм нaшeм импepcкoм гopoдe Koнcтaнтинoпoлe c цeлью coбиpaния, изyчeния и xpaнeния вcякиx пaмятникoв цepковнoй дрeвнocти, пpeимyщecтвeннo вocтoчной, a вac я пpoшy зaвтpa жe избpaть из cpeды cвoeй комиccию для oбcyждeния co мнoю тex мep, кoтopыe дoлжны быть пpиняты c цeлью вoзмoжнoгo пpиближeния coвpeмeннoгo бытa, нpaвoв и oбычaeв к пpeдaнию и ycтaнoвлeниям cвятoй Пpaвocлaвнoй Цepкви! Бpaтья пpaвocлaвныe! Koмy пo cepдцy этa мoя вoля, ктo пo cepдeчнoмy чyвcтвy мoжeт нaзвaть мeня cвoим иcтинным вoждeм и влaдыкoю, пycть взoйдeт cюдa». Но мы вместе со старцем Иоанном ответим: «Bceгo дopoжe для нac в xpиcтиaнcтвe caм Xpиcтoc — Oн Caм, a oт Heгo вce, ибo мы знaeм, чтo в Heм oбитaeт вcя пoлнoтa Бoжecтвa тeлecно».

Именно любовь к Нему и желание исполнить Его Божественную волю понуждают нас нести свет Евангелия всем народам, чтобы все они вошли во Всемирную Церковь и нашли подлинное отечество там, где живет наш Отец.
 

ВЗГЛЯД НА МИР

Небесное гражданство как первая и всеобщая добродетель
В Толковании на Послание к Евреям Иоанн Златоуст писал: «Первая добродетель, и добродетель всеобщая состоит в том, чтобы быть странником и пришельцем в этом миpе и не иметь ничего общего с здешними вещами, но быть в таком отношении к ним, как к чуждым для нас, – подобно тем блаженным ученикам, о которых (апостол) говорит: “…скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления; те, которых весь мир не был достоин” (Евр. 11, 37–38). Они называли себя странниками, а Павел сказал о себе еще нечто большее: он не только называл себя странником, но говорил, что он мертв для мира и мир мертв для него: “…для меня, – говорит он, – мир распят, и я для мира” (Гал. 6, 14). А мы ведем себя, как здешние граждане, и устрояем все дела свои в жизни так, как живые граждане. Чем праведники были для мира, т.е. странниками и мертвыми, то мы для неба; а чем были они для неба, т.е. живыми гражданами, то мы для мира. Потому мы и мертвы, что уклонились от истинной жизни и избрали временную; тем мы и прогневляем Бога, что не хотим отстать от земных благ, тогда как нам уготовано небесное блаженство, но, подобно червям, пресмыкаемся из одной земли в другую, а из этой опять возвращаемся в ту, и вообще нисколько не хотим опомниться и отстать от дел человеческих, но, как бы погрузившись в глубокий сон или одурев от опьянения, увлекаемся мечтами».


«Святые были странниками и пришельцами. Признавал себя таким Давид, это несомненно. Послушай, что он сам говорит: странник я у Тебя и пришелец, как и все отцы мои (Пс. 38, 13). Те, которые жили в шатрах и за деньги приобретали места для погребения, очевидно, были такими странниками, что даже не имели, где хоронить мертвецов своих. Что же? Не называли ли они себя странниками по отношению только к одной земле палестинской? Нет, по отношению к целой вселенной, – и это справедливо: они не видели в ней ничего такого, чего желали, но все было для них странно и чуждо. Они хотели упражняться в добродетели, а здесь было множество пороков, и потому все здешнее было для них чуждо; они не имели ни одного друга, ни одного близкого человека, кроме немногих. А как они были странниками? Они не заботились о здешнем и доказывали это не словами, а самыми делами. Как и каким образом? Бог сказал Аврааму: Оставь мнимое отечество и иди в землю чужую (Быт. 12, 1), – и он не остался там по любви к близким, но без сожаления покинул как бы чужую землю. Бог сказал ему: Принеси в жертву сына своего (Быт. 22, 2), – и он принес его так, как бы вовсе не имел сына, принес так, как бы не был облечен человеческою природою. Имущество свое он считал общим со всеми приходящими и ставил это ни во что; первое место предоставлял другим, подвергался опасностям, терпел бесчисленные бедствия; не строил великолепных домов, не роскошествовал, не заботился об одежде и ни о чем другом, что бывает в здешнем мире; напротив, жил жизнью небесного города, был страннолюбивым, братолюбивым, милосердым, долготерпеливым, презирал имущество, настоящую славу и все прочее».

 

Аборты
Много говорят о том, что без запрета абортов невозможно решить демографическую проблему в России, что из-за абортов русская нация вымирает. Все это правда, но главный корень беды в другом. Просто наша земля уже устала принимать невинную кровь. Голос крови убитых младенцев вопиет из земли, а потому Бог Небесный проклинает новых каинов. Те, кто смеют защищать легальность аборта по каким бы то ни было причинам, находятся под гневом Бога. Для них закрыты ворота Нового Иерусалима. В него не войдет ни один убийца. Преступны родители, убивающие детей, еще более преступны абортмахеры, которых совершенно незаслуженно называют палачами. Ведь палач все же исполняет справедливый приговор судьи – они же маньяки, массовые убийцы, которые истребляют неповинных детей, подобно царю Ироду. Но бесконечно большими преступниками являются те, кто оправдывает злодейства. «Они знают, что за свои дела достойны смерти, но не только сами делают, но и делающих одобряют» (Рим. 1, 32).


Самое страшное, что среди таких преступников есть и те, кто считает себя православными. Они кричат, будто нельзя насильно заставлять человека делать добро. Тут надо полагаться только на совесть, нельзя привлекать государство. Но это неправда. Воля Бога Небесного такова, что власть, которую Он Сам поставил на земле, обязана следовать не воле народа, а Его воле. А имя Ему – Хранитель младенцев (Пс. 145). Он повелевает властям использовать право меча для защиты маленьких детишек. Бог праведен, и потому для Него вовсе не равноценна кровь убитого и убийцы. Он Сам сказал, что кровь невинного смывается только кровью убийцы. Да, сейчас время Нового Завета, и наказание наше взял на Себя Невинный Господь. Но те, кто, уже зная про благодать Искупления, дерзает сознательно творить беззакония, не могут пользоваться плодами Искупления. Я не верю тем женщинам и мужчинам, которые говорили, будто не знали, что убивают. Если не знали, так зачем шли на аборт? Развлечения ради? Нет, это просто мятеж против Бога и Его творения.
Когда нам говорят, что запрет абортов вызовет рост смертности от нелегальных абортов, надо отвечать, что просто совершится Правосудие Божие, и еще один убийца получит Его воздаяние. Преступно и мерзко, когда защищают права убийц и презирают права жертв.

 

Как сказал переполненный любовью Ефрем Сирин: «Кто жалеет убийцу, ненавидит его жертву». А потому убежден, что наши правители обязаны перед Богом, Который и поставил их управлять Своим творением, запретить аборты, и тогда множество их грехов будет покрыто в Судный День. Пусть они строят себе хоть по замку каждый год, но, если они защитят невинно убитых, Бог простит множество их преступлений. В День Суда они смогут показать Христу на множество выживших детей и сказать Ему: «Вот дети, которых я по Твоей заповеди спас от смерти». И Сам Бог тогда спасет их от вечной смерти. Они смогут войти в Небо, чтобы получить от Господа господ венец награды. Ведь сказал Бог: «Спасай взятых на смерть, и неужели откажешься от обреченных на убиение?» (Притчи. 24, 11) А тех, кто убивает, и тем более одобряет убийство, ждет следующее: они станут воскресшими перед Великим Престолом, из-под которого потечет огненная река, а против них станут убитые дети. И как они смогут устоять перед их криком: «Господи, рассуди нас с нашими убийцами»? Где найдут они защиту, какие аргументы предложат они тогда, когда все маски будут сорваны? Огненная река смоет их в озеро, горящее огнем и серой. И дым мучения их будет восходить во веки веков.

 

Критерии оценки истории
Бесконечные споры на тему, кто прав, а кто не прав в той или иной исторической ситуации, связаны с тем, что не существует общепринятых норм оценки исторических событий. Если высшая ценность – белая раса, то во Второй мировой войне прав Гитлер, а если интересы мирового пролетариата и коммунистического интернационала – то СССР. Все земные критерии, будь то национализм, патриотизм, космополитизм, коммунизм, расизм, совершенно субъективны и не имеют никакой ценности. Для меня существует единственный объективный критерий – воля Божия, выраженная в Писании и Предании, и интересы Святой Церкви. Ситуация, когда Церковь укрепляется и люди начинают творить волю Божию, – это благо, там же, где Церковь теряет свое влияние, а грех объявляется нормой и расширяет свое влияние, – это безусловное зло.


Все остальное, например, сохранение самобытной национальной культуры, границы, какая династия и/или какой правитель управляет – вещи вовсе безразличные, без связи с этим главным критерием. Может быть такая ситуация, что в результате усиления государства ослабляется Церковь, – это безусловное зло. Бывает, что Церковь усиливается при ослаблении народа или государства – это безусловное благо. Точно так же бывает и одновременное усиление государства и Церкви, как было при св. Константине и св. Юстиниане. И это очень хорошо! Если люди прекращают творить грех, это замечательно, а если нет, то это ужасно. Уровень безработицы, площадь государства и все остальное – вещи, не имеющие вечных последствий. Для Божия Суда безразлично, на каком языке говорил человек, но не безразлично, во что он верил и какие дела творил. Для солдата, сраженного пулей на поле сражения, перестают быть важными интересы той страны, где он жил. Для него становится важным совсем другой вопрос: как оправдаться на Божьем Суде? И этот же вопрос встанет перед каждым человеком, когда он умрет. Ему не поможет либерализм или национализм, ему поможет только церковность, которую мы называем еще уранополитизмом.

 

Путь к вечной свободе
«Если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Ин. 8, 36), – сказал Господь. Мы, граждане Неба, совершенно незаслуженно, по одной лишь Православной вере, получили свободу в Крещении и стали детьми Бога. И теперь мы свободны, точно птицы в небесах. Наша Родина в Небе. Там нас ждет Отец, Который никогда не подводит. Там нет тления и смерти, а вечная радость. Здесь мы странники и пришельцы, но при этом мы «сограждане святым и свои Богу» (Еф. 2, 19).
Мы жалеем всех людей, которые еще не просвещены светом Господа, и потому стараемся донести это сияние до них, но никогда мы не скажем, что те, кто запутался в узах тьмы, уже во свете, хотя и не знают этого.


Нам даны силы для победы над грехом в Чаше вечной Жизни, нам даны знания для победы над грехом в Писании и Предании, нам дано ощутить аромат бессмертия во Святом Духе.
Разве история спасения народа Господня не интереснее и не важнее, чем все пустые и лживые сплетения истории язычников? Это чистый дар. Не наша заслуга, а проявление немыслимой любви Сына Божия. Так давайте не посрамим ее, а станем все гражданами Неба, чтобы там царствовать вечно. Ведь только граждане Неба, уранополиты, имеют возможность полной свободы. Свободы от греха, ибо нам прощены грехи ради имени Христова, свободы от забот века сего ради покоя неба, свободы от собственных страстей, побеждаемых при нашем содействии Христовым бесстрастием: итак «…выйдем к Нему за стан, нося Его поругание. Ибо не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего» (Евр. 13, 13–14).

ЗАМЕТКИ ПО ИСТОРИИ

Небесное гражданство и Россия
Меня обвиняют, будто я ненавижу Россию. Это, конечно, неправда. Та страна, где Бог судил мне странствовать, занимает важное место в Промысле Бога. В течение многих столетий Россия была защитницей Церкви, как раньше ею была Франция. А затем случился мятеж жителей России против Бога и Церкви, а как следствие, и против царя, и Россия перестала существовать на 70 лет. На ее месте водворился страшный богохульный и богоборческий режим, который распространял сатанинское учение на треть мира (как и сам Люцифер совратил треть ангелов). Божия милость спасла тех русских христиан, которые остались верны Богу, несмотря на богоборчество большинства. И ради молитв новомучеников Бог разрушил СССР и дал свободу русским православным христианам. Сейчас уже подходит к концу второе десятилетие той свободы, которую предрекали старцы. Это время для спасения людей – одно из самых лучших в истории мира. И нам надо неустанно благодарить Бога за Его великую милость, которую Он оказал нам. Что будет дальше, зависит от нас. Если русские люди выберут Небо, Бог даст им и землю, а если нет, то о судьбе России можно прочитать в 38-й и 39-й главах у пророка Иезекииля. С народом Рос мне не по пути, а с русскими святыми хочу жить вечно. Боже, вразуми наших правителей, чтобы они служили только Тебе! Сохрани Россию, пока она служит Тебе! И дай христианам, странствующим в ней, прилепиться только к Тебе, забывая о земле во имя Неба Божественной любви!

 

На чью точку зрения надо ориентироваться
Меня поражает воинствующая антилогичность наших патриотов. Например, утверждение, что мы должны принимать без осуждения всю историю нашей страны. Тогда зачем осуждать Власова? Он ведь тоже наша история. Христиане воевали за СССР, но они же воевали и за Гитлера. Так что же нам и этого мерзавца оправдывать? Правы были философы XIX века, усматривавшие в патриотизме глубокое нарушение логики. Если патриотизм – это добродетель, то она не может вести ко злу. А значит, всякое патриотическое действие хорошо само по себе. Но тогда почему столкновение двух патриотизмов (грузинского и осетинского, например) приводит к войне? Является ли война благом для обеих сторон? Нет. А значит, то, что к ней приводит, также благом не является. Получается, что сам по себе патриотизм безусловной добродетелью не является. Соответственно, нам необходимо иметь некие надпатриотические критерии, по которым и можно оценивать то или иное естественное движение человека.


Кто может дать такие критерии? Тут есть варианты. Это может быть некая наднациональная идеология (коммунизм, ислам, расизм, либерализм и т.д.). Но все они – человеческие, а следовательно, субъективные, способные ошибаться. Соответственно, вывод всегда можно оспорить.
Однако есть точка зрения совершенно объективная – это точка зрения Бога. Именно опираясь на нее, можно и должно оценивать и личную мою историю (этот процесс называется покаянием) и историю той страны, в которой Бог судил нам странствовать, или любую другую историю. Очевидно, что такая точка зрения является максимально благой, ибо исходит из благого разума Божия. Но тут возникает новый вопрос: а познаваема ли эта точка зрения? Ответ также очевиден. Если точка зрения Бога на максимально важные для нас ситуации принципиально не познаваема, то причина этого только в Боге – Он или не может нам эту точку зрения открыть, или не желает этого. В первом случае Он не всемогущ, а во втором – не благ. Но в обоих случаях Он не Бог.


Следовательно, точка зрения Бога познаваема для любого, кто пожелает ее найти. А найти ее можно в том случае, если поступаешь так, как Бог велит (если ты хочешь улететь в Израиль, надо ехать в аэропорт, а не на Киевский вокзал). Бог велит принять во всей полноте Православную веру, креститься, причащаться и жить по заповедям. И тогда Его воля будет тебе открыта во всей возможной для тебя полноте. Такая точка зрения и называется уранополитизмом, которая потому и является единственно верной точкой зрения в мире.

 

Последствия греха в истории народов
Обсуждали с друзьями развернувшуюся полемику вокруг слов Патриарха о Великой Отечественной войне (ВОВ). Суть ее сводится к тому, что противники церковного подхода желают отказаться от того, что Бог реально управляет миром. Война лишается ими нравственного и духовного содержания. Вместо того чтобы понять, за что Бог наказал жителей СССР, нам предлагают выбросить разум и слепо довериться иррациональному патриотическому экстазу. В результате, когда случится следующая война, русские люди не смогут разглядеть и в ней руку Бога. Дело в страшных врагах, а не в нас и не в наших грехах. Теперь становится понятным, почему в Апокалипсисе описывается такая ужасная картина, когда Бог наказывает людей, а они вместо покаяния больше озлобляются. Именно эта идеология становится господствующей даже в Церкви, среди захваченных, как и Древний Израиль, привязанностью к Царству земному вопреки Царству Небесному. А ведь наши предки не считали антипатриотичным признать, что «по грехом нашим посла Бог на Русь татары». Впрочем, я очень сомневаюсь, что они были патриотами. Они все же стремились в Небо, и потому были способны смотреть на свою судьбу не с точки зрения политической целесообразности, а глазами Бога. Нам бы сейчас такое было жизненно необходимо. Дай нам это Господь!

 

Сталин и прощение
Как приятно было слышать замечательные высказывания Патриарха и владыки Илариона по оценке сталинской эпохи. Как прекрасно, что епископат исполняет свою обязанность возвещать волю Божию современному человеку. В течение нескольких лет я говорил, что наша беда в том, что до сих пор не состоялось осуждение коммунистической ереси и дьявольских людоедов – Ленина и Сталина, которые многими воспринимаются как народные герои. Народ, который поклоняется злу, будет истреблен. И как замечательно, что пока государственные власти игнорируют свою обязанность исполнять волю Бога, за них это делает Патриарх и член Священного Синода. Это напоминает времена святителя Гермогена, когда именно Патриарх озвучил волю Бога тем, кто не хотел ее слушать. При этом меня удивляет, что среди тех, кто по недоразумению называет себя православным, есть люди, заявляющие, будто владыка Иларион поступил вопреки воле Бога и завету новомучеников, осудив Сталина.


Важно помнить, что православное христианство вовсе не учит о всепрощении. Мученики не прощали мучителей, а передавали их суду Творца. Так же, кстати, поступали и новомученики. Да и Сам Бог не прощает всех, а только тех, кто принес покаяние. Мерзавец есть мерзавец. Имеются сведения (степень достоверности которых, правда, не установлена), что Сталин перед смертью принес покаяние перед патриархом Алексием. Если это было, то мы не знаем о его будущей участи, а если нет, то он, как и Ленин, в аду. И в этом проявляется милость Бога, который «…убил царей великих, потому что велика милость Его» (Пс. 135, 18). Если Бог простил Сталина при покаянии – это тоже удивительно. Такого чудовищного злодея, богоотступника, хулителя, гордеца, развязавшего террор против своего народа и участвовавшего в развязывании Второй мировой войны, – и простить? Это удивительная милость. Но я знаю, что если Сталин не принес покаяния, то ни Бог, ни мученики не прощали злодеев. И мы не имеем права на это. И даже если Сталин прощен, прощать его злодейства у нас нет права. Ведь суть покаяния именно в том, что мы сами не хотим отождествлять себя со своим злом. И если Сталин и был бы прощен, то только потому, что он возненавидел террор и коллективизацию, зековскую индустриализацию и свое отношение к своим же солдатам во время войны. Если этого не было, то он вне Царства.

 

Как мученики относились к своим мучителям
В связи с темой о Сталине и о том, что якобы всех мучителей надо простить, даже если они этого не просят, надо внести ясность. Да, были мученики, которые молились за обольщенных убийц, – это первомученик Стефан и Сам Господь наш. Но из этого никак не следует, что они простили нераскаянное преступление (про раскаянное, понятно, не говорю, оно очищено Кровью Христа). Напротив, согласно Евангелию Сам Христос навел на нераскаянных распинателей страшную кару – римские войска. Он сказал про Своих убийц: «…врагов же моих, тех, которые не хотели, чтобы я царствовал над ними, приведите сюда и избейте предо мною» (Лк. 19, 27). В Евангелии нет и намека, что нераскаянный грешник должен быть прощен. А поэтому и апостолы не прощали своих мучителей, если те не каялись. Например, апостол Андрей долго увещевал правителя Египта принять христианство, но, когда тот отказался, Андрей назвал его сыном смерти, обреченным на вечные муки (Жития святых. 30 ноября). Так же и мученики христианские говорили мучителям, что Бог отомстит за их кровь. Св. Сатир (память 1 февраля) говорил правителю Иларию: «Ты приговорил нас к смерти в этой жизни, а Бог бросит тебя в вечный огонь в будущей».


Потому и молились мученики под жертвенником о том, чтобы Бог отомстил за их кровь (Откр. 6, 10). Потому и Ангелы, видя наказание грешников, говорят, что это праведно перед Богом (Откр. 16, 5–6). Потому Ангел и призывает всех небесных существ к радости по поводу гибели Вавилона: «Веселись о сем, небо, и святые апостолы и пророки, ибо совершил Бог суд ваш над ним» (Откр. 18, 20). И вся глава 19 Апокалипсиса – это ода радости по поводу совершившейся кары Божией над Вавилоном, когда Бог отомстил за невинно пролитую кровь. Причем торжествовать по этому поводу повелевает голос от Престола Божия (Откр. 19, 5). Так было и в древности. Когда св. Маккавеев казнили, то они так говорили Антиоху Епифану: «…для тебя же не будет воскресения в жизнь... Он накажет тебя и семя твое» (2Макк. 7, 14, 17). Для Библии весть о каре Бога над нераскаянными злодеями – радостная весть. И это не потому, что Бог (или я) радуется гибели нечестивых, а потому, что таким образом является совершенная Справедливость Творца. Потому и говорит Давид: «Возрадуется праведник, когда увидит отмщение; омоет стопы свои в крови нечестивого. И скажет человек: “Подлинно есть плод праведнику! Итак, есть Бог, судящий на земле!”» (Пс. 57, 11–12).

 

Бог и Вторая мировая война

Я убежден, что фашистов в СССР послал именно Бог, что, кстати, предсказывали многие новомученики. Для народов есть наказание и кара, 1941 год был наказанием от Бога, но еще не карой. Ведь после войны русский народ сохранился, и более того, даже многие покаялись, то есть наказание достигло своей цели. Для очень многих убитых война была Божией местью за невинную кровь. И потому мученики молились Богу об отмщении, иначе правда была бы растоптана. Дела мучеников показывают, что при арестах в деревне требовалось свидетельство доносчиков. Обычно это были председатели колхозов, секретари парторганизаций и бригадиры. Именно этих людей на оккупированных территориях и расстреливали немцы. Что это, как не месть Бога, сказавшего: «Мне отмщение, Я воздам» (Рим. 12, 19)?


И то, что война закончилась победой СССР, тоже дело Бога. Он наказал, Он и пощадил. Кстати, тот, кто потрудился бы прочитать Библию, понял бы, что перед нами обычное Божие дело. Он использует одних злодеев для наказания других беззаконников, в результате побеждают праведники.
Надо учиться на ошибках предков, а не кричать псевдопатриотические лозунги. Да, 26,5 млн погибших – результат действия правосудия Божия; по словам свт. Василия Великого, Бог всенародные преступления излечивает всенародными же карами. Говорят, многие погибшие на войне были детьми новомучеников. Это правда, но не вся. Многие из них были предателями и Бога, и своих родителей. И тут надо вспомнить, что праведность новомучеников никак не переходит на тех детей, которые воевали против Бога во время антирелигиозных кампаний 20–30-х годов.
Самое важное, что мы можем сделать для погибших на фронтах Второй мировой войны (причем с обеих сторон), – это помолиться об упокоении душ тех, кто не был явным богоборцем. А самим нам надо научиться быть предельно честными и проверять все не эмоциями, и не патриотической пропагандой, а чистейшим словом Бога.

 

Апология Каина
В связи с прекрасными выступлениями Патриарха и владыки Илариона в Интернете начался крик «православных сталинистов». Что же, ложь не любит, когда ее выкорчевывают. Тем важнее было сказать правду именно сейчас, когда культ Сталина опять расцветает в общественном сознании. Церковь обязана учить народ, и в первую очередь прихожан. А наши прихожане, к сожалению, оказались в глубокой духовной мгле. Какое-то извращенное представление о святости поселилось в их головах. Вместо того чтобы понять, что обличение зла – это долг христианина («Не участвуйте в бесплодных делах тьмы, но и обличайте» (Еф. 5, 11)), они начинают петь уродливые песни о какой-то любви и прощении к нераскаянным убийцам (при этом по возможности стараются пнуть невинных жертв). Прав был прп. Ефрем Сирин, который говорил: «…кто любит убийцу – ненавидит убитого». Тут наши «национал-патриоты» смыкаются с либералами, которые готовы до крика защищать маньяка, но быстро забывают о его жертвах.


Всенародные преступления, такие как голодомор на Украине и в России, Гражданская война, развязанная коммунистами, убийства невинных мучеников, – все это страшные преступления против Бога. Невинная кровь вопиет к небу об отмщении. И если в народе восторжествует представление, будто победа во Второй мировой войне оправдывает казни мучеников, такой народ получит еще большее наказание. Оказалось, что не только рядовые люди зачастую не желают осуждать тираний и коммунистическую заразу, но и среди «православных» публицистов патриотического направления сложилась дичайшая и богохульная система оправдания Сталина. Во-первых, утверждается, будто мученики завещали молиться за своих палачей, а потому, если мы осудим эту сталинскую тиранию, то пойдем против мучеников, которые будто бы и на Небесах продолжают молиться за своих убийц. Во-вторых, утверждается, что палачи, убивая мучеников, преподнесли великий дар Русской Церкви, и потому не должны быть осуждаемы. Напротив, утверждают, что советский период – наилучший период в истории Русской Церкви.


В-третьих, наши патриоты утверждают, что критика Сталина и всего советского периода приносит вред России. Иначе чем каиновой такую позицию назвать нельзя. Эту систему взглядов можно сравнить с тем, как если бы Каин у Бога потребовал еще себе награды за убийство своего брата. Вот какой я хороший, еще мученика Тебе поставил. Тут надо расставить все точки над «и». Да, некоторые мученики молились при жизни за своих палачей и просили Бога не мстить за себя, но при этом они никак не считали, что коммунистический режим оправдывается их муками. Но большинство мучеников при жизни все же говорили об обратном. Они просили у Бога справедливого суда. Достаточно вспомнить св. Андроника Пермского, Илариона Верейского и многих других. Я уверен, что после смерти ни один из мучеников не молился за нераскаянных палачей. Библия рассказывает нам о том, как мученики молятся на Небесах. Они молятся о мести своим убийцам (Откр. 6, 10). Мученики радуются тому, что Бог наказывает за кровь их убийц (Откр. 19, 1–4). Все небесные существа в восторге, когда Бог воздает злодеям за их злодейства.


И в истории СССР это видно необычайно сильно. Именно в день русских святых началась война, когда Бог воздавал кару гонителям, мучителям, богохульникам и злодеям. Что касается эпохи мучеников, то она действительно дала великий плод святости для Бога, но пользу от этого получили не богоотступники, а только те, кто остался верным Богу. Неслучайно в 90-е годы только Церковь расцветала, в то время как рушились все предприятия и структуры времен СССР. Бог наш праведен и воздает народам за зло именно в этой жизни. Наш Бог – Тот же, Который был и Ветхом Завете. Он послал Потоп, Он заключил Завет с Израилем и с Церковью. Он же «воздаст каждому по делам его» (Мф. 16, 27). И нет иного бога, кроме Него, нет бога только любви, а есть Тот, Кто и Любовь, и Правда. И наконец, утверждения патриотов, что для блага России надо скрывать и замалчивать правду, показывают в них то, что они и в Бога не особо верят, и русских людей не уважают. Ведь Господь не благоволит тем, кто говорит ложь, и разрушит все, что люди построят на лжи. Пример нацистской Германии и СССР тому блестящее подтверждение. Но принцип, что во имя Родины надо лгать народу, подлый и в отношении людей. Русские люди (как и люди всех национальностей) этого не заслужили. Мне, уранополиту, не понять патриотов, которые ни Бога не почитают, ни людей не уважают, и непонятно, во имя чего? Разве что во имя своих пустых и лживых фантазий?

 

Святой Константин и Сталин
Есть священники, считающие, что, осуждая Сталина, надо деканонизировать и святого Константина Великого. Я согласен, что святой Константин и Сталин – фигуры сопоставимые. Константин был язычником, и был обращен Христом, Сталин был христианином и стал богоборцем. Константин поверил клевете и казнил сына по обвинению в изнасиловании своей жены, а затем казнил и клеветницу. И при этом до самой смерти он скорбел о казни Криспа. Сталин убил всех своих друзей и никогда об этом не жалел. Константин собрал Никейский Собор и отверг арианство. И Православному христианству он был верен до смерти. И Крещение он принял от Евсевия Никомидийского, которого считал принявшим Никейский символ епископом. Сталин хулил Христа, санкционировал союз воинствующих безбожников, убил сотни тысяч христиан (и никогда в этом не раскаялся, ибо ничем не помог их семьям) и даже после войны (в 1948 году) вновь начал гонение на христиан. Св. Константин отстраивал за свой счет храмы, переписывал за свой счет Библию. Сталин разрушал храмы, на короткое время из-за политических целей вынужден был смириться с тем, что на захваченной коммунистами территории временно открылись храмы. А потом после того, как угроза оккупации немцами миновала, стал вновь их закрывать. Причем большинство храмов было открыто не Сталиным, а Гитлером (правда, его заслуги тут нет, это наши нормальные предки просто воспользовались такой возможностью).


Сталин сжигал Библии и иконы. Св. Константин стал величайшим императором Рима, и его наследие просуществовало полтора тысячелетия. Сталин был величайшим, после Ленина, врагом России, и его наследие рухнуло через 38 лет после его вечной гибели. Константина до сих пор любит миллиард христиан. Столько же (если не больше) ненавидят Сталина. Св. Константин – прекраснейший святой, умерший в белых одеждах Крещения, а Сталин – малый Антихрист, умерший грозя Богу кулаком. Россия, каким ты хочешь быть Востоком? Востоком Ксеркса иль Христа? Восточной Империей св. Константина или Нимродовым царством Сталина? Выбор у нас есть, пока. Но нам, уранополитам, с СССР и Нимродом не по пути. Слишком горячо в конце у коммунистов – гееннский огонь. Слишком хорошо нам, уранополитам, вместе со св. Константином в конце – вечное блаженство.

 

Возвращение призрака
Вот результат того, что не был проведен Нюрнбергский трибунал по коммунизму! Вместо того чтобы отвергнуть это человеконенавистническое лжеучение, начинают выдумывать его якобы научную состоятельность. Напомню простую вещь: с научной точки зрения марксизм ничтожен. Он не смог смоделировать ни Великой депрессии, ни победы этого лжеучения в аграрной России, ни провала его в индустриальных странах. То, к чему призывает марксизм, вполне осуществлено в любой тюрьме. И теперь в эту тюрьму опять призывают все человечество. Тут приходится задуматься над тем, не вызван ли финансовый кризис сознательно, для того, чтобы реабилитировать это лжеучение? Я убежден, что любой христианин должен отвергать эту страшную ложь марксизма, направленного против Бога и человека. Вынужден об этом напомнить из-за того, что многие православные, как евреи в пустыне, плачут о мнимом благополучии марксистского СССР.


Тот, кто оправдывает коммунизм, оправдывает и газовые камеры Бутова, и поля смерти Коммунарки, и расстрелы новомучеников, и осквернение храмов. Именно совки опередили всю планету в богоборчестве, они ввели узаконенное убийство, массовое истребление собственных граждан. Я уже не говорю про дьявольскую систему оболванивания населения – советскую безбожную школу, советские СМИ. Все это до сих пор приносит свои проклятые плоды. Любой священник сталкивался с этим при напутствии стариков. Ведь в результате советской школы половина русских людей (мужчины и многие женщины) уходят в вечность богоборцами. Именно этим и страшен марксизм. Он губит и тела, и души людей. Это поистине дьявольское учение. Не является случайным то, что когда при Чаушеску в Румынии коммунисты выламывали ломами зубы священникам, они требовали у них хулы на Бога. И когда их спрашивали, зачем они это делают, то коммунисты отвечали: «Если мы вас просто убьем, то вы будете мучениками и пойдете к Богу на небо. Нет, нам надо, чтобы вы отреклись от Него, и тогда мы сразу убьем вас, и вы отправитесь в ад!» Я призываю всех православных срочно начать системный анализ марксизма, чтобы предотвратить второе пришествие этой дьявольщины.

 

Либерализм и небесное гражданство
Одна из ведущих идеологий современности – либерализм, исходящий из того, что права и свободы отдельного человека должны стать правовым базисом общественного и экономического порядка. Конечно, мы можем сказать, что это мнение в чем-то очень близко христианству. Да, именно уранополитичное христианство считает личность человека более ценной, чем не только общество, нация и государство, но даже и весь мир. «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит», – сказал Господь (Мф. 16, 26; Мк. 8, 36). Да, идея общества муравейника, где человек – только винтик машины, предельно далека от замысла Создателя. Бог делает все для каждого. В Церкви каждый человек по-своему ценен. Бог встретится с нами лицом к лицу, а не народом с народом или государством с государством. И свобода – это величайший дар Бога свободным созданиям, людям и ангелам, который даже Всемогущий оградил неприкосновенностью. Но либерализм забыл важнейшее, он забыл, что есть свобода от чего-то, и есть свобода чего-то. Алкоголик свободен от трезвости, но не свободен от пьянства. Христианин свободен от мира сего, но не свободен от Бога.


Истинным либерализмом может быть только уранополитизм. Гражданин Небесного Иерусалима свободен от обязанности лгать, которой порабощен каждый сторонник человеческих идеологий (не важно – каких). Он свободен от того, чтобы рассчитывать только на свои силы, и во всем опирается только на силы Божии. Как сказал Господь: «Познайте истину, и Истина сделает вас свободными» (Ин. 8, 32). А либерализм говорит, что каждый имеет право на ложь, если он не вредит другому. Но эта формула помимо того, что сама по себе неполная (мы все-таки должны мешать самоубийцам), еще и ничего не объясняет. Что значит не вредить другим? Содомиты, устраивающие парад в городе, вредят другим или нет? Вредят ли другим барыги, сажающие на наркотик? Сначала надо определить, что такое вред, а потом уже определять, что вредит, а что нет. Нам, уранополитам, очевидно, что содомиты вредят не только себе, но и другим. Ведь то, что общество не пресекает их беззаконий, собирает на весь народ праведный гнев Бога. Когда придет очередное цунами или землетрясение, будет ли оно вредом для тех, кто одобрял зло? Конечно, будет! Но почему этого не учитывают либералы? Ответ прост.


Вторая и главная ошибка либералов, да и других гуманистов в том, что, говоря, что человек – мера всех вещей, они не указывают, какой человек является мерой. Можно было бы сказать, что любой человек – такая мера, но не получится. Во-первых, когда все мера, то измерить ничего нельзя. Это все равно что на базаре пытаться взвесить арбуз, сравнивая его на весах с другим арбузом. А во-вторых, либерал заведомо необъективен. Для него Гитлер, например, будет исключением. А почему, спрашивается? Ведь такой же человек. Ответ, что он причинил много вреда, не принимается. С точки зрения Гитлера, он делал только добро. Так где же критерий? Мы, небесные граждане, можем сказать так: «Да, есть Тот, Кто мера всех вещей, – это Богочеловек Иисус Христос». Недаром сказал Пилат про Него: «Се Человек!» (Ин. 19, 5). Именно по Христу небесные граждане сверяют свои поступки. По Нему мы определяем, что хорошо, а что плохо. Во Христе мы имеем абсолютную свободу. Именно ради Него мы отказываемся от любой (либеральной, патриотической, националистической и любой другой) лжи. Господь открыл нам, откуда мы взялись, кто мы и куда идем. Там, где Христос, – наше единственное Отечество (и тут мы являемся истинными патриотами), Его народ – наш единственный Народ – Церковь (и в этом смысле мы истинные националисты), в исполнении Его воли наша истинная свобода (и в этом смысле мы истинные либералы). Все в Нем, от Него и к Нему. И Ему слава во веки!

 

Некоторые мысли об исторической литературе
Для древних летописцев и христианских авторов вмешательство духовного мира в нашу жизнь – вещь вполне нормальная. Та же, кстати, ситуация и с язычниками. Например, в китайских детективах души и привидения могут выступать как полноправные герои. А сейчас любое вмешательство воспринимается как нечто вроде «бога из машины». Я не припомню ни одного учебника по истории (включая церковную), который честно бы описывал зафиксированные чудеса и знамения. Такое впечатление, что просвещенческое утверждение «чудес на свете не бывает» въелось в подкорку, откуда его надо выжигать каленым железом. Вот уже третий год я ищу человека, который бы просто и честно собрал зафиксированные в официальных документах чудеса, многие из которых повернули судьбу человечества, но до сих пор никто не откликнулся. А жаль. Как справедливо было сказано у Льюиса, история именно потому не может считаться наукой, потому что нагло игнорирует вмешательство духовных миров. А ведь без участия Ангелов, демонов и, главное, Бога, понять даже ситуацию 1917 года совершенно и принципиально невозможно. Ау, православные историки, где вы? Работы – непаханое поле, а то заглянул в учебник к дочке – до сих пор марксистское вранье, от которого только засыпаешь.

 

К 90-летию прихода зла
По данным Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), 48% россиян считают Октябрьскую революцию положительным событием. Вот результат нераскаянности в грехе коммунизма и курса – «в СССР тоже было много хорошего», 90 миллионов погибших в России, разрушенные храмы, казненные мученики, разрушенная деревня, уничтоженная культура – все это забывается сейчас патриотами во имя огромного кулака: «Зато нас боялись!» – восклицают они. «У нас была ядерная ракета. Ура! И Америка нас страшилась». Я вот не понимаю, как это может быть хоть каким-то аргументом. Мне лично не нужна ядерная ракета, ее даже для квашения капусты не используешь. Да и в защите страны она не помогла, СССР Бог взорвал изнутри. Ведь не в силе Бог, а в правде! Что это за христиане такие, которые утверждают, будто коллективизацию можно оправдать, ибо иначе у нас не прошла бы индустриализация? То есть получается, что дурацкие заводы, которые ничего для людей производить не умели, а только ковали оружие для захвата мира, стоят жизней 15 миллионов убитых и уморенных голодом?


Как можно судить Ющенко за осуждение голодомора? Это что, получается, хорошо – уморить три миллиона крестьян во имя дьявольской идеи всеобщего равенства? И признание этого может навредить России, которой вообще в природе не было с 1917 по 1991 год? Давайте, православные, думайте и честно отвечайте: что важнее – оскверненные храмы и сожженные иконы или строительство Днепрогэса? Перевешивает ли польза от бесплатного образования, вызванного именно им поголовного безбожия, благодаря которому два наших поколения почти полностью ушли навсегда в ад? И не надо оправдывать коммунизм победой СССР во Второй мировой войне. Не было бы Октября, не было бы и Гитлера. Ведь по здравому размышлению, кто может купиться на коммунистический идеал – или одержимые, или неполноценные люди. Разве нормальному человеку нужно обобществление собственности? Мне, например, совершенно не нужна квартира соседа или яхта Абрамовича. Надо будет, и мне Бог такую даст, а нет – нас и так не плохо кормят. Лозунг равенства подходит только тем, кто сам ничего создать не может. Равенства нет, не было и не будет нигде, кроме как на кладбище. Вопрос всем антиглобалистам: «Зачем вы восхищаетесь первым удачным способом превращения трети планеты в концлагерь»? Думаю, что для любого православного один из лучших дней – день падения великого зла в августе 1991 года.

Атака безбожников на Церковь


Попробую продолжить рассуждение на тему сциентизма. В последнем письме академиков важно заметить одну вещь. Для них проповедь Православия в школе недопустима вовсе не из-за мнимой неконституционности (действующая Конституция в принципе не запрещает и полной передачи образования, включая РАН, в руки Церкви). Нет, главное возражение академики имеют против того, чтобы их бредовый атеизм был изгнан из школ. И тут они правы. Православие не сможет стать снова мужской религией России, каковой оно является на Востоке Средиземноморья, пока школьная программа не будет очищена от атеизма. Академики желают видеть в молодых людях просто куски мяса, которыми можно устилать дорогу в очередное светлое будущее. Конечно, никакой нормальный мужчина не должен принимать христианство с точки зрения чувства. Мужчина рационален, но если ему не предоставить логичной рациональности (которую дает только философия вечного Логоса Иисуса Христа) с самого детства, то к тридцати годам он просто сопьется.


И введение ОПК – это первый шаг к тому, чтобы жители России включали свой разум. Ведь, не имея нормальной аксиоматики, нельзя построить и нормальной философии. Итак, давайте разберемся с материализмом. Академики утверждают, что вся современная наука полностью материалистична. Во-первых, это просто неправда. В мире с каждым годом все более набирает силу креационизм, включающий уже многие десятки тысяч сторонников среди обладателей ученых степеней. Особенно много креационистов именно в тех странах, которые обеспечивают основное направление технического прогресса: США, Австралии, Западной Европе. Во-вторых, что эволюция, космогония, историческая геология в принципе вне науки в том смысле, который это понятие получило, начиная с Бекона и Декарта. Я убежден, что эволюционизм надо преподавать в школе в рамках предмета истории XIX–XX веков. В качестве уникального образца человеческой глупости.


Что же дала материалистическая философия реальной науке (в области фактов)? Она лишила ученых уверенности в познаваемости мира? Да. Она привела к массовому торжеству отрицающих разум систем вроде оккультизма? Да (кстати, вопреки распространенному мнению оккультизм и материализм никак не исключают друг друга). Материализм затормозил прогресс человечества? Да. Заметьте, что начиная с 1960-х годов, когда теизм был изгнан из университетов свободного мира, наука не сделала ни одного значащего открытия. Теперь что касается отношения материализма и обычного человека. Я полностью согласен с утверждением Фейенрабенда, что научные теории должны разбираться судом присяжных. Действительно, откуда такое выделение именно этой касты? Что это за жреческое сословие, чье мнение истинно, потому что верно? А IQ в каждом третьем случае равно уровню троечника средней школы – это про тесты академиков РАН!


У нас демократия, и народ через суд решает, за что платить, а за что нет. Вот, например, Дарвиновский музей, – какие площади, и если их отдать под офисы, то сколько денег заработало бы государство? А если еще сдать Институт эволюции. Сколько денег бросают на их содержание? А сколько денег тратят на финансирование эволюционных исследований без всякой надежды на практический результат? Тут невольно вспоминаешь Стругацких, где замечательные сотрудники НИИЧАВО с выбритыми ушами решали проблемы бесконечности за бесконечное время. Ну а касательно практического воплощения материализма, то напомню о таких великих материалистах, как Ленин, Пол Пот, Мао, Гитлер. Они старались воплотить материализм в жизнь. Очень жалко, что после этого нормальный Нюрнберг не осудил всех сторонников материализма на нормальные исправительные работы. Все-таки 150 000 000 убитых многовато, чтобы давать атеистам право на их мнение. Да и с практической точки зрения, учитывая коммунизм Жореса Алферова, почему бы не отправить всех сторонников прекрасного нового мира в мир их мечты. Где каждый отдает по способностям, а каждому дается по потребностям. В зону, в которую они уже однажды превратили треть планеты.

 

Наука и вера несовместимы?
Последнее выступление академиков РАН вновь поставило вопрос о совместимости науки и религии. Еще в 1990-х я предрекал, что идея о союзе Православия и науки обречена на провал. Да, строго говоря, Церкви этот союз вовсе не нужен. Нам достаточно Одного союзника – Бога. Дело тут в том, что за понятием науки стоит цельная идеология сциентизма, постулирующая деизм или даже атеизм. Оторвать сциентизм от атеизма невозможно принципиально. Ведь приписывание человеческому разуму принципиального всеведения (пусть и потенциального) несовместимо ни с христианством, ни со сколько-нибудь логичной философией. Но из этого никак не следует невозможность мирного сосуществования науки и Православного христианства. Достигается этот результат только путем осмысления существования границ науки. Действительно, утверждение, что наука может все, не оставляет места христианству (и Богу Библии). Но откуда взялась убежденность во всемогуществе науки (а точнее, сциентизма)? Какие методы есть у науки? Это умопостроение, подтверждаемое экспериментом.

Итак, мы видим два типа ограничений:
1) ограничены возможности ума;
2) ограничены возможности эксперимента.
Что касается первого ограничения, то очевидно, что никакое всезнание при наших условиях существования невозможно. Если принять атеистическую модель мышления, как функции мозга, то она, очевидно, ограничена скоростью взаимодействия (вспомним постулируемую сейчас предельную скорость взаимодействия – скорость света). Эта же проблема принципиально ограничивает мощность любой машины. Да и с математической точки зрения бесконечность методом постоянного суммирования недостижима. Но это еще не так страшно. Гораздо более серьезные ограничения накладывает на нас второй пункт. Строго говоря, вне сферы деятельности науки находятся все объекты, которые нельзя подвергнуть эксперименту. Вне сферы науки находятся прошлое и будущее. Также сегодня наука не может знать ничего точно о планете Земля глубже 12 км. Все остальное – лишь теоретические представления на основе сейсмологических исследований. Все объекты вне Солнечной системы (реально известны только спектр и гипотезы касательно их расположения во Вселенной) и многое-многое другое.


Конечно, в пространстве границы науки могут и должны расширяться, но во времени это невозможно. Так что все космологические гипотезы просто по факту необратимости времени вне науки. Так что когда сциентизм выступает как альтернатива христианства, он несостоятелен в принципе. Что же совместимо с христианством? Ответ прост: все факты, найденные наукой. Подчеркиваю – не теории или гипотезы, а факты. Теории – результат ума человека, которые устаревают с необыкновенной скоростью, а факты – порождение ума Божия. Именно про область фактов Ломоносов говорил, что они подтверждают величие Творца. Не надо искать подтверждения христианства в теориях – они устареют раньше, чем мы посчитаем их истинными. Научные теории – лишь картинки в умах людей (причем часто недобросовестных). Но ни одного факта, опровергающего христианство, не найдено. А ведь в принципе их можно представить: например, найденное Тело Христа. Христианство было бы вполне опровержимо, только опровержений до сих пор не нашли. Потому и беснуется Гинзбург.

 

Беспокаянное житие
Приближается очередная годовщина революции в России. Но, к несчастью, единственной страной, которая не оценила этого события, остается РФ. Вместо нормального покаяния не в вымышленных грехах (типа цареубийства, которое, как известно, совершили нерусские), а реальном тягчайшем преступлении против Бога – в грехе коммунизма, у нас продолжают кричать лозунги: «Нельзя пересматривать прошлое», «Сносить памятники (хоронить труп) – это вандализм». Отсюда произрастают и основные наши проблемы. Мы вынуждены отстаивать не пойми что и не пойми зачем. Вместо отречения от всего наследия коммунизма, мы предлагаем синтез бульдога с носорогом. А ведь как просто было бы сказать, что в XX веке Великая Россия была оккупирована враждебной Богу и роду человеческому сектой коммунистов и до 1991 года просто перестала существовать. Что коммунизм – это не просто теория, а настоящая классическая ересь хилиастического толка. Что всякий, кто исповедует эту ересь, не должен после миллионов убитых быть впускаемым в приличное общество, а лучше должен отправляться в места полного осуществления коммунистического идеала (лесоповал).


Что все следы коммунизма должны быть стерты с лица земли (стерли же из Германии фашизм). Но нет, у нас пытаются все продолжать эту губительную идеологию. Ленин и Че Гевара считаются кумирами молодежи. До сих пор у нас не изданы нормальные работы по богословскому анализу современной коммунистической заразы, а между тем самая крупная секта в России сейчас не «свидетели Иеговы» и не виссарионовцы, а коммунисты (их 13% электората). Призываю всех православных мыслителей отметить годовщину революции написанием богословских работ, опровергающих коммунизм. Да поможет нам Бог молитвами новомучеников Российских сокрушить гидру Мардыхая Маркса.

 

Единственный реальный подход к истории
Вновь остается нерешенным вопрос о нашем отношении к недавней истории государства Российского. Как нам относиться к советскому периоду и к 90-м годам, как вообще мы можем оценивать то, что с нами происходит? На это нам отвечают, на мой взгляд, совершенно неудовлетворительно: история не терпит сослагательного наклонения; то, что было, хорошо уже тем, что было; нельзя сбрасывать памятники – это вандализм; нельзя осуждать исторических персонажей, они уже в нашей истории (правда, почему-то для Гитлера делается исключение); история вне морали; единственно, что заведомо ошибочно, – это подход Запада, у которого плохого очень много (как, правда, это согласуется с предыдущими тезисами – не уточняется).


На христианском языке все это имеет одно название – беспокаянное житие. Представьте, что обычный человек, например я, скажет: «Ну, я убил того-то, слямзил что-то, но это ж уже прошло, это моя история, в которой нет сослагательного наклонения. Я не могу пересматривать свое прошлое, а если вы меня осуждаете, то и у вас ведь рыльце в пушку». Думаю, что такие мои речи на обычном уголовном процессе не помогут. Как не помогут такие рассуждения и в Судный День не только мне, но и всей стране. Другое дело, что, согласно Писанию (Дан. 7, 8), Суд Божий над странами осуществляется не в конце времен, а во время исторического процесса. Так что беспокаянное житие оканчивается обычно концом народа и страны.


Где же найти критерии для оценки? Явно, что не у Запада. Ведь это же люди, и им свойственно ошибаться. Также нельзя опираться на голос народа. Ведь именно народным решением был распят Христос. Критерий у нас всегда один – воля Бога. Именно так оценивали исторические события библейские авторы и святые отцы – летописцы. Но в наше время дьявол вложил в наши головы мысль, будто узнать эту волю невозможно. Это клевета на Творца, Который и сейчас также правит мирами. Его воля ясно выражена в Священном Писании и Предании Церкви. И я призываю всех православных христиан к осмыслению новейшей истории в свете Божия Слова. Не стойте на либеральной точке зрения, не стойте на национальной или государственной точке зрения, не стойте на точке зрения монархии. Всегда стойте только и исключительно на точке зрения Бога Вседержителя – и вы никогда не ошибетесь.

 

Грех оправдания убийства
Господь говорит: «Сделаю тебя кровью, и кровь будет преследовать тебя; так как ты не ненавидела крови, то кровь и будет преследовать тебя» (Иез. 35, 6). Эти страшные слова ведь про очень многих наших православных! Они говорят: «Ничего, что Грозный, Сталин и Ленин убили столько людей, зато они создали сильное государство. Да и убито было меньше, чем пишут либералы. А на Западе сколько убивали, и ничего. И они еще смеют нам указывать, русофобы поганые!» Какая же мерзость эти слова. Это мировоззрение Каина и Каиафы. Именно Каиафа сказал, что лучше одному человеку умереть за народ, чем весь народ погибнет (Ин. 11, 50). И для этого патриот иудейского государства Каиафа и убил Христа Спасителя. И те православные, которые оправдывают пролитие невинной крови, – не христиане, не дети Праведного Судьи, Отца Небесного, не свои для Иисуса Сладчайшего. Они чада человекоубийцы от начала.


Ни одно государство, ни один народ не стоят и одной невинной жертвы. В глазах Бога человек, оправдывающий убийцу, будет нести его наказание. По прекрасным словам прп. Ефрема Сирина, любящий убийцу ненавидит его жертву. Пусть это вспомнят те, кто говорит, что жертвы великого голода 1932–1933 годов оправдываются индустриализацией. Лучше бы не было ни одного завода, чем убивали бы детей, пусть рухнул бы СССР, чем были бы расстреляны миллионы невинных. И я бы очень хотел посмотреть в глаза тех мерзавцев, которые глумятся над убитыми руками коммунистов невинными жертвами во имя великого СССР и при этом лживо называют себя христианами. Посмотреть, когда они станут перед Христом, длани Которого пробиты гвоздями. И что они скажут святым новомученикам, чью смерть они отбрасывают по принципу «лес рубят – щепки летят». Вразуми их сейчас, Господи, иначе они и себя навсегда погубят, и своей дьявольской ненавистью заразят очень многих вокруг!

 

Духовные плоды СССР
Как христианин, призванный в Небеса, я оцениваю плоды советского наследия следующим образом. В результате деятельности коммунистов миллионы людей горят в огне, они не верили во Христа, без Которого нельзя спастись. Даже те, кто тайно верил, устами отвергали Его. И Христос постыдится их в День Суда. Они хулили Бога. В сравнении с СССР сейчас время крайнего благочестия. До прекрасного дня гибели СССР каждый день имя Господа хулилось миллионами голосов как лично, так и через прессу.


Именно советская система образования, которую почему-то так хвалят, погубила и губит до сих пор большинство граждан нашей страны. Мы анализировали причину того, что почти все мужское население нашей страны старше 30–40 лет практически неверующие. Причина именно в том, что их разум был развращен всей советской системой воспитания и образования. Все советские фильмы (особенно «высоконравственные»), все советские книги, вся система образования были направлены на создание безбожного человека с безбожной системой нравственности. Те люди, которые серьезно восприняли дьявольский обман коммунистической морали, оказались не способными к покаянию. В результате все «праведные люди» СССР, все эти фальшивые герои, после смерти оказались в аду. К этому подтолкнула их советская школа и советская «моральная» пропаганда.


СССР запятнал большинство своих граждан грехом идолопоклонства. Миллионы советских граждан нарушили вторую Заповедь и поклонялись и служили твари вместо Творца. Это и труп Ленина, и вечный огонь, приготовленный известно кому, и культ очередного вождя и т.п. Как сказал апостол Павел, из этого неизбежно должен вырасти разврат (Рим. 1, 21–32), и он вырос. Так что именно советская власть несет прямую ответственность за разврат 1990–2000 гг. Именно она посеяла эти плоды. СССР разрушил христианский брак, так что подавляющее большинство наших современников родились вне законного, Богом освященного союза.
СССР яростно стремился лишить людей Святого Причастия, без которого никто не может иметь жизни. Миссионерам приходится встречаться с сотнями тысяч людей, никогда не имевших возможности войти в храм и получить Чашу жизни. Это преступление СССР страшнее всего. Любая беда с государством лучше, чем лишение человека спасения.


СССР с ненавистью относился к Священному Писанию, Библия сжигалась советскими гражданами. До 1988 года ее разрешили выпустить только один раз ничтожным тиражом. А за попытки ввезти Слово Божие из стран свободного мира сажали в тюрьмы и бросали в психушки. В результате люди получили страшный голод Слова Божия, а потому и быстро купились на призывы ложных учителей.


СССР запятнал невинной кровью почти всех своих граждан. Это и массовое обязательное одобрение убийства «врагов народа». Это и хула на новомучеников. Это и создание героев из массовых убийц. Достаточно вспомнить современные попытки оправдания ветеранов НКВД. И самое страшное – это легализация абортов. В результате деятельности коммунистов до 90% жителей СССР щедро умыли себя невинной кровью собственных детей, и советская медицина часто даже толкала к этому.
Бывшим жителям СССР крайне необходимо покаяние. Покаяние перед Богом, против Которого большинство советских людей воевало весь XX век.
 

БОГОСЛОВСКИЕ ОТВЕТЫ

Божий взгляд на атеистов
У нас почему-то принято с уважением относиться к так называемым «честным атеистам». На мой взгляд, это противоречие в определении – или честный, или атеист. Но Бог придерживается более радикальной точки зрения. Он говорит так: «Горе тому, кто препирается с Создателем своим, черепок из черепков земных! Скажет ли глина горшечнику: “Что ты делаешь?” и твое дело скажет ли о тебе: “У него нет рук?”» (Ис. 45, 9). Так что все эволюционисты в глазах Бога – ничтожнейшие черепки, наглые мятежники, выступающие против самих себя. Это те, которые нагло издеваются над здравым смыслом, утверждая, что сложнейший глаз сделан слепым случаем, а прекрасное ухо – глухими поломками. И с какой точки зрения это заслуживает уважения? Это просто вызов здравому смыслу и обычной формальной логике.

 

Это бунт на улице Кащенко, как сказал древний мудрец, «сказал безумец в сердце своем: “нет Бога”» (Пс. 13, 1). Хватит нам заискивать перед глупцами. Король-то голый. Те, кто не желает признать Творца, сами выбрали вечную тьму. Как сказал Бог устами апостола: «…не участвуйте в делах бесплодных тьмы, но и обличайте» (Еф. 4, 11). Не поддакивайте сумасшедшим эволюционистам и атеистам, не проявляйте ни на чем не обоснованного уважения к их злонамеренным бредням, но обличайте. И тогда Бог откроет для истинных уранополитов небо – место цветения истинного разума, где царствует Логос – источник логики.

 

Свобода совести и Истина Божия
Хотелось бы сказать несколько слов о принципе «свободы совести». Что можно сказать в оправдание этого совершенно небиблейского принципа, так то, что вилами в рай загонять негоже. Как сказал Иоанн Златоуст, насильно на брачный пир не тащат, а насилие есть только тогда, когда ведут в темницу. Наши «борцы за права угнетенных православными» почему-то считают, что их оскорбляет то, что у них попросили прощения на Прощеное воскресенье. Может быть, и не стоило это делать христианам, но ведь и нас тоже касаются слова апостола: «Если возможно для вас будьте в мире со всеми людьми» (Рим. 12, 18). Еще более дивной мне кажется позиция, что бедных атеистов якобы ограничивает в правах распространение Православной веры через СМИ или при помощи государства. Только почему-то их не обижали гонения на христиан, которые они делали.


А ведь, строго говоря, опыт Второй мировой показывает, что за такие вещи стоило бы и под трибунал идти. Я вообще убежден, что атеисты не имеют ни морального (тем более за отсутствием у них морали), ни какого иного права на распространение своих заблуждений. Есть Истина, и есть ложь. Распространение заведомо ложной информации должно как минимум не поощряться. А распространение Истины (т.е. Православия) есть просто реализация конституционного права граждан на получение достоверной информации. А нынешнее представление, будто свобода совести должна проявляться в том, что никакое знание о запредельных реальностях не должно быть общедоступным, является лишь маскировкой атеизма или агностицизма. Если Бога нет, или о Нем ничего нельзя узнать, то, конечно, любое высказывание о Нем не может восприниматься иначе, чем зловредная пропаганда, а если Он есть и дает о Себе достоверную информацию, то, напротив, зловредной является всякая попытка хоть чем-то ограничить распространение этих знаний.

Бог как Его знают граждане Неба


С сожалением должен повторить вслед за апостолом Павлом слова, которые прямо касаются многих православных ЖЖ-юзеров: «…к стыду вашему скажу, некоторые из вас не знают Бога» (1Кор. 15, 34). И даже имеют возмутительную дерзость говорить, что Бога и Его святую волю узнать в принципе невозможно. А тех, кто на это претендует, обвиняют в прелести. Поэтому я считаю необходимым кратко описать Того Бога, которого знают все уранополиты, начиная со времен Авраама. Бог наш – вечно Сущий Триединый Творец неба и земли. Он любовь и правда, милостивый Владыка и грозный Судья. Он за шесть обычных дней из небытия создал мир, из праха создал человека, а когда тот поднял против Творца мятеж, наш Бог изгнал его из Рая и наказал смертью. Смерть Он не творил, ибо ее не было в изначальном замысле об этом мире. Но сейчас и жизнь, и смерть в Его руках. Бог умерщвляет, и Он же оживляет. Он Владыка нашего рождения. Бог отмерил нам время жизни. Он определил и дату нашей смерти. Но наш Бог и предопределил время нашего телесного воскресения. А после воскресения наш Бог воздаст каждому по делам его, исходя из чистой справедливости.


Бог наш вникает во все дела людей. В этой вселенной ничто не может произойти без Его прямой воли или попущения. Причем попускает Бог только грех, а все остальное – проявление Его абсолютной власти. От Его рук приходят к нам и благо, и бедствия. Бог наш немыслимо милосердный, но и страшный в гневе. Именно наш Триединый Бог навел Потоп, разрушил Содом, погубил первенцев Египта, уничтожил Иерусалим и сокрушил великих злодеев. Именно наш Бог поднимает слабого из нищеты и низвергает сильного. Он голодных кормит, а считающих себя богатыми отпускает ни с чем. Он Сам вырвал из земного отечества Авраама и дал за это ему в награду Небо. Он спас трех отроков в печи и Даниила во рву со львами. Господь наш защищал апостолов, святых и праведников. Он великий Защитник невинно обижаемых и грозный Каратель обидчиков. Триединый Бог вступается за ограбленную вдову и защищает сироту, и карает тех, кто задерживает зарплату.


Он явил Свою немыслимую любовь и правду на Кресте. Ибо любовь низвела Сына Божия с Небес по воле Отца и содействием Духа Святого, но правда Его явилась в том, что Невинный Сын Божий Сам заплатил за наши грехи Своей Кровью. Наказание мира нашего было на Нем, и раной Его мы исцелились. И на Кресте соединились правда Бога, наказывающая за грех, и любовь Его, спасающая кающихся грешников. Сей Бог наш, давший великую милость созданной Им Самим вселенной. Он проложил Единственный Путь к Себе – Церковь, которая есть Тело Христа, полнота наполняющего все во всем. Вне Церкви нет спасения! Вне Церкви никто не знает Бога как должно, никто не получает от Него избавления от грехов своих. И именно для Церкви создан этот мир, и для тех, кто спасается в Ней, Бог приготовил вечную и единственную Родину – Горний Иерусалим, который есть Матерь всем нам, христианам. Те, кто стремятся к Нему, получают от Него награду, а кто нет, те получат грозное наказание.


Бог не подвержен порочным страстям, но чувства в Нем есть. Он не впадает в бешенство от гнева, но гневается, не тает от нежности, но любит. Он близок нам, и никак не подобен безразличному солнышку, которое греет всех, не обращая на них внимания. Богу совсем не безразличны наши поступки. И Его всевидящее Око наблюдает всегда за нами. И рука Его всегда на нас, или чтобы защитить нас, или чтобы наказать нас. Но от Его постоянного присутствия некуда деваться. Ибо Он везде Сущий и все наполняющий. Таков реальный Бог, которого знают уранополиты, и в этих словах нет никакого приспособления к немощи слушателей. Это точное описание той запредельной Реальности, которую открыла нам Библия и содержит Церковь.

 

О смерти и Божием наказании
Как соотносится смерть конкретного человека и наказание Божие. Есть три причины, по которым наступает смерть.


Первая. Человек настолько погряз во грехе, что недостоин жизни. Это классический пример наказания Божия конкретному человеку. Примером может служить царь Ирод или В. Червоний  (уже в наше время). Эта смерть является проявлением милости Божией к тем, кто остался в живых, но в отношении самого погибшего – это проявление правосудия Господа, однако же, смягченного милостью (ибо если бы человек сейчас не умер, то вечные его мучения были бы еще страшнее). При этом сама смерть засчитывается такому грешнику как первое наказание, а следовательно, его будущее мучение будет более легким.


Вторая причина. Человек уже созрел для вечности. Он уже готов получить награду, поэтому для него смерть – высшее приобретение, как и писал апостол Павел. Для оставшихся смерть такого человека может являться наказанием Божиим, потому что Бог забрал у нас такого праведника за то, что часто мы были недостойны его присутствия. Иногда такому праведнику дается мучительная смерть, чтобы очистить его от неких грехов, которые помешали бы его посмертному росту.


Третья причина. Человек сохраняется от падения во зло, которое, как знает Всеведущий Бог, уничтожило бы то доброе, что есть в человеке. Так что и эта смерть – проявление милости Господа в отношении человека. Но в отношении оставшихся она может послужить грозным напоминанием о том, что всем нам придется перед Судом Божьим предстать.
У нас нет данных, что люди, которые погибли при катастрофе на ГЭС, были грешнейшими людьми. Будем надеяться, что первая причина не имеет к ним ни малейшего отношения. Но что касается второй и третьей причины, то будучи благом для самих умерших, они могут еще послужить и для уврачевания греха оставшихся. «Если не покаетесь, все так же погибнете» (Лк. 13, 3), – сказал Христос по поводу подобной катастрофы, не указывая при этом, что погибли наигрешнейшие.

Но тут надо помнить, что Бог – Владыка нашего вхождения в эту жизнь и исхождения из нее. Он определяет время жизни и имеет ключи смерти в Своих руках. Бог не считает физическую смерть человека величайшим бедствием, как Он не считает величайшим бедствием и телесные страдания. Например, сейчас дети Беслана уже не чувствуют боли от тех страданий, которые нанесли им террористы. Так что в отношении их смерть и страдание уже потеряли силу. Не чувствует боли от разбившегося самолета погибшие, не наполняются легкие водой у утонувших в катастрофе ГЭС. Для них эта беда уже прошла. Они перешли в новую жизнь. И считать, что Бог – садист, потому что дал людям мучительную смерть, подобно тому, что садистом назвали врача, который оперирует пациента. Все, для них это лечение уже закончились, и наверняка наступило улучшение их состояния. Уж телесного точно.


Говорят, что смерть – величайшая трагедия, но забывают, что она уже побеждена Воскресением Христовым. И все погибшие в этих катастрофах воскреснут во плоти, чтобы получить воздаяние по делам своим. Для христиан ненормально так относиться к смерти, как будто ею все заканчивается. Вот если бы это было так, тогда это была бы предельная трагедия, а так нет. Это лишь временная разлука души с телом. Величайшей бедой является грех. Без покаяния грех останется с человеком навечно. И тут даже Бог не поможет. И в вечности он разложит человека. Чтобы справиться с этой предельной бедой Бог и использует все возможные средства – и наказание, и милость, и массовые бедствия, и массовые благословения. Все это делается только для того, чтобы люди покаялись, ибо без покаяния грех не лечится. Для того чтобы само прощение грехов было возможно, Бог и на Крест пошел, чтобы смертью уничтожить смерть.


Бог все делает для каждого. Он одновременно и дает благой исход умирающим, для которых по Его неизреченному суду настало время смерти, и при этом на их же примере учит оставшихся в живых (пока оставшихся), что скоро им тоже надо будет из мира уходить. И смею заверить, что после смерти человеку будет безразлично, умер ли он в своей постели от старости или утонул в машинном отделении ГЭС. Все, он уже вышел за пределы смерти. Наступило время ответ держать. Не надо противопоставлять два аспекта Божия Промысла. Он и тихо принимает в руки Свои души погибших в катастрофах, и Он же грозно этой катастрофой вразумляет народы.

 

Почему считается, что нельзя узнать волю Бога?
Праздник Преображения Господня ясно свидетельствует о том, что Бог познаваем для любого христианина. Но какая-то странная боязнь «прелести» поразила современных православных. Все так боятся быть обманутыми, что предпочитают быть невежественными. А ведь мы дети Божии. Бог ясно открыл нам то, откуда мы, кто мы и куда идем. «Духовный судит о всем, а о нем судить никто не может» (1Кор. 2, 15). Так почему же принято считать благочестивым бегство в невежество? Утверждения типа «А мы не знаем, за что Бог наказал СССР» или «Вдруг Ленин не в аду находится» почему-то считаются верхом благочестия. Можно утверждать, что «мы не знаем, сколько длился день творения», и ведь никто этого не стыдится! А ведь апостол Павел считал, что не знать Бога – повод для величайшего стыда (1Кор. 15, 34). И ведь стыдно! Дети Бога, а Отца спросить стыдятся! Христиане, а Христу не доверяют! Будущие цари, а власть применить стесняются!


Нормальный православный должен знать, что Бог лично отвечает каждому христианину, Его вопрошающему. Если христианин не знает, сколько длился день творения, он должен узнать. А ведь это не так сложно. Почитай Библию, сверься с отцами – и узнаешь, что мир сотворен за шесть обычных дней, с воскресенья до пятницы. Не знаешь, кто спасается, а кто гибнет, перечитай Евангелие – и узнаешь. Хочешь понять, за что приключилась ВОВ, пересмотри Второзаконие, главу 28, послушай Патриарха Кирилла – и все тебе будет ясно. Хорошо нам, нормальным православным – креационистам, уранополитам, т.е. просто христианам, все мы знаем, что Бог нас учит всему тому, чему надо. А если чего не понимаем, Бог нам ответит, причем ответит лично. И что интересно, Он может ответить даже тогда, когда очень не хочется Его услышать. Как сказал один духовник, православному погибнуть не так уж и легко. Бог всеми силами будет мешать.

 

Об ОПК и состояние современного образования
Вводя ОПК, никто не озаботился подумать о том, нужна ли Церкви вообще такая культурологическая дисциплина. Я понимаю тех, кто желал под видом ОПК ввести обычный Закон Божий. Это хорошо и насущно необходимо. Именно так воспринимал этот предмет покойный Патриарх. Но зачем вводить предмет, который будет формировать представление о Церкви как о некоем элементе российской культуры (наравне с театром, балетом и хоккеем)? Ведь если бы это удалось, то сама суть Православного христианства была бы закрыта для миллионов российских школьников.


Напомню простые и давно забытые вещи. Православное христианство – это не элемент культуры, а Благая Весть Творца погибающему миру, Весть о спасении от греха, проклятия и вечной смерти. И эта абсолютно Новая Весть порождает вокруг себя новую культуру. Но не для создания культуры Господь умер на Кресте, а для спасения людей. И если людям вне Церкви не говорить об этом, то все понимание церковных обрядов и все знание библейской истории лишь приведет к появлению множества циников, которые скажут – ну это мы все знаем. Каждый, кто учился в семинарии или в православном университете, знает такой тип людей, для которых в обычном их состоянии закрыто спасение. Этот тот самый случай, о котором говорил апостол Павел: «…знание надмевает» (1Кор. 8, 1). И зачем нам тратить силы на то, чтобы отдалить людей от Бога? И без нас дьявол этим занимается.


Авторы идеи культурологического ОПК вообще не провели никакого анализа ни состояния современного российского общества, ни состояния российского образования. Что касается первого, то утверждение «Церковь учит так» вызывает обычно следующие сентенции: «Ну это очень уважаемое культурное сообщество, важное для нашей истории, но только пусть сейчас в нашу жизнь РПЦ не лезет» или «Это все попы на бабки хотят нас развести», или «А че вы тут выпендриваетесь, сидите в своих храмах и нас религиозно обслуживайте, а че к нам претензии выставлять?» Уровень реального доверия к Церкви как к носительнице абсолютной Истины в нашем обществе невысок. Это я могу сказать и как бывший преподаватель гимназии, и по опыту работы в обычных школах. Замечу, введение ОПК только усилило бы отношение к Церкви как просто к общественному институту.


Попробуйте сказать человеку с улицы, что Церковь так учит, и вы услышите: «Ну и что?» Исключением будут только сторонники магии или экстрасенсы, а обычному человеку Церковь достаточно безразлична. Совсем другое дело возникает тогда, когда мы говорим, что «Бог Творец сказал так» или «Тот, Кто будет судить тебя, считает так». Вот такие фразы напрягают человека и заставляют его сделать важнейший выбор между Богом и адом.


Наши школы до сих пор являются рассадником безбожия. Во многих из них преподается дарвиновское учение об эволюции и даже классовая борьба. Как предлагают сторонники культурологического ОПК эту ситуацию изменить? Чем? Тем, что расскажут еще об одном реликте прошлого, наравне с питекантропами?


Опять возникает вопрос к отделу образования. Где наши учебники по истории (и всеобщей, и российской)? Где православное обществоведение? Где православная психология? Почему весь круг гуманитарных предметов остался неохваченным Церковью? Именно это надо было делать с самого начала, а не пытаться войти в школы с заведомо никому не нужным культурологическим ОПК. Наша задача – добиваться преподавания Закона Божия в сетке часов. Сделать это можно и не меняя Конституции. Напомню, что норма об отделении школы от Церкви в России уничтожена в 1993 году, сейчас можно при помощи обычного федерального закона ввести именно вероучительные предметы в обычную сетку часов. Тут не надо ссылаться на то, будто это противоречит конституционной норме об отсутствии официальной идеологии у государства. Норма эта предполагает, что недопустимо ограничивать права граждан в зависимости от их отношения к той или иной идеологии, но никак не фиксирует отсутствие вероучения в школах. Дело в том, что образование, предполагающее отсутствие идеологии, невозможно принципиально, даже обычное перечисление фактов уже тенденциозно. Оно включает в себя одни факты и не включает другие, и этим формирует вполне определенную картину в умах учащихся. Сейчас в российских школах реально учат атеизму с элементами магии. Но это почему-то не считается противоречащим Конституции. Наша задача – настоять на том, чтобы вся система российского образования была основана на христианстве. Тем паче это для нас и традиционно. Это задача максимум.


Но есть вещь, которая возможна уже сейчас. Без всякого ОПК во всех школах может (а значит, и должен) быть введен обычный Закон Божий на факультативной основе. Для этого не нужны ни циркуляры Министерства образования, ни новые законы. Нужны только воля Отдела катехизации и образования и небольшой штат сотрудников, которые должны создавать родительские комитеты по введению Закона Божия в школах в соответствии с законом о свободе совести 1997 года.


Однако есть одна сфера, где просто необходимо именно культурологическое ОПК. Это институт социализации гастарбайтеров. Ведь, приезжая в Россию, они не только ничего не знают ни о Православии, ни о нашей стране, но и не имеют с нами общего понятийного языка. Чтобы они услышали Благую Весть, они должны знать тот язык понятий, на котором она передается. И именно здесь и должны быть востребованы те наработки, которые есть у разработчиков культурологического ОПК.

 

Христианин и богоненавистники
Сегодня задумался: а как по-Божьи должен поступать христианин в случае конфликта двух богоборческих режимов, ну, например, в ирано-иракской войне? Он должен ориентироваться на ту страну, где в данный момент находится? А если его деревня только год назад оккупирована одной из сторон, переходить на службу к врагам? А чем те лучше? Выяснять, где война справедливая, а где нет? Кто первый напал, тот и не прав. А если второй должен был ударить спустя несколько дней, то кто тут прав? Так в Писании нет таких признаков. Наоборот, богоугодными войнами были вполне захватнические сражения. Например, битвы Иисуса Навина или царя Давида. И св. Георгий прославился на военной службе вовсе не в оборонительных сражениях. Можно понять обычное желание человека защитить свою семью. Но и тут с богоборцами проблемы – или иракцы газом отравят, или иранцы бомбами отутюжат. Думаю, что тут хорошо было бы проанализировать высказывания по этому поводу святых отцов, причем желательно сделанные не под принуждением, а по совести. А то при оценке сражений богоборческих стран мы почему-то автоматически распространяем на них логику, свойственную войнам христианских держав. Ну не похоже сражение за Веру, Царя и Отечество с битвами тов. Саддама. Короче, надо думать и перечитывать Писание и отцов Церкви.

 

Стоит ли уступать родным, когда они предлагают не ходить в храм
Есть мнение, что если дети запрещают родителям ходить в храм или жена запрещает это мужу, то Богу якобы будет угодно, если ты в храм не пойдешь ради мира в семье. Я убежден, что с библейской и святоотеческой точки зрения этот совет просто греховен. Он нарушает и богодарованную иерархию ценностей, и реально губит души людей. Самое важное, надо помнить, что во всех случаях Бог должен быть дороже человека. И если кто-то скажет тебе: «Выбирай, Церковь или я», то выбор должен быть очевиден. Достаточно вспомнить житие святой Варвары или прп. Феодосия Киево-Печерского. Святитель Феофан Затворник утверждает, что в случае, если супруг требует отказаться от богоугождения, то необходимо немедленно расторгнуть этот брак (1Кор. 7). Библия в этом вопросе еще более радикальна. В Ветхом Завете за такие слова назначалась смертная казнь (Втор. 13, 6–11).

Более того, этот совет радикально противоречит не только четвертой Заповеди (о хождении в храм по воскресеньям), но и пятой Заповеди – ибо советует поддерживать разрушение Божия установления о подчинении детей родителям и жен мужьям. Как сказал Сирах: «Не давай воде выхода, ни злой жене – власти. Если она не ходит под рукою твоею, то отсеки ее от плоти твоей» (Сирах. 25, 28–29). Не думаю, что лучшим путем к стяжанию любви является потворство нарушению заповедей, густо замешанное на человекоугодии. Как сказал апостол Павел: «Если бы я и поныне угождал людям, то не был бы рабом Христовым» (Гал. 1, 10). Это ошибка даже с точки зрения светской психологии. Реально такие уступки никакого мира в доме не дают, и опыт тысяч людей это подтверждает. Если жена пытается командовать мужем или ребенок родителями, то, скорее всего, это эпилептоид по современной психологической квалификации. С эпилептоидом невозможно договориться путем уступок. Их он воспринимает только как проявление слабости. Только жесткое отстаивание своих законных прав может улучшить ситуацию.


Исполнение душепагубного совета приведет и к отступлению от Бога, и к деградации личности того, кто пошел на поводу у этого не любящего Бога властолюбца. Так что выход такой. Такому властолюбцу надо сказать: «Я тебя люблю, но Бога я люблю больше. Он требует, и я с радостью Ему подчиняюсь. И тебя очень хотел бы видеть с собой. Если ты пойдешь со мной, я буду очень рад, а если нет – это твои проблемы. Но манипулировать собой я не дам. А после службы мы с удовольствием можем и погулять, и пообщаться». Если человек согласен на это – то приобрел ты себе родного и близкого человека, а если нет – то беги от него, пока не погубил и вечную, и земную жизнь.

 

Бог – Творец вселенной
Пришлось прочитать полемику, развернувшуюся между известным богословом Ю. Максимовым и одним апологетом по вопросу об эволюции, и я заметил одну важную вещь. Те люди, которые охвачены иррациональным страхом перед Ее Величеством Наукой и ради нее готовы поправить Господа Бога, лишаются обычного логического мышления. Вместо того чтобы обсудить и серьезно обдумать тот факт, который констатирует Ю. Максимов, – факт массового отвержения новомучениками дарвинизма как ложной философии. Причем никто из них не признавал существования дарвинизма как отдельной именно научной теории, а только как материалистическую антихристианскую философию. С чем, кстати, согласно и большинство пропагандистов эволюционизма. Вместо этого, тем более важного для христианина факта, что, по словам Христа Спасителя, устами мучеников говорит Дух Бога Отца (Мф. 10, 20), оппонент Ю. Максимова начинает искать повод не признать ясное свидетельство веры святых, за которую они пролили свою кровь. Он начинает патетично объяснять очевидные для любого вменяемого человека вещи: что естественнонаучные данные меняются и это не противоречит Откровению. Да, святые отцы и Моисей не знали ядерной физики, но из этого не следует, что они неправильно понимали Слово Божие. Да, их отдельные представления о структуре видимого мира сейчас являются (или кажутся) устаревшими, но разве это каким-то образом относится к вопросу, как появился мир?


Процитирую самого оппонента: «Наука характеризуется своим методом. Этот метод включает в себя сбор данных, путем повторяющихся наблюдений и воспроизводимых экспериментов, выдвижение гипотез, которые могли бы объяснить эти данные, а потом верификацию (подтверждение) или фальсификацию (опровержение) этих гипотез. К области естественных наук относятся утверждения, которые можно подтвердить (позитивный критерий) или опровергнуть (негативный критерий Карла Поппера) при помощи наблюдений и экспериментов. Научны ли заявления, что “человек произошел не из Божиих рук”, “человек находится на одной ступени с животными”, “не имеет души”? Нет. Не существует экспериментов (или наблюдений), которые могли бы подтвердить или опровергнуть». Но тут стоит задать простой вопрос: «А можно ли поставить воспроизводимый эксперимент в прошлом? Разве у нас есть повторяющиеся наблюдения кембрия или карбона? Каким научным экспериментом можно подтвердить или опровергнуть представления о том, что в прошлом все самосовершенствовалось или Богом усовершенствовалось?» Ведь уже сама эта фраза показывает, что любые космогонические построения (а не только дарвинизм) находятся вне сферы деятельности современной науки (по крайней мере, до изобретения машины времени)».


Но это простейшее рассуждение не проводится. К сожалению, он, как и многие другие сторонники теистической эволюции, производит шулерский подмен. Сначала они говорят о том, что современная естественная наука сделала для человечества, а затем говорят, что и в вопросах космогонии (да и футурологии) она так же всемогуща. Но из того, что генетика расшифровала геном человека, никак не следует, что она может узнать, как он был зашифрован. Точно так же из Правил дорожного движения совершенно не выводимо устройство Государственной Думы. Перед нами ловкая подмена, построенная на известном силлогизме трех ведьм Макбета, где первая говорила то, что лорд и так знал, вторая сообщала новость, ему прежде неведомую, а третья предсказывала то, что могло стать реальностью только в результате его кровавых преступлений. Из факта верности второго предсказания никак не следует точность третьего. Из того, что биологи узнали устройство живых организмов, никак не следует, что они могут узнать то, как они возникли.


Оппонент Ю. Максимова прав, что дарвинская философия не может быть согласована с христианством, но он забывает, что ничего другого в дарвинизме просто нет. Дарвинизм не имеет предсказательной силы (не считая не найденных переходных звеньев), он не дает возможности экспериментальной проверки (пойди проверь, отчего вымерли динозавры). Он не заложил основы ни для одного реального научного открытия (лысенковщина не в счет). Так почему его усиленно считают наукой? Это же просто пропаганда!


Но если при защите дарвинизма вышеназванный оппонент прибегает к пропаганде и готов втащить в науку псевдонаучный миф, то с православным богословием он обходится еще суровее. Всякому знающему Православное богословие хотя бы в объеме первого класса семинарии известно, что существуют строгие правила толкования Священного Писания и преподавания Христова учения, 19-е правило Трулльского Собора требует изъяснять Писание не иначе, как понимали его отцы и учители Церкви. Таким образом, у нас нет права на самовольное толкование Библии или права использовать слова Господа как вешалки для развешивания собственных мыслей. Я даже не буду приводить тех десятков цитат, подтверждающих, что святые отцы понимали Шестоднев буквально, а это не оставляет камня на камне от всех попыток протащить эволюционизм в Православную догматику. Ведь если день Творения длился 24 часа, то никакого времени для эволюции (какой угодно, даже руководимой Богом) не остается. За подробностями отсылаю всех желающих к моей книге «Кто как Бог, или Сколько длился день творения?».


Но тут стоит заметить, что оппонент прибегает к простому передергиванию фактов не только в отношении к православным, но даже к протестантам. Он обвиняет их в заведомо глупом утверждении, будто окаменевшие останки вымерших животных специально помещены Богом в пласты породы, чтобы проверить нашу веру. Можно было бы обвинить его в вопиющем невежестве, если бы он не занимался систематической критикой работ Генри Морриса и других креационистов – сторонников молодой Земли. Но он прекрасно знает, что для всех «младоземельцев» окаменелости – это свидетельства Всемирного Потопа, как, впрочем, воспринимали их отцы Церкви и древности (Ипполит, Августин), и Нового времени (Филарет Московский, Нектарий Оптинский). Так что иначе как злобной клеветой это назвать нельзя. Но и само утверждение «надо, однако, отметить, то обстоятельство, что животные жили, умирали, и оставляли после себя ископаемые останки задолго до появления (и греха) человека, не есть теория – это есть наблюдаемый факт» является примером очевидной пропаганды.


Как этот факт может быть наблюдаемым – для нас остается загадкой. Может быть, он сам убил всех этих динозавров и трилобитов и закопал их миллионы лет назад, чтобы об этом авторитетно свидетельствовать? Когда в любом овраге весной мы находим «чертов палец», то на нем нет бирки «Я умер за 243 миллиона лет до нашей эры». Мы наблюдаем факт наличия окаменелостей, а вот их возраст – это только результат взаимодействия нескольких совершенно непроверяемых теорий. Так что не надо говорить, что перед нами конфликт традиционного православного понимания творения (сошлюсь хоть на Макария (Булгакова)) и твердых фактов науки. Перед нами конфликт Откровения Божия и очередной дьявольской выдумки, не имеющей к реальности почти никакого отношения. Эта ситуация вовсе не новая. Она сопровождает Церковь как минимум последние 4000 лет Ее письменной истории. В каждом веке появляется та или иная идея, претендующая на то, что она заменит собой Откровение Божие.


И вот здесь обращение к авторитету святых отцов совершенно необходимо. Именно тут они дали четкие критерии истины и заблуждения. Как писал священномученик Ириней Лионский: «Не должно искать Истины вне Церкви, в которую апостолы, как в богатую сокровищницу положили все необходимое для нашего спасения». Знать, откуда взялось в мире тление, – вопрос, имеющий прямое отношение к пасхальной тайне Церкви. Ведь именно от тления пришел избавить Своим Воскресением Христос всю вселенную. А именно на этот вопрос не ответил наш оппонент. Он, как и другие эволюционисты, настаивает на принципиальном отличии смерти человека от смерти животных. Но совершенно обходит прямые слова Апостола о том, что «тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что вся тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих» (Рим. 8, 20).

 

А они недвусмысленно говорят о том, что тление от грехопадения людей, а не от Ангелов «которым Бог не покорил вселенную» (Евр. 2, 5), а потому они и не могли заразить смертью и тлением мироздание. Так что признание существования эволюции полностью исключает для нас доверие к Библии и к Православному христианству. Ведь вопрос, откуда смерть и гниль в этом мире, – это вопрос вопросов, а если христиане в течение 3500 лет давали на него ложный ответ, то, как можно верить им во второстепенных вещах? Удивляет, что многие считают «очень смиренным» признание, что «мы не знаем, был ли мир сотворен за 6 дней или за 20 миллиардов, была ли смерть до падения или нет, был ли Адам обезьяной или создан из обычного праха». Логично было бы сказать на это: «Если не знаешь, так пойди и узнай. Возьми Библию, возьми святых отцов, у них все написано. Ведь, в конце концов, Библию дал Очевидец творения, а дарвинизм – тот, кто придумал, как все можно было бы сделать. Так разве можно сравнивать свидетельство Очевидца с фантазией совершенно постороннего человека?»


И что удивительно, наш оппонент в этой статье прямо противоречит самому себе. Он говорит: «Может быть, мы просто согласимся на том, что образный, символический и поэтический язык, к которому часто прибегает Священное Писание, часто не предполагает буквального толкования?» А в статье «Об эзотерическом толковании Писания» он писал ровно противоположные вещи: «Может ли Бог в «пастырско-назидательных» целях «не брезговать» ложью? Не гораздо ли разумнее предположить, что эзотерические толкователи Писания просто ошиблись в своих построениях?». В чем причина такого конфликта в одной черепной коробке? Я боюсь, что корень ее в том страшном состоянии, о котором говорит апостол: «…они не приняли любви истины для своего спасения» (2Фес. 2, 10). Я очень надеюсь, что оппонент не пришел еще в такое состояние, но вижу, что он, как и многие теистические эволюционисты, идет туда семимильными шагами. Ведь если человек не знает Истины, он ее может найти, но как поможешь тому, кто убежден, что Истина недостижима?

 

Несколько слов об эволюции
Почему я отстаиваю именно креационизм? Мне известно, что Бог мог сотворить мир при помощи эволюции так же, как Он мог создать солнце зеленым. Это для Него не было сложным. Но мне гораздо интересней как на самом деле был создан мир. Ни Дарвин, ни Гинзбург этого не видели, и потому ничего, кроме своих фантазий, рассказать не могут. А Бог это и видел, и рассказал в Библии (не только в Шестодневе, но и во многих других местах Писания). Я читаю этот рассказ непредвзято, как написано. Потом проверяю себя по согласию святых отцов (см. 19-е правило VI Вселенского Собора) и вижу, что я прав. Я доверяю Богу, а мифам, прикрывающимся наукой, – нет. Я все же читал и Куна, и Фейенрабента, чтобы знать, сколько на самом деле в науке скрыто мифологии. Например, вся та наука, которая построена на дарвинизме, – это чистой воды миф, вроде греческих или индийских. Ведь пока не будет машины времени, все прошлое, а тем паче дочеловеческое, находится вне сферы действия эксперимента, поэтому ни одна гипотеза о прошлом не проверяема.


С точки зрения богословской, эволюционизм – тяжелая и пагубная для души ересь, так как, согласно этой доктрине, смерть и тление Вселенной никак не связаны с первородным грехом, да и само существование Адама ставится под сомнение. Если смерть не через человека, то Христос напрасно умер. Если считать, что Библия ошибается (как это делают эволюционисты), – то это хула на Святого Духа, «глаголавшего пророки».

 

Мысли о новом маркионитстве
В середине II века в Церкви возникла ересь Маркиона, отвергавшего Ветхий Завет и праведность Бога. Святой Поликарп Смирнский назвал Маркиона первенцем сатаны и отлучил от Церкви всех последователей этой ереси. С тех пор во всяком списке осужденных ересей это учение занимало одно из почетных мест. Но самое удивительное, что сейчас эта ересь считается чуть ли не выражением аутентичного православия. «Бог есть любовь, и только любовь», – говорят ее сторонники и утверждают, что всякое упоминание о том, что Бог гневается, судит, поступает по справедливости, надо отбросить как «католическое влияние», «непреодоленное язычество» и тому подобное. Перед нами разворачивается страшная картина разрушения исторического христианства и подмена живого Бога тем фантастическим образом Деда Мороза, который никого не наказывает.


Само представление о богопознании у таких еретиков совершенно дикое. Они думают, что могут конструировать свои представления о Боге, а то, что им не нравится в Писании или у отцов, они называют «педагогическими приемами». Самое удивительное, что сторонники этой ереси называют себя активными миссионерами и утверждают, что если мы не примем их точки зрения, то оттолкнем людей от Церкви. Но при этом почему-то никто их не спрашивает, а нуждается ли Церковь в их миссионерской активности, если они проповедуют иного Бога, благовествуют иного Иисуса и дают иного Духа? Зачем нам в лоне Церкви пусть толпы, но иноверцев? Я уже не говорю о том, что реально люди, услышавшие их проповедь, успокоят себя, что им уже все можно и так, и что спасение им обеспеченно. По моим наблюдениям, перед нами целая новая идеология «неохристианства», создающая целую альтернативную догматику и этику. Давайте посмотрим по пунктам веры, что у нас остается от святоотеческого Православия.


1) Учение о Боге у неохристиан иное. Их бог не праведен, не всемогущ (ибо не он наказывает людей, а все в этом мире происходит по случаю). Он не управляет стихиями и народами, не учит Церкви (ведь все неохристиане стараются обращаться за помощью к различным светским доктринам – психоанализу, НЛП, сциентизму, культурологии и т. п.). Он добрый дедушка, который всех жалеет и лишь приговаривает: «Детки, так делать нехорошо, больно будет. Ой, вот вы и поранились, а я ведь говорил». Нет ничего более далекого от этого бога, чем Бог Библии и Церкви – могучий и милостивый, ревнивый и прощающий, живой Владыка и Отец, который удерживает все и правит этим миром через Свое Слово и Дух.
2) Иное учение у них и о творении. Все неохристиане – убежденные эволюционисты, сторонники или пантеизма Тейяра де Шардена, или манихейства протоиерея Александра Меня. Смерть, по их мнению, соприродна творению. Тление нормально и произошло не через человека. Их бог – не творец мира. Он только программист, который настолько бессилен, что позволил сатане повредить изначальное творение в самом процессе его создания.
3) Иная у них и антропология. Человек у них – преображенная обезьяна. Первородного греха у него нет. Есть лишь смертность, вкорененная в сердце. Поэтому они и утверждают, что все спасутся, кроме самых «упертых».
4) Иное у них и учение о Писании. Библия для них не Слово Божие, а результат «богочеловеческого действия». Их бог оказался не способен точно передать свою волю, и в Библию вкрались и ошибки. Тем более что большинство библейских книг написано не теми авторами, которыми они надписаны. Реально перед нами собрание апокрифов, утвержденных волюнтаристским решением Церкви.
5) Иное учение у них и о Спасителе. Они утверждают, что человеческая Его природа была подвержена порочным страстям, что Он постепенно преодолевал в Себе грех и таким образом нас спас. Многие неохристиане придерживаются несторианского отделения Иисуса от Сына Божия. Они утверждают, что в Христе Три Ипостаси – Бога Сына, Человека, и Ипостась Христа (лицо единения у Нестория).
6) Все без исключения неохристиане отвергают искупительную жертву Господа Иисуса Христа, которую Он принес в умилостивление за грехи наши. Для них представление о том, что правда Божия требовала наказания грешников, которое добровольно взял на Себя Невинный Христос, – признак «язычества».
7) Некоторые неохристиане отвергают реальность воскресшего Тела Христа. Они утверждают, что после Воскресения Тело Христа стало нематериальным и вездесущим.
8) Неохристиане отвергают, что спастись можно только в исторической Апостольской Церкви. Они убеждены, что спасение доступно для всех людей доброй воли. Даже в аду душа может покаяться и попасть в рай. Не случаен тот факт, что они отвергают применимость к Церкви канонических норм.
9) Неохристиане скептически относятся к реальности мистического общения со Христом в Православной Церкви, подозревая все, что им непонятно, в прелести. Реальный опыт святости для них недоступен.
10) Неохристиане отвергают или искажают учение о большинстве Таинств. Они не рекомендуют крестить младенцев (и утверждают, что не крещенные младенцы спасутся) и убеждены, что действительность крещения зависит от степени понимания их доктрины.
11) Они хулят величайшее Таинство Причастия, утверждая, что причащаемся мы не пресуществленного исторического Тела Христа, а хлеба и вина, воипостазированных в Божество Бога Сына, таким образом, они отвергают учение Халкидонского Собора о пребывании Христа в двух (а не четырех) природах. Если вдуматься, то это учение отвергает все историческое дело Христа. Ведь если мы причащаемся хлеба и вина, то зачем Богу надо было воплощаться в человека? Он мог бы явиться пророку и сказать: «Я воплощаюсь в хлеб и вино – вкушайте себе во исцеление». Крест Христа становится не нужным.
12) Неохристиане отвергают священство как уникальный дар Бога. Они не верят, что у священства есть дар прощения всех грехов. Для них священник – лишь глава общины. Как и Евхаристия – не общение со Христом, а участие в человеческой общине.
13) Их эсхатология радикально отличается от православной. Они не верят в возможность вечной гибели для нехристиан, они убеждены, что в момент воскресения Бог восстановит не только тело, но волю человека, и тому будет дано право второго выбора. Таким образом, они вообще обесценивают наши земные труды и подвиги благочестия.
14) Неохристиане отвергают Суд как день праведного воздаяния и считают неприемлемым представление о Боге как Мстителе за обиженных. Таким образом, они оставляют человека в состоянии вечной несправедливости, а грешников – в вечной безнаказанности.
Мы видим, что перед нами искусная подделка под Евангелие, которая не имеет ничего общего с той верой, которую дал нам Господь, которую передали апостолы, исповедали мученики, возвещали святители и преподобные. Нам необходимо посмотреть, в вере ли мы, и изъять злого от среды себя.

 

Любовь и суды Божии
Очень многие стали ныне утверждать, что предупреждать о наступающем гневе Божием – значит не иметь любви. Эта позиция, на мой взгляд, абсурдна. Если ты ясно видишь, что Бог решил наказать грешника за его беззаконие, и поэтому предупреждаешь его, чтобы он прекратил зло, разве это противоречит любви? Разве скрывать от человека грядущую беду, которую при этом можно избежать, – не жестоко? Еще более странно, когда так говорят священники. Бог говорит нам : «Ибо уста священника должны хранить ведение, и закона ищут от уст его; потому что он вестник Господа Саваофа» (Мал. 2, 7). А наши отцы почему-то утверждают, что не могут познать волю Божию. И притом не какую-то особенно тайную, а ясно выраженную в Откровении. Как же мы будем исполнять апостольскую заповедь: «Сие говори, увещай и обличай со всякой властью» (Тит. 2, 15), если мы и власть применять боимся, и воли Божией не знаем, и Писание считаем книгой, не относимой к нынешней жизни? Не про нас ли тогда скажет Бог: «Стражи их слепы все и невежды; все они немые псы, не могущие лаять» (Ис. 56, 10)? Не с наших ли рук Бог взыщет кровь тех грешников, которых мы не призвали к покаянию (Иез. 33, 7–9)? Я этого не хочу. Я не хочу, чтобы вновь падали самолеты и тонули люди, я не хочу, чтобы беда пришла в Россию и в Грецию и в другие страны, где живут христиане. Я хочу, чтобы все переменили свои злые мысли и стали жить в радости, а по смерти шли в Царство любви Божией. И разве это не вытекает из моей любви к людям?


И Бог того же хочет. Он не с радостью наказывает людей, но разве мы не видим, за что пришла беда? Так надо не возмущаться и не говорить о «миссии» или «антимиссии», а о том, правильно ли поставлен диагноз, чтобы наша паства жила спокойно.
Оказалось, что многие, неправо называя себя христианами, спокойно хулят Бога, говоря, что они не верят в Бога наказывающего, а считают его «ближневосточным дэвом». Они получат от Бога вразумление, потому что не мы придумали Бога, а Он открыл нам Себя именно таким, какой Он есть на самом деле. Глупо выдумывать себе Бога по своему вкусу. Он от этого не изменится. А себе мы такой ложью только повредим. Но это тема особого разговора.
Оказалось, что огромное множество православных живут как безбожники. Бог оказался вычеркнут из их жизни. Бога, Который ведает падающим волоском, Бога, Который управляет абсолютно всем, Который дает нам жизнь и дыхание, и все, Который умерщвляет и оживляет, люди забыли. Им кажется, что Бог где-то далеко-далеко. Его следы нельзя разглядеть в нашей обычной жизни. Интересно противопоставление – самолет упал не по воле Божией, а от нашего разгильдяйства. Как будто одно исключает другое. Но этот подход и ложен, и опасен. Бог – Вседержитель, и мы в Его руках, а потому важно знать, чего Он от нас хочет.

 

А Суд-то над православными народами уже начался!
Вот тут спорят, наказывает Бог или нет. А ведь Его наказание уже началось. Он обрушил Свою наказывающую Руку на православные народы, забывшие Его. Катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС, небесный удар по нефтехранилищу, гибель руководителя «Русских витязей» – это разве не явный признак гнева Бога на национальную гордость русских? Это наказание за их беззаконное оправдание безбожного СССР, за ложь про ВОВ, за оправдание голодомора, за «национальную исключительность», за нежелание исполнять святые заповеди Творца (и пьянством, и абортами, и нежеланием исполнять четвертую заповедь, так что даже маленькая Грузия дает больше прихожан по воскресеньям, чем великая Россия). Потому и удары Бог наносит прямо по идолам. «Зато мы делаем ракеты и перекрыли Енисей», – так вот наказание на это и приходит на Енисейскую ГЭС, выстроенную в честь богомерзкого Ленина. «Русские витязи» – предмет русской гордости – потому и падают. Надеются русские на нефть, и им дается тонкий намек на толстые обстоятельства, что нельзя полагаться на земные реальности, а только на Бога Высочайшего.


И то же наказание падает на Грецию: за то, что греки выбрали богохульных коммунистов, за их богопротивный социализм, за то, что по абортам Греция (как и Россия) на одном из первых мест в Европе, за то, что Православная Церковь все меньше влияет на греческое общество, которое все больше становится патриотическим и националистическим, Бог послал (и уже не в первый раз) очищающее пламя. Как к Содому, к Афинам подходит огонь. Прав апостол Петр, что «время начаться суду с дома Божия» (1Петр. 4, 17). Идет «…день Господа Саваофа на все гордое и высокомерное, и на все превозносенное, – и оно будет унижено, – на всякую высокую башню, и на всякую крепкую стену… И падет величие человеческое, и высокое людское унизится; и один Господь будет высок в тот день. И идолы совсем исчезнут. И войдут люди в расселины скал и в пропасти земли от славы величия Его, когда Он восстанет сокрушить землю» (Ис. 2, 12–19). Как 11 сентября 2001 года гнев Бога поразил гордыню Америки, так и август 2009 года – это начало наказания Божия православным народам за их гордыню, на современном лживом языке называемую патриотизмом и национализмом.


А нам, гражданам Неба, должно вознести Богу молитвы об упокоении душ погибших, и будем приносить Ему жертвы Евхаристии, чтобы Он смилостивился над нами и не по беззакониям нашим воздал нам. А всем тем, кто избран Богом из русского, греческого, украинского народов в члены народа Христа, стоит задуматься о том, что пора перестать надеяться на человека, «…которого дыхание в ноздрях его: ибо что он значит?» (Ис. 2, 22). И должно решительно отвергнуть лживые идеологии, враждующие с Церковью, из которых первыми для России и Греции являются коммунизм и национализм, и вместо них насадить в себе как единственную идею святоотеческое Православие, несовместимое со всеми человеческими идеологиями…
 

О МИССИОНЕРСТВЕ

Соблазн мнимого единобожия
«Ну, зачем вы настолько узколобые фанатики? Почему утверждаете, что вне Православной Церкви нет спасения? Все равно ведь в одного Бога верят все – мусульмане, и христиане, иудеи и буддисты, а разница только в обрядах. Так зачем же настаивать на своей исключительности? Неужели вы думаете, что Всевышний не примет мусульман к Себе? Ему ведь все равно то, кто во что верит. Главное, чтобы человек был хороший!» – такие слова слышал каждый христианин, наверное, не одну сотню раз. А часто приходится слышать это нечестие из уст тех, которых невнимательные священники почему-то допускают до Святой Чаши. И действительно, разве можно отвергать, что Бог – Един? Ведь еще апостол Павел сказал: «…нет иного Бога, кроме Единого» (1Кор. 8, 4). Господь – единственный правитель миров: «Он – Бог и иудеев, и язычников» (Рим. 3, 29). Обычный здравый смысл показывает, что не могут быть два Вездесущих – Им просто не нашлось бы места, и Они ограничивали бы Друг Друга.


Но если очевидным является факт Единства Божественной Сущности, то из этого никак не следует, что все знают о Боге, а тем более знают Бога и верно почитают Его. Фраза «Все в одного Бога верят» неверна хотя бы потому, что в мире много атеистов – и коммунистов, и буддистов, и шаманистов. Они вовсе ни в какого Бога не верят. Если же говорить о других, то из факта существования Бога Творца вовсе не следует, что люди почитают Его. Можно привести такой пример. Многие знают президента России, но разве из этого следует, что все к нему лояльно относятся, а тем более понимают все его действия? Так же многие миллиарды людей знают о существовании Бога. Но подавляющее большинство воспринимает Его как далекую и непонятную Силу. Например, в исламе не принято говорить, что Аллах – Личность. Он, скорее, Нечто, дающее Закон, карающее и награждающее по своей воле. Так же и в каббале Эн-Соф не познаваем и не познает ничего. Это, скорее, Фемида римлян, чем Бог, открывший Себя в Библии. Это свет далекого костра, который не может согреть ничью душу.


И это представление на самом деле общечеловеческое. Не случайно то, что «символ веры» обывателя звучит так:
– Ну, так Что-то есть. Но что, не знаю.
С этим «Что-то» обычно связывают понятие справедливости и при всякой обиде говорят:
– Если бы Бог был, разве Он допустил бы такое?


Но разве такое знание можно назвать нормальным? Представьте себе, что вас приглашают жениться на невесте, о которой вы ничего не знаете. И когда вы спрашиваете, кто она такая, вам отвечают, что она справедливая и никому не известная. Разве можно счесть этот ответ удовлетворительным? А ведь большинство людей знает о Боге куда меньше, чем работодатель, принимающий к себе нового работника. Но при этом почему-то считается, что этого плохо скрываемого невежества достаточно, чтобы спастись. Причем невежество это связано вовсе не с тем, что у людей нет возможности узнать о Боге, а с тем, что просто нет желания. Получается как в Евангелии – вместо того, чтобы идти на Божий пир, люди предпочитают копаться в огородах и заниматься семейными и национальными разборками. Особо же настойчивых приглашающих они предпочитают в худшем случае убить, а в лучшем выставить идиотами. И неужели они наивно думают, что Бог арканом затащит к Себе тех, кто Его не любил и ни во что ставил? «Незнание Отца всего такое же преступление, как и борьба против Него», – говорил Минуций Феликс.


Лишь в Православном христианстве человек настолько сильно вовлекается в Божественную жизнь, что созерцает таинственное пламя Триединой любви. Но часто говорят:
– Есть же искренние люди в других религиях? Неужели и они погибнут?


При этом забывается, что неверное знание о Боге еще страшнее, чем невежество. Ведь невежда может осознать свой недостаток и быть посвященным в Божию тайну, а тот, кто верит в ложь, не склонен к поиску. Он считает, что у него уже все есть. Даже в обычной жизни тот человек, у которого нет карты, имеет больше надежды добраться до цели, чем тот, у кого карта фальшивая. Лучше беспечный врач, который просто не лечит, чем уверенный шарлатан. В последнем случае у больного просто нет шансов. Так и в деле богопознания, убежденный иноверец не способен без прямого Божия вмешательства увидеть свет. Так говорит Бог: «Знаю твои дела; ты не холоден, ни горяч: о, если бы ты был холоден или горяч! Но, как ты тепл, а не горяч, и не холоден, то извергну тебя из уст Моих. Ибо ты говоришь: «Я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и слеп, и наг. Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей; и глазной мазью помажь глаза твои, чтобы видеть» (Откр. 3, 15–18).


Так же обстоит дело и с ложными религиями. Чем более человек укоренен в свою ложную традицию, тем сложнее ему из нее выбраться. Практика миссионерства показывает, что к Богу обращаются чаще те, кто, с одной стороны, не утратил чувства Истины, а с другой – отошел от своей ложной веры. И Евангелие приняли не книжники и фарисеи, а простые рыбаки. Поэтому не стоит одобрять религиозное рвение мусульман или иудеев, а скорее показывать всю нелепость их заблуждения, как это делали святые. Злое дело делают те, кто поздравляет их с их праздниками, тем самым поддерживая их греховное упорство. В одной книге приводится пример, когда к священнику обращается татарин с вопросом о том, что ему делать, если братья мешают ему ходить в мечеть. Что должен был бы сказать нормальный пастырь? Конечно: «Бросай ислам, принимай крещение и иди в монастырь, если хочешь быстрее угодить Богу». Но тот ответил: «Ходи в мечеть два раза в неделю и слушайся муллу». Автор книги считает этот совет чуть ли не доблестью (не просто же так мулла положительно оценил этого псевдопастыря), а на самом деле это просто подлость. Из-за ложного гуманизма священник просто столкнул несчастного в еще большую бездну заблуждения и обрек его на вечную гибель. Разве мог он не знать, что «не верующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем» (Ин. 3, 36)?


Тут стоит разобрать вопрос, можно ли быть хорошим, несмотря на веру. А что значит «быть хорошим»? Где критерии «хорошести»? Алкоголик считает хорошим такого же выпивоху, а его жена придерживается противоположной точки зрения. Говорят, что «хорош тот, кто другому плохого не делает», но это не определение. Мы же еще не решили, что такое «плохо» и «хорошо». С точки зрения пьяницы, плохо делает тот, кто ему не наливает, а его родные думают наоборот. Где же правда? Да и обычный пень разве кому делает что-то плохое, но неужели он потому образец добродетели? Совесть тоже часто обманывает. И особенно ей в этом «помогает» ложная религия. Господь Иисус Христос предсказал: «…наступает время, когда всякий убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу. Так будут поступать, потому что не познали ни Отца, ни Меня» (Ин. 16, 2–3). И христиане видели примеры этому во все времена своей истории. Мы знаем, что те, кто не верит в Отца и Сына, с чувством религиозного долга умерщвляют верных Христу. Началось это со святого Стефана и продолжается до наших дней. Пример протоиерея Анатолия и мученика Евгения, убитых уже в наши дни в Чечне, показывает, что одинаковая причина (отвержение Святой Троицы) приводит к одинаковому результату. Мусульмане убивают христиан так же усердно, как это делали иудеи. Так что и совесть, и религия сама по себе не является критерием добра и зла.


Где же этот критерий? Ответ очевиден. Хорошо только то, что таковым считает Бог Творец. Ведь самая достоверная инструкция для прибора – та, которая написана его конструктором. Для христиан же это еще более очевидно, ибо мы знаем, что добродетели – это безначальные свойства Бога. Потому то, что согласно с волей Господа, – это добро, а что противится ей, – зло. Но теперь вернемся к вопросу о спасении искренних людей в других религиях. Очевидно, что искренний маньяк-убийца, считающий, что все зло мира заключается в женщинах или в русских, вряд ли за эту «искренность» будет одобрен Великим Судьей. Но если это достаточно очевидно, то где можно найти ту меру искренности, которая в глазах Бога перевесила бы факт злодейства? Как определить – эта искренность хороша, а эта нет? Мы снова возвращаемся к тому, есть ли реальные критерии добра и зла, потому что искренность или неискренность – вещи достаточно субъективные. Если же мы договорились, что добро – это воля Бога, а зло – ее нарушение, то ответ станет очевидным. Само нахождение человека в той религиозной традиции, которая не установлена Самим Богом, – грех. Из десяти Заповедей, данных Моисею, самая первая запрещает иные веры: «Я Господь Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства; Да не будет у тебя других богов перед лицом Моим» (Исх. 20, 1–2).


Так что те люди, которые утверждают, что мерило добра и зла – Декалог, должны задуматься о том, что ни один атеист и иноверец не избежит гнева Божия. И Господь наш Иисус Христос на вопрос: «Что нам делать, чтобы творить дела Божии?» – ответил: «…вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал» (Ин. 6, 29). Сам Христос повелел покаяться и веровать в Евангелие (Мк. 1, 15), а кто не покается, сам виноват, что Божия секира срубит его (Лк. 3, 9). Господь повелел всем народам принимать крещение во имя Отца и Сына, и Святого Духа (Мф. 28, 19), а «кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие» (Ин. 3, 5). Сам Искупитель, а не фанатичные православные, засвидетельствовал: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16, 16). Господь вселенной сказал: «…истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6, 53), а у нас думают спастись неопределенным добреньким состоянием без Святого Причастия.


Пусть же ответят нам возражатели, кому нам верить – людям или Богу? Христос говорит одно, а гуманисты другое. Сын Божий говорит, что мусульмане и иудеи, эволюционисты и буддисты, отвергшие Бога Сына, пребывают под гневом Божиим, а наши либералы утверждают, что все спасутся. Почему мы должны им верить? Они разве стояли в совете Божием, чтобы им поправлять Творца? Это наглое восстание смертных глупцов против Бессмертной Премудрости! Это современные лжепророки, которым готовится наказание Божие. Нет, пусть многие и верят в существование Бога, но лишь те спасутся, кто знает Бога, доверяет Ему, слушается Его, любит Его. Кратко сказать, чтобы спастись, надо, чтобы и человек знал Бога, и Бог узнал человека, как написано: «…”познал Господь Своих”, и “да отступит от неправды всякий исповедающий имя Господа”» (2Тим. 2, 19). А Бог узнает как Своих лишь тех, в ком видит Сына Своего (вошедшего по вере через Крещение и Причастие) и кто несет в себе освящение Его Духа.

 

Миссия и ложь
Часто приходится слышать, что то или иное высказывание антимиссионерское, ибо оно заставляет людей разочаровываться в христианстве. Тут надо сказать очень важные вещи. Во-первых, миссионер служит не людям, а Богу. Именно для Него он зовет в Церковь тех, кто может стать чадом Божиим. Мы знаем, что Бог ненавидит ложь. Невозможно угодить Творцу, говоря от Его имени неправду. Какой смысл миссионеру губить душу во имя обольщения людей? Во-вторых, миссионер обязан уважать тех, к кому он обращается с проповедью. Если мы будем обманывать людей или говорить им те вещи, в которые сами не верим, то люди это быстро поймут, и миссия будет провалена. И главное, мотивацией Православной миссии должно быть только спасение погибающих от гарантированной вечной гибели. Если спасатель даст спасаемому заведомо ложный план спасения, то вместо избавления тот найдет погибель. Мы должны честно, без какого-либо смягчения или приноравливания к веку сему передавать людям прекрасно известную нам волю Бога и, если кто захочет послушать это слово, тот спасется. А если нет, то кровь его на главе его.


Все провалы в миссии связаны именно с тем, что миссионеры прогибались под изменчивый мир. Люди не желают верить тем, кто сам не верит ни в Бога, ни в людей, ни в свои собственные идеи. Так что, если мы хотим добиться миссионерских успехов, то путь у нас один. Честно, понятно, ярко и властно оценивать мир словом Бога и призывать людей не в царство земное, а в Небесный Иерусалим. Отказ от уранополитизма и уничтожит Церковь, и лишит нас возможности успешно осуществить миссию. Достаточно вспомнить тот факт, что даже римо-католическая миссия была успешна только тогда, когда миссионеры проповедали не европейскую культуру, а Христово Евангелие.

 

Православие как технологичная религия
Почему-то принято считать, что Православие не доказуется, а показуется, что, в отличие от сектантов, мы не можем дать четких инструкций, что делать, чтобы попасть на Небеса, что Церковь и духовные технологии – вещи несовместимые. Но разве это так? Разве Господь Иисус Христос говорил, что верьте Мне просто так, а не поверите, так в аду сожгу? Нет, Он говорил: «Верьте Мне, что Я в Отце и Отец во Мне; а если не так, то верьте Мне по самым делам» (Ин. 14, 11).


И такой подход свойственен всему Откровению. Это тем более важно, что заповедь проверять духов, от Бога ли они, совершенно не согласуется с представлением о «недоказуемости Православия». Вот покажется какой-то дух, скажет, что он от Бога, так что, нам сразу надо ему верить? Нет, Православие – полностью доказуемая вера. Более того, Православие – единственное до конца логичное мировоззрение. Оно построено на доказательстве того, что Бог есть и открывает Себя, затем мы изучаем то, что Бог открыл о Себе, мы имеем критерии того, как правильно эту информацию понимать (при помощи голоса Церкви). А затем мы можем уже экспериментально удостовериться в подлинности этой реальности.


Тем более непонятно, когда говорят, что у нас нет инструкции, как попасть на небо. Да есть она: «Поверь в Иисуса Христа, крестись, и спасешься сам и весь дом твой». Мы знаем, что без Крещения нет спасения, мы знаем, что требуется от готовящегося к Крещению, мы знаем, что надо делать после Крещения. Мы знаем, как бороться с грехом после вхождения в Церковь, мы знаем, как учиться добродетелям. Мы знаем, откуда эту силу брать. Наконец, мы знаем, как мы появились и куда идем после смерти, и что ждет весь мир в будущем. Все это нам уже открыто Богом. Я не удивляюсь, когда агностики и атеисты упрекают Церковь в наглом триумфализме. Жаль их, что не владеют они логическим аппаратом (или просто не желают пользоваться). Но они правы. Церковь уже сейчас живет под сенью триумфальной арки Креста.


Но я никак не могу понять тех, кто называет себя православным христианином и говорит: «Ну, мы не знаем то, или не знаем это». Если Бог нечто открыл, так нам надо это узнавать. А для нашего спасения все необходимое Бог открыл. Если не знаешь, сколько длилось творение, так узнай, есть Библия, есть согласие отцов, надо просто узнать – и все. Если не знаешь – спасутся ли нынешние не крещенные, так узнай. Все ясно и недвусмысленно открыто Богом. Да, многим это покажется узким и догматическим мировоззрением. И это так! Любая Истина узка и догматична. Широка и безбрежна только ложь или невежество. Но тут стоит вспомнить, что согласно словам, сказанным апостолом Павлом в Послании к Фессалоникийцам (2Фес. 2, 12), – единственной причиной гибели погибших будет не блуд или убийство, злоба или зависть, а лишь нежелание принять Истину, которая единственная может спасти нас.

 

Православная альтернатива экуменизму
В наше время уже перестали работать прежние схемы – либерал или консерватор, правый или левый. Оказалось, что, как и много веков назад, разделение идет по одному единственному признаку: как человек хранит Христову веру – точно или разрешает себе отсебятину. Точное следование Евангелию может быть либеральным (в вопросе необходимости понимать слова молитвы, которыми молишься), может быть консервативным (в вопросе о неприемлемости толерантности, политкорректности и синкретизма). А может вообще быть вне этих идеологий. Ведь идея сильной неотмирной Церкви или уранополитизма (стремления к небесной Родине) не вмещается ни либеральным, ни консервативным сознанием. Но главное не то, каким образом можно назвать Евангельскую Новизну. Главное то, что Евангелие до сих пор сохранило свою неотмирную силу. И эта сила должна быть использована! Все 90-е годы главным делом Церкви было противодействие еретической экспансии в России и странах СНГ, но наступил новый этап – этап православного наступления. Как мы можем, зная, что миллиарды людей (все безбожники, иудеи, мусульмане, еретики и раскольники) идут широкой дорогой в геенну огненную, спокойно пребывать в самоизоляции? Это позиция старшего сына из сегодняшней притчи о блудном сыне. Нет, мы должны действительно подтвердить делом, что именно в Церкви сияет свет во откровение язычникам.


Сейчас наступило время возвращать в Церковь тех, кого мы потеряли в прошлые двадцать лет. Думаю, что именно сейчас пора начинать программу возвращения в Православие протестантских и католических общин, причем не только в России и в СНГ, но и по всему миру. Это будет лучший ответ вызову экуменизма, вместо того, чтобы все время каяться, каяться, каяться и становиться все терпимее и терпимее, вплоть до полного уничтожения, мы должны сказать: «Церковь ничем не виновата перед миром. Мы не должны ни в чем каяться перед еретиками, безбожниками и язычниками, кроме того, что слишком слабо пытались разрушить эти бесовские твердыни. Наши грехи – грехи только перед Богом». «Тебе Единому согреших и лукавое пред Тобою сотворих» (Пс. 50, 6). Именно Православная Церковь как хранительница Абсолютной Истины, в которой только есть спасение, вновь выходит на бой против ересей за души еретиков, против язычества за души язычников, против ислама за души мусульман. Поэтому мы не должны уклоняться от встреч с еретиками (я говорю не про всех православных, а про тех только, кто мужественен и крепок в вере, малодушных и маловеров просьба не беспокоиться). Наоборот, если мы узнали, что где-то есть сектанты, значит, мы идем к ним. Не затем идем, чтобы бросить их в тюрьму, а затем, чтобы они вернулись домой.

 

Забытая абсолютная Истина
Читаю дискуссию вокруг ОПК и других церковных проблем и замечаю одну очень важную вещь. Православные христиане просто забыли о важнейшем даре Творца нам, о том, что Православная Церковь уже обладает абсолютной Истиной и потому не может быть сравнима с другими религиями или идеологиями. Апостол Иоанн сказал: «Мы знаем, что мы от Бога, а весь мир лежит во зле» (1Ин. 5, 19). Но многие об этом, похоже, и не догадываются или крепко забыли. Все время идут разговоры о политической целесообразности или о вражеских происках, о культурных традициях или реальных возможностях, о необходимости учитывать факт того, что в мире есть и другие религии и т.п. Напомню, что все необходимое для спасения любого человека известно нам, и только нам. Никто во всем мире, кроме православных христиан, не знает в полноте Бога, не знает и то, кто такой человек, как устроена иерархия Вселенной, откуда все произошло и куда идет. А потому мы и не можем согласиться с тем, что должны быть равные права в сфере образования у Церкви и, например, общества атеистов. Пусть в сфере правосудия будет полное равноправие, но его не может быть в сфере формирования человеческой души.


Истина и ложь не равноценны, и они не должны быть равноправны. Когда я слышу, что нельзя заставлять еврейских или татарских детей узнавать о Христе, то я удивляюсь: «А за что вы так ненавидите евреев и татар?» Что они сделали такого плохого, что по нашей толерантности должны отправляться в ад? Конечно, совершенно недопустимо насильственное Крещение или принуждение к вступлению в Церковь при помощи меча или денег. Как сказал И. Златоуст, «на царский пир насильно не влекут». Но указать путь, который ведет на пир, разве не наша обязанность, а дальше пусть выбирают сами.


Теперь к вопросу о том, является ли это утверждение о необходимости всеобщего христианского образования утопией. Я должен заметить, что Бог исполняет только те проекты, которые согласны с Истиной. Да и обычная история показывает, что прагматики и реалисты не сделали ничего, что бы заслуживало внимания. Вся история делается только теми, кто выдвигает великие идеи, а не теми, кто прогибается под изменчивый мир. «Нам не дано успехом править, но мы его, Симплиций, завоюем!» – так говорят все те, кто сделали нечто великое. Это были и великие злодеи (вроде большевиков), и великие святые (вроде апостолов). Итак, кто служит Богу и просто исполняет Его всемогущую и святую волю, желая как можно большего, тот и здесь изменит к добру Вселенную, и в будущем веке унаследует Царство Божие, и в нем превзойдет всех «реалистов и прагматиков». А те, кто боится великих дел, рискуют получить вечную тьму. Достаточно вспомнить Христову притчу о талантах.

 

Боги народов действительно демоны, а Господь Небеса сотворил
«Атака привидений» на деревенскую школу в индийском штате Западная Бенгалия вынудила дирекцию объявить внеплановые каникулы. «Вся деревня Рана, находящаяся всего в 115 км от столицы штата Колкаты, охвачена паническим ужасом: ее жители убеждены, что злые духи, обитающие в соседнем со школой столетнем здании, “овладевают” школьницами, доводя их до обмороков и припадков», – сообщает ИТАР-ТАСС. История началась, когда на утренней молитве ученица 11 класса Свити Кхатун почувствовала головокружение и упала в обморок. В этот же день еще одну старшеклассницу, Сонали Кхатун, подружки не успели вовремя подхватить, и она рухнула прямо на пол классной комнаты. А затем «эпидемия обмороков» начала расти, как снежный ком. Припадки, конвульсии, потери сознания были отмечены у 32 учениц, все как одна рассказывавших о том, что недомоганию предшествовало «ледяное прикосновение» неких бесплотных духов. Как считают девочки, привидения поселились в полуразвалившемся доме деревенского помещика – заминдара Саида Бадруддоджа, умершего еще в 60-х годах прошлого века. Его наследники и поныне живут в Колкате, а вот дом пустует, нагоняя ужас на местное население.
Бедные индийцы, поклоняющиеся бесам, от них и страдают. Хорошо бы нашелся нормальный православный миссионер, готовый помочь несчастным прийти к Богу и получить от Него защиту.

 

Апостол Павел и современность
Интересная мысль есть у апостола Павла: для нужд святых необходимо каждое воскресенье откладывать некую сумму. Много ли христиан реально делают так? А ведь тут рецепт решения финансовых проблем православной миссии, для которой элементарно не хватает денег даже на билеты. За все время до кризиса я не видел значимых вложений в миссию со стороны православных бизнесменов. А ведь при ценах на нефть образца июля 2008 г. можно было бы организовать миссию в десятках стран. И еще важный тезис апостола для нынешних церковных дискуссий: «…все у вас да будет с любовью» (1Кор. 16, 14). Иоанн Златоуст добавляет: учишь ли, споришь ли, учишься – все должно быть с любовью. А ведь все споры – от нехватки (я бы сказал – дефолта) взаимной любви. Каждый хочет ее от ближнего, но никто не желает дать сам. Поэтому и бродят по православным блогам в Интернете волны праведной ненависти и святого гнева. Как тут не вспомнить слова Одного Автора: «И когда будут убивать вас, будут думать, что службу приносят Богу» (Ин. 16, 2–3).

 

Зачем нужна миссия Церкви
Проблема современного церковного сознания заключается в том, что само понятие миссии утратилось в умах христиан. Одни называют миссией передачу патриотических ценностей, другие – просто попытку во что бы то ни стало затащить ко Причастию как можно больше людей, не обращая внимания на их веру. Третьи вообще проповедуют идею закукливания Церкви в существующих границах («а кого надо, Бог Сам приведет»). Здесь стоит вспомнить основополагающие библейские принципы отношения к истории. Триединый Бог до вечности предызбрал некоторых людей для спасения во Христе (Еф. 1, 5), но предызбрание это основано на предведении их жажды истины. Бог задумал объединить всех избранных под Главой Христом, чтобы они вошли в Его Царство и стали богами по благодати. Для осуществления этого плана как раз и создан этот мир со всеми его звездами и галактиками.


Все человечество направляется Богом к тому, чтобы предызбранные могли войти в Завет с Богом. В сердцевине мировой истории проходит линия общины Завета, которая и должна включить в себя всех предназначенных ко спасению из всех народов. Ради этой общины Бог поднимает и низлагает другие народы, империи и культуры. Если обычная цивилизация живет по принципу Божественного возмездия за грех и награды за поступки согласные с совестью, то в отношении избранных вводится некое третье измерение – оправдание через веру (Авв. 2, 4; Рим. 3, 30). Выбравшие Завет люди должны принять веру Божию (а не свою), получить по вере оправдание силой Святого Духа, и дать вере действовать через любовь. Это уникальный путь бегства от смерти через Воскресшего Христа. Другого пути нет, и все не принявшие Слово Божие неизбежно погибнут.


Так как без любви вера ничто, то понятно, что любящий должен желать самого важного для всех людей, вышедших из рук Бога. Понятно, что отказ от проповеди этого пути спасения – знак отказа от любви, а значит, от собственного спасения. Но с другой стороны, отказ от возвещения сути спасения – оправдывающей Православной веры – приводит к обману. Без веры угодить Богу невозможно, и, если человек даже крестится и будет причащаться, но не будет иметь Православной веры (а какую-то отсебятину), то он неизбежно погибнет. Только Христово Откровение может оправдать человека, и мы не властны ничего ни прибавлять, ни убавлять к Его Слову, иначе Бог покарает нас. Но можно ли спасти всех? Нет, Писание говорит, что спасаются только предызбранные, потому нам не надо стараться сделать веру привлекательной для всех, иначе есть риск потерять саму ее суть. Благая весть должна быть донесена до каждого желающего максимально понятно, а затем все решает уже свободная воля человека и его тяга к истине.


Так в течение всей истории происходит отделение народа Божия от детей дьявола. Отсюда, например, становится понятным, что на самом деле есть двойственность в мире. Есть русский Божий народ – русские, вошедшие во Вселенскую Православную Церковь, и есть дьявольский русский народ – люди, отказавшиеся войти. Такое же разделение пронизывает все человечество. И если мы желаем подражать милосердому Богу, то мы должны украсть у врага как можно больше людей, чтобы они вошли в Царство Божие, иначе будет поздно. Перед этим важнейшим делом должны быть отброшены всякие глупости, типа «стратегических союзов с мусульманами во имя родины». Ведь они губят и нас (Бог на Суде взыщет с нас за отказ от Его заповеди), и тем более наших горе-союзников, которые, если не крестятся, обречены на вечные муки ада.

 

Является ли ислам авраамической религией?
С чего наши публицисты взяли, будто ислам – авраамическая религия? Мусульмане говорят, что Авраам был единобожником. Ну и что? Одному богу Хамосу поклонялись, например, и моавитяне, но Хамос, требовавший человеческих жертв, – вовсе не Бог Авраама. В одного бога Люцифера верят и сатанисты. Почему вера только в одного, а не многих богов связывает ислам именно с Авраамом? Вообще, при чтении Корана становится ясным, что в своих проповедях Мухаммед не вводил нового почитания некоего забытого Творца мира. Нет, он говорит об Аллахе, которого прекрасно знали сами арабы. Его идол стоял в каабе, которую сохранил Мухаммед, ссылаясь на то, что якобы это святилище создали Адам и Авраам. Аллаху арабы приписывали трех дочерей, с чем полемизировал Мухаммед. Но мы знаем и из истории, и в результате Йеменских открытий, что богом с тремя дочками был Хувал (он же Ваал Библии) – бог луны. Ему было посвящено капище Каабы, но с культом Ваала (Хувала) Мухаммад почему-то не полемизировал. Наоборот, «пророк» ислама сделал все, чтобы идолопоклонники приняли его Аллаха за Хубала. Но разве Авраам кланялся Ваалу или отождествлял Бога, явившегося ему, с Ваалом, луной или кем-то еще? Нет. Авраам поклонялся Богу Творцу светил, а не светилам. Вся Библия пронизана борьбой Бога Авраама с Ваалом. Разве можно на основании того, что Ваал один и Яхве один, отождествлять их? Ну, набрался наглости Ваал, заявил, что он создатель, ну разве это повод ему верить, тем паче что никаких доказательств тому он не привел.


Мусульмане говорят, что раз арабы – потомки Авраама, то они его и наследники. Тут надо напомнить, что Измаил, предполагаемый предок Мухаммеда, был лишен наследства, и его потомки были идолопоклонниками, как об этом свидетельствует и Библия, и история, и ислам. Сами же арабы в большинстве своем происходят вовсе не от Авраама, а от Иоктана, потомка Сима и Евера. Так что даже кровные узы здесь не помогут. А что касается кровного родства с Авраамом, то оно вовсе не является свидетельством религиозной полноценности потомков Авраама. Злейшим врагом Бога были амаликитяне, потомки Авраама, да и евреи часто поднимали мятеж против Бога. Неужели те евреи, которые кланялись золотому тельцу или Ваалу, придерживались авраамической традиции? Я уже не говорю, что татары или узбеки вообще никакого плотского отношения к Аврааму иметь просто не могут. Они потомки Иафета. Но самое главное, почему нельзя считать ислам авраамической религией, так это потому, что ислам принципиально отвергает возможность союза завета между Богом Творцом и человеком.


Сердцем повествования книги Бытия об Аврааме является рассказ об истории Завета – договора между Богом Творцом и человеком. Если мы попытаемся изъять эту тему из истории Авраама, то от нее просто ничего не останется. Не случайно то, что для всех библейских авторов (как Ветхого, так и Нового Завета), Завет Бога с Авраамом был настолько важен, что даже спасение совершилось потому, что Бог верен тому самому древнему Завету.


В исламе Аллах бесконечно далек. Он не может открываться людям. Свои слова он передает через ангелов избранному «пророку», но и с этим величайшим «посланником» Аллах не заключает никакого договора. Он только приказывает, а вступать в союз Аллах не может. Аллах – это не тот Бог, который открылся Аврааму, это не Бог Завета, Который вечно верен Своему слову. Аллах меняет свои решения, не предупреждая слушателей.


Аллах брезгует людьми, а Бог Авраама общается с Авраамом как со Своим другом. Бог заботится о каждом шаге Авраама и ведет его по пути верности и мужества, а Аллах не желает снизойти даже к своему «посланнику». Естественно, что Авраам возрадовался, когда увидел день Христа. Ведь в Иисусе он увидел осуществление древнего Завета и величайшее приближение и снисхождение Бога Творца к Своему творению, а Мухаммад, отвергши Боговоплощение, поклонился некоему существу, которое прежде требовало поклонение себе под маской бога Луны, с которым спорил пророк Илья, и которое посмело приписать себе некоторые качества Бога Авраама. Замечу: только приписать, нигде Аллах не обещал своим последователям, что он откроет им чистую правду о себе самом, так что тут и придраться вроде не к чему: «Называю я себя так, а какой я на самом деле – секрет не для ваших ушей». И долго мы будем позволять себя дурить, называя ислам авраамической религией?

 

Ассимиляция и инкультурация

На днях митрополит Кирилл выступил с утверждением, что решать вопросы демографии в России надо не за счет ассимиляции иных народов, а за счет повышения духовных и физических сил русских. С этим утверждением трудно не согласиться. Ведь если мы поставим своей задачей ассимиляцию мигрантов со стороны слабого народа, то эффект будет, скорее, противоположным. Скорее мигранты поглотят нас, чем мы их. Тем более надо помнить, что Церковь никогда не настаивала на слиянии тех или иных народов. Церковь выше национальных делений, и потому войти в Нее могут и должны все народы Земли. Это заповедь Спасителя, которая должна выполняться вне зависимости от желания или нежелания народа, государства или иерархии. Но из того, что Церковь никогда не настаивала на ассимиляции, никак не следует, что ей безразлична та ситуация, которая сложилась в связи с массовой миграцией представителей разных конфессий. Церковь всегда выступала за сильное и справедливое государство, а существование его в условиях сосуществования отдельных анклавов, члены которых ничего не знают ни об Откровении Бога, ни даже о культуре того народа, среди которого они живут, практически неизбежно приводит к взрыву взаимной ненависти.


Достаточно вспомнить парижские погромы или ситуацию в Кондопоге, чтобы понять, что для мирного сосуществования людей разных культур необходима инкультурация диаспор. Я уже не говорю про то, что ложная религия управляется демонами, которые только и жаждут человеческой крови. Никакое знание русского языка не поможет, когда речь идет о нападении людей, руководимых из другого мира. Басаев прекрасно говорил по-русски, но это не мешало ему убивать. Выход здесь один: любой мигрант должен не только знать русский язык, но и иметь возможность принять истинную веру (подчеркиваю – возможность, а не обязанность), которой у него нет в той стране, откуда он вышел. Но при этом Церковь должна предоставить ему возможность не терять своего национального самотождества. Пусть китаец или чеченец имеют одну веру с русским, но славит Бога на родном языке. Так восстановится то удивительное содружество наций, которое создала Византия, а продолжила Россия.

 

О правильной миссии
Плывя по просторам Сети, замечаешь, насколько люди потеряли понимание вечной ценности слова. В Интернете человек может написать любую гадость или ложь. И ничего! Можно исповедать любую ересь и при этом требовать, чтобы ее уважали. А если такого «богослова» до Причастия не допустишь – столько будет криков. А еще интересней утверждение, что «хоть это формально, не является точным, но зато миссионерски полезно». Правда, я до сих пор не понял, зачем миссия должна требовать вранья? Вообще миссионерство стало прекрасным прикрытием для любого самовыражения. Хочу курс, буду делать, ведь миссионерская весть, и не смейте меня критиковать. Хочу православный фашизм – пожалуйста. Это у нас привлечет (якобы) русских молодых патриотов. Правда, я не могу понять, почему мы должны считать неправославных заведомыми идиотами, которые не поймут чистого Православия?


А если наша вера не может себя подать без обмана, так на кой она и нужна? Я уже не говорю, что некоторые наши «идеологи миссии», которые при этом не миссионерствуют, просто забыли, что приводит к Христу Сам Отец в Духе Своем. И без Него ничего не получится. У нас от этого отмахиваются: «Ну, это и так понятно». А значит, Бога можно не учитывать в своих расчетах. Правда, боюсь, что Бог так не считает. Если мы будем лгать во имя Божие, то Сам Бог вмешается, лжемиссию нашу разрушит, а нам по шапке надает. Надо учиться честному миссионерству, когда мы будем и сами понимать четкое чистое Православие Библии и святых отцов, и другим его принесем, не стесняясь скандала, которого не избежать. И не нужно всяких криков: «Надо уважать чужое мнение!». Не надо его уважать, если оно ложное. А критерий, где истина, а где ложь у нас есть, потому что «мы от Бога, а весь мир лежит во зле» (1Ин. 5, 19). «Однажды мир прогнется под нас!»

 

Христос Воскресе!!!
Всех друзей поздравляю с Пасхой Господней! С днем Победы над гибелью. Начался великий Побег. Стены всемирной тюрьмы рухнули, и Дух Исхода выводит нас за грани миров. Ура! Уже нет ни наций, ни рабов, ни государственных границ, и всемирное братство христиан начинает петь оду радости. Пусть обнимутся миллионы детей Бога, искупленных Кровью Христа. Пусть благословляет Творца все творение. Наступил день свободы от греха. Давайте восклицать и Богом восхищаться. Высокопарных слов не надо опасаться!!! Христос Воскресе! Воистину Воскресе!


ББК 86.372

УДК 271.22
С 95

С 95 Священник Даниил Сысоев. Гражданин Неба. ― М.: Благотворительный фонд «Миссионерский центр имени иерея Даниила Сысоева», 2012. — с.

ISBN 978-5-4279-0008-9

Бог учит нас не привязываться к временной земной жизни. Он заложил в человека любовь к родине, потому мы часто вздыхаем, глядя на небо и желая высвободиться от греховной обузы наших плотских страстей. Грехом извращена любовь к Небесному, подменена любовью к земному. Отец Даниил всегда говорил, что православные христиане – странники и пришельцы на земле – должны стремиться в Небеса, на свою родину, где – один народ, одна нация, одно гражданство.
Книга обращена к земным патриотам с призывом стать по примеру великих святых патриотами Небес.


© Благотворительный фонд «Миссионерский центр имени иерея Даниила Сысоева», 2012
© Юлия Сысоева, 2012