Печать PDF

Свящ. Даниил Сысоев. Кандидат богословия.


- Что для Вас лично означает понятие "византизм"?

Для меня византинизм  - это тот принцип взаимоотношения государства и Церкви, который был выработан в Восточном Православии в течение полутора тысячелетий. Это сосуществование в едином общественном организме двух властей, имеющих один Божественный корень – Священство и империя, первая возвышает к Богу душу, а вторая охраняет тело. Священство дает небесное измерение власти, власть заботится о распространении и спокойствии Церкви.
Мы знаем, что власть не может построить царство Божие на земле, но с другой стороны она должна и может не дать сползти нашей планете в ад. Так вот, из различных видов властей (демократия, олигархия, монархия, теократия), Византийская модель мне кажется наиболее удобной для осуществления этой цели. Ведь она совмещает в себе элементы всех видов правления, компенсируя эти естественные недостатки каждой из них. Важной составляющей византинизма для меня является нераздельность религиозной и государственной сферы. Для ромея немыслима сама возможность безбожного (или светского) государства. Ведь если правитель пытается править не по воле Бога, то он – тиран, не заслуживающий послушания. Само появление такого правителя – знак гнева Божия. Подчинение ему может быть «сквозь зубы», как заслуженное по грехам нашим. При этом всякий приказ его должен строго проверяться не противоречит ли он заповеди Бога. (Впрочем, христианин также относится к любому повелению власти, исполняя только то, что не противоречит слову Творца). При этом для византийца свержение такого тирана не было чем-то зазорным, а скорее добрым делом. Тут можно вспомнить ту молитву. Которую все Церкви возносили о гибели Юлиана Отступника, гибель Валента по молитвам преп. Исаакия Далматского, одобрение византийцами убийства Фоки и Льва III.

Даже с точки зрения формальной логики такой подход оправдан. Ведь если человек пытается управлять человеком, то это воспринимается как нестерпимое насилие без наличия сверхчеловеческого источника власти. Мы можем править баранами, а нами правит Бог. В Церкви этот принцип действует и до сих пор. Власть отца, мужа, священника основана на воле Бога, а не на прихоти человека, и не на «общественном договоре». Ведь если у одного человека нет надо мной власти, то почему она появляется у миллиона? Ноль, помноженный на любое число, даст только ноль! Поэтому было бы весьма желательным возвращение этого принципа в политическую реальность. Не надо думать, что этот принцип сейчас забыт. Не имея здравого византийского применения, он в извращенном виде реализуется в исламских странах, тоталитарных режимах, по-язычески обожествляющих тиранов, в представлении об особом всечеловеческом служении Америки. Всякая страна, принявшая демократию «общественного договора» (а бывает и другая, например сход русской общины подчиненной Богу), обречена быть ведомой и внутренними незримыми тиранами, и внешними правителями, убежденными в своей нечеловеческой правоте.

- Считаете ли Вы, что между вселенским универсализмом Православия и его реальными геополитическими ограничениями есть какое-то противоречие? Если это противоречие есть, то как его преодолеть?

Да, это противоречие очевидно. Согласно Евангелию, территория Православия – Вселенная, а до XX века это была лишь зона восточно-христианской цивилизации. Да и сейчас соблазн национализации Церкви силен как никогда и в России, и на Украине, и в Греции. Утверждение, что Православие для русских (сербов, греков и т.д.) – просто ересь этнофилетизма, осужденная на великом Константинопольском Соборе 1872 года.

Путь к его преодолению очевиден. – Это и внутреннее понимание того, что интересы России и любого православного государства не тождественны интересам Церкви. Они могут совпадать, могут расходиться, но, главное в том, что человек, пришедший в Церковь, преодолевает свою национальность. Он уже не только русский или еврей, - главное он христианин, чья Родина на небесах, чей Отец – Бог, Спаситель Христос, а братья – все православные вселенной. А та нация, из которой он вышел – это та первейшая среда для вести о Иисусе, Победителе смерти. Эта уникальная новизна Евангелия должна быть всегда на устах у христианина.

Но проявляться она должна и на практике. Православные политики должны всячески препятствовать войнам между православными. Думаю, что самыми греховными войнами в истории являются сражения православных между собой. Они сравнимы с преступлением Каина.
Православные политологи должны исходить из приоритета интересов Церкви пред интересами государства. Православные аналитики должны отслеживать положение православных на всей планете, чтобы затем реальная поддержка была оказана тем христианам, которые нуждаются в этом во всем мире. Православные культурологи должны отказаться от приоритета защиты национальных культур во имя Истины Христовой (а не общечеловеческих идеалов). Православные журналисты должны быть служителями Бога Слова, а не клана (хотя бы и русского национального). И не надо бояться скандальности христианства. Сама суть его – вызов миру лежащему во зле, ради Сладчайшего Иисуса. Мы действительно знаем, что мы от Бога, а весь мир лежит во зле (1 Ин. 5, 19). Это наш православный триумфализм, от которого мы не имеем права отказываться. – Слишком дорогая цена его – это Кровь Голгофы!

Мы признаем частичную правоту глобалистов. – Слишком долго человечество жило в национальных конурках - наследии проклятия Вавилонской башни (Быт. 11). Мы  больше своей национальности, мы будем жить тогда, когда все царства мира (в том числе и «новый мировой порядок» - новый проект Вавилона) рухнут в бездну. Но у нас есть свой глобальный проект, ради которого мы готовы сокрушить все культуры враждебные ему. – Это Всемирная Кафолическая Церковь, в Которой стираются все последствия древнего проклятия, уже нет ни иудея, ни эллина, ни скифа, но все – Христос воскресший. Мы за объединение всех религий – на основе Никео-цареградского Символа веры, под главой Христом. Мы за слияние культур - в служении (культе) Святой Животворящей Троице.

Но мы признаем частичную правоту и националистов. Да, проклятие Вавилона было и заданием, чтобы люди на ощупь искали Бога (Деян. 17, 26-27). И то, что они нащупали, не исчезает и не аннигилирует в Церкви. Мы принимаем и национальный язык богослужения, и народный календарь, подчиненный Церкви, и сказку, и литературу, и философию, и музыку – в том, что подчинено этому изначальному заданию. А без этого все вырождается в пустоту и бесовщину.  При этом надо помнить, что Церковь не искала и должна искать союза с тем, что не от Бога. Нам хватит Одного Союзника – Святой Троицы, все же остальное может только сопутствовать нам, или вступить в  общение с нами.

- Какие основные направления православного миссионерства Вы считаете наиболее важными на данный момент?

Заповедь Господа повелевает проповедать всем народам Земли. Это задание остается перед нами и сейчас. Поэтому необходимо нести Евангелие и язычникам (Китай, Япония, Индокитай, Индия, Океания, Центральная Африка), и своим безбожникам.  Но при этом должно не забывать об огромных массах людей, которым ислам закрыл путь к спасению. Эта проблема – важнейшая для России. Все татары, чеченцы, ингуши, дагестанцы, башкиры и другие мусульманские народы как у нас, так и в Азии должны быть обращены ко Христу милосердому. Только так можно остановить натиск джихада.

Другим важнейшим направлением миссии должно быть обращение к Господу еретиков Запада. Западное христианство распадается от маловерия и неспособности противостать нашествию магии. Свет с Востока может дать выход разуверившимся людям, обольщаемым ложными надеждами, и мучимыми настоящей скорбью. Дух Божий и доныне имеет силы восстановить упавший церкви Запада. И, наконец, для этого наступило время.

Но миссия должна быть направлена внутрь Церкви. Евангелие до сих пор остается неизвестной новизной для многих новообращенных, искавших в Церкви не Истинного Бога, а спасения от своих бед, или своей национальной идентичности. Символ веры и в наше время самый удивительный текст, который должен быть усвоен каждым сердцем.

- Что представляет на сегодняшний день большую угрозу для Православия: американский глобализм или исламский экспансионизм?

Думаю, что самую большую угрозу для Православия представляют те православные, которые забыли, что они христиане. Иисус Христос оказывается вне сферы наших интересов, а потому мы оказываемся беззащитны перед любой духовностью.

Что же касается американского глобализма и исламской экспансии, то плохо и то, и другое. Первый разлагает душу проповедью безбожия и оккультизма. Он разлагает само представление о существовании абсолютной  нечеловеческой Истине, провозглашая культ терпимости и «уважения к чужой религиозной традиции». Взамен предлагается путь слияния всех религий под зияющим черным солнцем   каббалы и масонства. Американский глобализм имеет четкий конфессиональный оттенок. – Это протестантский мессианизм, заквашенный на иудейской мечте о мировом господстве. Соединение это произошло благодаря концепции «британо-израилизма».
Второй путь – это следование агрессивному обеднению мира под зеленым знаменем ислама. Бог в представлении ислама – некая далекая непостижимая Сила, лишающая человека свободной воли и оставляющая его вечным рабом. Аллах – это не Бог Отец христиан, а скорее нечто близкое космическому Разуму оккультистов. Поэтому вместо личного общения и любви Творца и человека остается голая покорность «дрожащей твари» пред грозной Силой. А страх всегда проявляется в виде жесткой агрессии. Недаром ислам распространялся с самого начала путем войны, требование священной войны заключено в Коране, поэтому всякая попытка лишить ислам этой составляющей равнозначна отказу христиан от Символа веры. А раз так, то всякая попытка союза с исламом совершенно бессмысленна. Ведь Коран разрешает заключать мир с неверными только в том случае, когда они сильнее, или когда они (если это люди Книги) будут платить унизительную дань.

Тут стоит сказать, что кроме этих двух видов глобализации, существуют еще и другие. – Это т.н. антиглобализм, за которым скрывается проект «мировой коммунистической революции», уже захватившей в XX веке треть мира и унесший 100 миллионов человеческих жизней. И эта угроза еще нависает над Россией, хотя и меньше чем пять-семь лет назад.

- Это и проект всемирной буддийской экспансии, столь успешно реализуемый на Западе и в России.

- Это и новое язычество под кровом сект Нью-Эйджа также рвущееся к мировому господству.
Все эти силы враждебны Господу Христу. И не допустимо сотрудничество христиан ни с одним из этих проектов. Лишь один единственный проект – Проект Бога способен победить все козни врага и ввести его участников в Царство за пределами времени, ради которого проповедали апостолы, трудились святители, сражались императоры и князья. Там родина и нас, поклоняющихся Единосущной Троице, Чье царство и власть простирается и над нашим миром XXI века.

 

Чтобы оставлять комментарии на сайте - пройдите регистрацию и авторизуйтесь.