Печать PDF

Священник Даниил Сысоев

Последние годы уходящего тысячелетия были ознаменованы усилением натиска вероотступнического Запада на Православный мир. Как говорил свят. Фотий, “мужи нечестивые и мерзкие – ведь как только не назвал бы их всякий благочестивый! – мужи, из мрака вынырнувшие, ибо были они порождением края западного… путем гнусной политики и извращения догматов – до чего дошли в дерзости своей! – разорили, истребив, лозу Господа возлюбленную и новонасажденную”, только возрождающуюся после страшных гонений. Они исполнили слова апостола Павла (2 Кор.11, 4), ибо проповедуют иного Иисуса, которого не проповедали апостолы и мученики, Иисуса, который нарушил Свое слово (Мф. 28, 20) и покинул Церковь, оставив вместо Себя смертного “непогрешимого” преемника в Риме, или не менее “непогрешимого” пастора в Нью Йорке или Гамбурге. Новые проповедники действительно дают иного Духа, которого христиане не получили от учеников Господа. – Духа, не от Одного Отца исходящего, как об этом учил Спаситель (Ин. 15, 26), а Духа, имеющего начало от Отца и Сына, как одного Начала, Духа, Который, как и Его Изводители, не являющегося Самостоятельной Ипостасью, Личностью, Самосознанием, а ничем другим, как только отношением любви, между такими же отношениями (по выражению Фомы Аквинского) внутри единой безликой Сущности. А Она напоминает нам скорее Абсолют индуизма, нежели Бога Авраама, Исаака и Иакова, Бога, Открытого нам чрез Иисуса Христа в Истинном Святом Духе. И как следствие, эти вестники мрака дают иное Евангелие, которого мы не получили от посланников Христовых. Евангелие их – это благовестие по человеку, а не по Христу, в Котором обитает вся полнота Божества телесно (Кол. 2, 8-9). Они несут весть о человеке не способном принять нетварную благодать Создателя (ведь они отвергают само существование нетварных энергий), человеке, отвергающего факт страшной порчи грехопадения, и потому нуждающемся только в юридическом оправдании от Бога, человеке, который вообще по большому счету не нуждающемся в Вседержителе. И потому их евангелие не нуждается в единственном лекарстве необходимом реальному, испорченному человеку и Востока, и Запада, - в Богочеловеке, умершем и воскресшем для того, чтобы влить в нас, в наши сердца и тела, вечную жизнь Святой Троицы. Им нужно от Него только признание их нормальности и обеспечение их вечного комфорта, для чего они готовы на минимально возможные процедуры – или индульгенции, или признание Иисуса, в качестве Личного Спасителя.

Нет ничего удивительно в их приходе, ибо Писание говорит, что должны появиться лжепророки (Мф. 24, 24), но возникает вопрос: “что мы можем противопоставить этому натиску ереси?” Ответ может быть только один. – Проповедь Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, Его Безначального Отца и Святого Духа. Ведь целью нашей не может быть победа над людьми, а освобождение их из-под власти нашего общего врага- диавола. Не случайно Церковь наша называется Восточной. – Ведь и тварный свет озаряет нашу Землю с востока, так не тем ли более нетварное сияние Утешителя должно прийти в страны Запада со стороны Эдема. На натиск полуночной тьмы гуманизма Христос призывает отвечать вестью о сиянии Воскресения, давно померкшем в печальных странах Запада. Их наступление – знак бессилия и вырождения. Отступническое христианство Европы и Америки с каждым годом теряет влияние в своих странах. (Недаром антипапа объявил, что Франция нуждается в новой евангелизации). Все сильнее приспосабливаясь к духу века сего (духу злому и нечистому) оно лишь ускоряет этот процесс, и желая сохранить свою паству оно устремляется к нам. Но не знает оно того, чего ему нужно. Ведь если замысел его удастся, время его гибели наступит еще быстрее, ибо потерян будет последний барьер, на который не зная этого опирались все устремления Рима и протестантизма.

Но как донести эту чудесную весть? С задачей это не справилась русская эмиграция, погрязшая в расколе и проложили пути к его лишь те, кто был верен страдающей Русской Церкви. Здесь нашли свое подтверждение слова Тертуллиана, что “кровь мучеников есть семя Церкви”. Итак, в Париже под руководством митр. Сергия (Страгородского) появилось братство свят. Фотия, целью которого стала проповедь Православия среди французов и возрождение Западного Православия. Душей его был один из величайших богословов 20 века В. Н. Лосский. И вскоре оно принесло свои первые плоды. - В 1936 году к Православной Церкви на правах западного обряда присоединилась отколовшаяся от латинства “Католическо-евангелическая церковь”, которая признала неискаженный Символ веры, постановления 7 Вселенских Соборов и Послание Восточных Патриархов от 1848 года. Согласно постановлению митр. Сергия Московского и Временного при нем Синода №75 от 16 июня 1936 года установлен следующий порядок присоединения к Православию западного обряда: конфирмированные члены общины присоединялись по третьему чиноприему, неконфирмированные – миропомазывались, то духовенство, которое имело незаконные хиротонии (от протестантов) перерукополагалось от православного епископа. Но что самое важное – в Богослужении общине разрешалось сохранить западный обряд, однако, исправленный в соответствии с восточной традицией (квасной хлеб, причащение под обоими видами и т.д.). Календарь должен содержать только тех святых, которые канонизированы до 1054 года. – Это постановление Синода Церкви мучеников до ныне является каноническим обоснованием существования Западного Православия. Спустя немного времени после этого в апостольское христианство вернулись десятки французских священников с приходами как в самой Франции, так и в Алжире. Другим примером массового перехода бывших латинян в Православие является Православная Кафолическая Церковь Мексики (быв. Старокатолическая церковь). Она была основана римо-католиками в 1926 году в знак протеста против испанского колониализма и целиком перешла в Православие в 1976 году. Сейчас это Экзархат Американской Православной Церкви. В 1990 году в Христову Церковь вошла Православная Церковь в Португалии. Путь ее также не был прямым. Сперва она была у карловчан, а затем у греков-старостильников, но сейчас она является автономной частью Польской Православной Церкви. Церковь эта имеет 5 епархий ( в том числе и в Бразилии), а также ряд приходов в Африке. Ее численность стремительно растет, ибо в нее стремятся войти многие латиняне, не могущие подменить Христа человеком–папой. По пути проложенному Русской Церковью пошли многие. В Америке существует целый ряд групп православных древнеримского, кельтского, галликанского обрядов, но к несчастью они в большинстве своем не имеют канонической связи с Вселенской Церковью. (Приятным исключением является Французская Православная Церковь, находящаяся под омофором Румынского Патриарха). Причиной этой трагедии является ненормальное каноническое положение Православной Церкви на Западе. Например в США существует около 40 православных юрисдикций, из которых только 15 являются законными. Но и последние позволяют себе иметь в одном городе нескольких епископов, что в корне противоречит апостольской практике устройства Церкви. Многих проблем можно было бы избежать, если бы православные беженцы послушались бы совета митр. Сергия Нижегородского, который еще в 1926 году советовал русским иммигрантам-епископам или, если они находятся на территории других поместных Церквей, то войти в их состав, а “в неправославных странах можно организовать самостоятельные общины или Церкви, членами которых могут быть и нерусские”. Это указание будущего Патриарха находиться вполне в русле Предания Церкви. История знает ряд случаев возрождения Церквей отпавших в ересь. – Это и создание Двинского Армянского Католикосата в VII веке, и возрождение Английской Церкви св. Августином Кентерберийским, и воссоздание Русской митрополии в 988 году (первоначально она была создана св. патр. Фотием в 867 г.), и возрождение Александрийской Церкви после полного монофизитского разгрома. Так что современная ситуация на западе является скорее результатом римобоязни, чем следованием примеру Церковной истории.

Но надо сказать и об возникающих Церквах. Последние не должны повисать в пустоте, а обязаны повинуясь Промыслу Божию восстанавливать исконное для Запада Православие. Иначе Православие так и останется для западного человека этнической верой, а ведь это понимание в корне противоречит самой сути существования Церкви, в Которой нет ни эллина, ни иудея (Гал. 4, 28), ни русского, ни американца, но все одно во Христе.

Проявляться это должно не только чрез восстановление древних Литургий, но и чрез почитание небесных покровителей Воскрешаемых Церквей, которые и составляли силою Духа Святого эти молитвословия. (Мы часто забываем, что Римская месса – это искаженная Литургия свят. Григория Двоеслова, чью Литургию Преждеосвященных Даров мы совершаем Великим Постом. Поэтому безосновательны возражения некоторых, утверждающих, что введение западного обряда разрушит литургическое единство Церкви. Ведь не разрушает его факт служения в Иерусалиме Литургии св. ап. Иакова, а в Александрии – св. ап. Марка! Мы конечно протестовали бы против служения Литургии Нестория или короля Эдуарда VI, но автором восстанавливаемого западного обряда являются не еретики, а истинные святые). К счастью наша Церковь и здесь поступает в согласии с Преданием. – В Сурожской епархии как местночтимые почитаются древние святые Англии и Ирландии. То же начинается и в Церквах Германии и Франции. Надеемся что подобная практика коснулась и других Церквей, образуемых в латинских странах (например, в Венгрии и Испании). Само молитвенное обращение к этим святым – покровителям заново обращаемых ко Христу народов имеет великую силу, ибо привлекает их к ответной молитве за своих сродников по плоти, и чрез это ниспосылает на возрождаемые Церкви неиссекаемые потоки Духа Животворящего, Который только Один способен привести заблудившихся еретиков ко Христу, а чрез Него и к Отцу.

Другой задачей, связанной с первой должно стать “воцерковление” наследия Западных Отцов. К несчастью в нашей церковно-исторической науке преобладает совершенно не православный взгляд на историю Великой Схизмы. Согласно нему Западные Церкви отличались от Восточных чуть ли не со II века (некоторые находили следы этого даже у свщмч. Климента Римского), на что последние почему-то не обращали никакого внимания. (Чаще всего это объясняется языковым барьероми отсутствием контактов, что совершенно не соответствует действительности. Вспомним например преп. Максима Исповедника или Афанасия Великого, чья жизнь была теснейшим образом связанна с Западными Церквями). Со временем эти, изначально существующие отличия только развивались, раскрывая то, что заложено было еще чуть ли не апостолами, что и привело в конце концов к “разделению Церкви”. Самым ярким примером развития подобных идей является проводимая в учебниках по сравнительному богословию генеалогия развития папизма, согласно которой первым папой ( в современном смысле этого слова) был св. Виктор (189-199), который отлучил асийские Церкви за то, что они неправило праздновали Пасху. В этом видят какое-то “властолюбие пап”. Но если это пресловутое “властолюбие” появилось так рано, то почему мы должны отрицать его апостольское происхождение (тем более, что в эту же схему тогда легко ляжет 1 послание к Коринфянам св. Климента Римского (88-97), рукоположенного самим ап. Петром). Многие церковные обычаи, которые, как мы верим, имеют апостольское происхождение, письменно фиксируются именно в это время (например, запрет на коленопреклонение в воскресение и в период Пятидесятницы). Почему примат Римского епископа, свидетельство существования которого хотят здесь найти, является исключением? Но сели посмотреть на это и подобные события с точки зрения Православного Предания, то все становиться на свои места. Конечно, папа Виктор и не помышлял об собственной вероучительной непогрешимости или примате власти. Он опирался на авторитет ряда соборов, как Палестинского, Галлиского, Понтийского, Осроенского, Коринфского. Да и сам он собрал собор итальянских епископов. Таким образом папа Виктор опирался на единодушный голос Соборов Вселенской Церкви и его действие было чуждо какому либо властолюбию или мнению о собственной непогрешимости, а было чистым выражением Священного Предания. Надо заметить, что позиция папы Виктора усвоена Православной Церковью, и сейчас любой, кто будет праздновать Пасху как Асийцы (14 Нисана) будет отлучен от Церкви как еретик – четыренадесятник.

В основе школьного представления о властолюбии пап лежит свойственное скорее протестантам, чем православным представление о Церкви как конфедерации полностью независимых в своей внутренней жизни Поместных Церквей, связанных только единством вероучения. Для носителей такого воззрения любое вмешательство во “внутренние дела” другой Церкви является проявлением властолюбия и заведомо незаконным. Любопытно, что именно таких взглядов придерживались отцы арианского собора в Антиохии, когда протестовали против вмешательства Православного Рима “во внутренние дела Востока”, незаконно сметившего свят. Афанасия Великого. Напротив, Вселенская Церковь всегда придерживалась иного учения. Она всегда помнила слова апостола Павла: “страдает ли один член, страдают с ним все члены” (1 Кор. 12, 26), и поэтому в Ней нет проблем свойственных только одной какой-то Церкви. Если где-то нарушается Предание и возникает возможность раскола или ереси, то любая Церковь, а особенно имеющая первенство чести должна вмешаться и предотвратить эту беду. Именно в этом смысле надо понимать большинство случаев притязания Рима 1 тысячелетия (исключением является проповедь ереси монофелитства папой Гонорием и конфликт с свят. Фотием пап Николая и Адриана). Благодаря этому вмешательству римского епископа Церковь победила арианство и несторианство, монофизитство, монофелитство и иконоборчество. И за это они получили вечную славу не у людей, а самого Господа!

В связи с этим возникает вопрос о главной причине отпадения Запада. – О лжеучении, утверждающем будто Дух Святой имеет Своим ипостастным Источником не только Отца, но и Сына. Современные богословы учат о том, что главным виновником возникновения этой страшной ереси является блаж. Августин, которого Христас Янарас называет даже “величайшим ересиархом” в истории Церкви. Действительно, в творениях этого Отца Церкви содержиться слова как подтверждающие эту доктрину (особенно это видно в книге De Trinitate). Подобные высказывания можно встретить и у других западных Отцов IV-VIII веков. Но что удивительно. Не один Восточный Отец этого времени не обличает этого лжеучения! Император Феодосий (чьи советники вероятно знали латынь) приглашает блаж. Августина на III Вселенский Собор, как непоколебимый столп Православия, а Отцы V Вселенского Собора даже включают его (вместе с другими Отцами, учившими по букве об том, Дух исходит от Отца и Сына) в список образцовах Отцов, чьей вере мы должны подражать. Неужели Отцы этого Собора совершенно не знали об богословии рекомендуемых ими в качестве образцовых писателей? В это просто трудно поверить! Проблематичность школьной постановки вопроса усиливается тогда, когда мы увидим, что один из глубочайших Восточных богословов – преп. Максим Исповедник оправдывает это учение против еретиков – монофелитов. В своем послании к еп. Марину он пишет, что западные богословы, уча о том, что Дух исходит от Отца и Сына, вовсе не имеют ввиду Его Ипостастного Происхождения от Обоих, а говорят об том, что Он исходит от Отца через Сына. Иными словами о том, что нетварные энергии исходят от общей Всем Трем Ипостасям Сущности, причем это вечное воссияние света Духа начинается от Отца и чрез Сына подается Духом. Важно заметить, что Излияние энергий также существует безотносительно к творению мира и тем не менее принципиально отличается от внутренних отношений Ипостасей Божественной Троицы. Преп. Максим вряд ли может быть обличен в незнании западного богословия, ибо он провел много лет как в Карфагенской Церкви (где должно было максимально ощущаться влияние богословия блаж. Августина), так и в Церкви Римской, где поддерживал св. папу Мартина, также учившего об исхождении Утешителя от Отца и Сына. Именно исходя из такого понимания Filioque нужно, по мнению В.Н. Лосского, понимать и решения Толедских Соборов, и богословие блаж. Августина. Подтверждением этой версии можно считать факт признания учение о божественных энергиях Томосом папы Льва и свят. Григорием Двоесловом.

Переломным моментом в появлении современного латинства должно считать деятельность теологов времен Каролинговского возрождения. Они поддержали иконоборчество, выдвинули идею создания альтернативной империи, а для этого необходимо обвинить в ереси империю существующую. Не удивительно, что православное учение об вечном воссиянии Духа от Отца через Сына было извращено невежественными германскими богословами. Надо заметить, что даже в своем конфликте с Фотием папа Николай был вынужден аппелировать не к епископам Италии, хранившим Православие, а к германцам и франкам! Оттуда же родом и современное учение о власти папы, выдвинутые видимо деятелями Клюнивьетского ордена. Важно заметить, что в XI веке все папы стремившиеся к власти над Церковью и исповедовавшии еретический филиоквизм (из последнее является источником первого) были немцами – бенедиктинцами из Клюни (или аббатств входящих в этот орден), а итальянцы вытупали за союз с Церковью и отвергали прибавление к Символу. Последние потерпели поражение в этой первой западной революции, и враг захватил Рим. Военным крылом этого мятежа против Богочеловека были норманны, разгромившие Православие в Англии, Каламбрии в других странах Запада (а позднее и Востока – Крестовые походы). Римская Церковь претерпела такие реформы, что ее не узнали бы папы предыдущих веков. И вот в 1054 году трон апостола Петра опустел, с тем чтобы впоть до нынешних времен оставаться вакантным! И здесь мы подходим к главному вопросу. – Почему процесс возвращения Православия на Запад минует сердце религиозной жизни европейской цивилизации – Рим? Ведь вся она заквашена Римом. Даже сам протестантизм – это не более чем отвержение того, о чем говорит папа. По верному слову А. Хомякова, если Рим говорит “А”, то протестанты отвечают “–А”, и за рамки этого никто из них не выходит.

Тем более важно свидетельствовать истинное Евангелие не где то в углу, а в самом центре европейской религии. Святые апостолы поступали именно так. – Они не шли с проповедью в захолустные деревеньки, где у них не было серьезных противников, а выступали на сражение в крупных городах, где силой Утешителя победили все ухищрения врага. И уже оттуда свет Евангелия распространялся во все городки и деревни, окружавшие покоренный ими город. Настала пора апостольской Церкви внести в самое сердце сумрачного мира Запада нетварный свет Троицы, дав тем сам людям, сидящим во тьме и сени смертной возможность увидеть нечто не бывшее прежде под солнцем – Бога, ставшего плотью. Еше в начале этого века свящмч. Илларион (Троицкий) мечтал о том, чтобы в центре Рима был создан монастырь, подобный Лавре, задачей насельников которого было бы проповедь Православия латинянам и протестантам. Сейчас мы не можем мечтать об том благолепии, которое представлял себе свят. Илларион, но сама идея эта сейчас вполне осуществима. Нужно только желание!

Но, конечно, самым сильным ударом для врага было бы замещение вакантной ныне Римской кафедры православным епископом. Об этом молят Господа святые апостолы Петр и Павел, и все бесчисленные святые, украшавшие собою эту прекраснейшую Церковь. Нам могут сказать, что это мечты, но для Бога все возможно. И если христиане все же решат исполнить Его заповедь (Мф. 28, 19), то Сам Вседержитель раскидает все препятствия с иих пути.

Рассмотрим, какие аргументы могут привести противники замещения вакантной Римской кафедры. Первый из них вполне не серьезен. – Он заключается в том, что римо-католическая церковь вовсе не является еретической организацией, а нашей Церковью – сестрой (выражение дивное, ибо само это понятие указывает на ее раскольничьий характер, ибо в Библии можно найти подобное учение только в притче Иезекииля о двух сестрах, символизирующих Иерусалим и Самарию. Последняя была, согласно Писанию, сестрой - раскольницей, ибо ввела культ тельцов (см. Иез.23)), и поэтому мы не можем рукополагать второго епископа для уже занятой кафедры, ибо это противоречит канонам. Учение это не может быть принято потому, что оно базируется на еретической экклесиологии (теории ветвей). Слово Божие говорит, что Церковь одна и единство Ее существует за счет единства Евхаристии (1 Кор. 10, 17), условием которого может быть только единство веры (Еф. 4, 4-6). Как же может быть для нас сестрой та Церковь, чью Литургию мы справедливо не признаем (вспомним пример запрещение архим. Зинона), чей Символ веры искажен (а ведь слово “символ” означает знак ( к примеру сломанную палочку или кольцо), по которому узнают друг друга люди бывшие в долгой разлуке. Если, например, две палочки не сложаться в одну, то опознания не произойдет. Так и Христос не узнает в тех, кто исказил Символ веры, Своих!)? О каких канонах может идти речь, если даже канонический кодекс современного Рима принципиально отличается от нашего? Так что сама подобная постановка вопроса может считаться только недоразумением.

Другой аргумент против восстановления православной Римской Церкви более законен. Согласно ему нам Римской Церковью еще не было произнесено Церковного суда, ее глава ее не вызван для оправдания или осуждения на Вселенский Собор, а мы отделили ее от себя в соответствии с 15 правилом Двукратного Собора в качестве предсудебной меры (а это действительно так, по крайней мере так пишет Вальсамон и Властарь). Однако и этот аргумент не дает нам права медлить с возрождением Римской кафедры. Во-первых, нет никаких принаков, что Вселенский Собор в ближайшее время соберется, если его не могли собрать уже в течении 950 лет со времени отпадения Рима. А Церковная история учит нас, что мы не долны медлить с возрождением тех Церквей, которые отпали от Бога. К примеру раскол донатистов был осужден спустя почти век со времени своего появления, но это не мешало Православным заместить все вакантные из-за раскола кафедры, не взирая на тот факт, что сами раскольники еще не были соборно осуждены, ибо речь идет не межцерковной дипломатии, а о вечном спасении людей. Более того, если Собор все же будет собран, то делу примирения не могут помешать сосуществующие в одном городе епископы, ибо у нас есть каноны регламентирующие порядок воссоединения отпавших с Церковью (см. правила карфагенского собора о донатистских епископах). Так что факт рукоположения римского епископа скорее будет способствовать, чем препятствовать переговорам с Ватиканским антипапой.

Кто же реально может осуществить это величайшее дело возрождения этой апостольской Церкви? У нас нет канонов регламентирующих это. Идеальным было бы возрождение Церкви на Вселенском Соборе, но это, к сожелению трудноосуществимо. В принципе возродить Церковь имеет преимущественное право Церковь – Мать, но так как Римская Церковь апостольского происходения, то эта возможность отпадает (если, конечно, об этом не позаботиться Мать всех Церквей – Церковь Иерусалимская). Часто отпавшие или разгромленные Церкви возрождала Церковь Константинопольская (например, ей восстановленна Церковь Александрийская и Албанская), но этого права не лишена ни одна другая законная поместная Церковь (вспомним как Антиохийская и Александрийские Церкви восстановили иерархию на Кипре). Нам кажеться, что особую роль в этом могла бы сыграть наша Русская Церковь. Ведь, по словам свят. Феофана Затворника, Промысл Божий поставил Ее на место отпавшей Римской церкви, тем более ей было бы прилично возродить ту ветвь, на место которой Она привилась.

Нудно заметить, что при восстановлении Римской церкви необходимо восстанавливать Ее именно как ту самую Древную Церковь Запада со всеми правами предоставленными Ей Вселескими Соборами, а не делать какого-нибудь римского викария с титулом “Апрелевский”. Только в этом случае Она смогла бы стать центром притяжения всех здоровых сил среди западных христиан.

А такой центр сейчас особенно нужен. Сейчас пришло то время, когда уже нет никаких внешних препятствий к этому великому делу. Реформы Второго Ватиканского Собора подорвали католичество изнутри и в него все больше вливается яд гуманизма, от которого бегут все те, кто желает быть верным Христу. Литургическая реформа привела с одной стороны к отказу от трехязычной ереси (и это поможет делу миссии), а с другой открыла простор для фантазии литургистов, от которого человек хочет убежать к постоянству Православной Литургии (восточной или западной – это не важно). Антипапы капитулировали перед эволюционизмом и синкретизмом, и поэтому нам просто грех не подать руку тем, кто пытается бежать от проникшего в латинство язычества. И если в Риме будет законный папа, то он может обратиться с посланием к каждому католическому епископу и священнику (то, что это стало возможно сейчас – это тоже милость Божия) с призывом вернуться ко Христу, тем самым дав всем традиционалистам возможность найти того, кто сохраняя все то дорое, что накопила Римская Церковь за первое тысячелетие своей истории, привьется к живому стволу Церкви Восточной. А чрез это можно помочь и нашей Церкви, на которою усиливается натиск еретиков, ибо у них будет выбит внутренний стимул к пропаганде латинства.

Рукоположение римского епископа могло бы сыграть еще огромную положительную роль в внутрецерковной жизни, ибо оно лишило бы всяких оснований папистические тенденции Фанара и этим предотвратило бы появление многих вызванных ими нестроений.

Но многие могут спросить. Все это хорошо, но что же могу сделатья, простой православный христианин, не имеющий апостольской власти для решения этой задачи? Только повздыхать и успокоиться? Ответ можетом может быть только “нет”. Во-первых, нам нужно усилить наше почитание святых Запада (а в нашем календаре одних Римскоих святых больше сотни), молиться им и о себе и о возвращении ко Гопсоду наших заблудившихся братьев. Во-вторых, при поездке зарубеж или в те места, где обитает много латинян и протестантов помнить слова Святешего Патрираха, что в наше время все мы призваны к миссионерству. Так пусть же время отпуска на западных курортах, будет также отдыхом и для наших душ, пусть не только тела наши будут лишать болезней, но и души сбрасывать тяжесть греха чрез несения благовестия. Ведь по словам апостола Иакова “если кто из вас уклониться от истины, и обратит кто его пусть тот знает, что обративший грешника от ложного пути его спасет душу от смерти и покроет множество грехов” (Иак. 5, 19-20). Будем же подражать святым проповедникам Евангелия, которых Бог избрал не только из числа клириков, нои из мирян (например , Трифон, просвятитель лопарей или равноапостольная Нина, просвятительница Грузии), чтобы нам наследовать их славу.

И утешением нам на этом пути путь будут исполненные глубокого смысла слова Спасителя, прозвучавшие на священной Вечери, из таинственной весенней ночи (а она так похожа на наступающее на нас время тьмы): “ Симон! Симон! Вот сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу, но Я молился о тебе, чтобы не оскудела вера твоя; и ты, некогда обратившись, утверди братьев твоих” (Лк. 22, 31-32) – Не скрывают ли они, как думал свят. Николай Японский, предсказания о том, что гордый Рим некогда восстав из бездн падения своим примером укрепит и братьев своих, стенающих в долней ночи и ждущих избавления от Того, Кто держит семь звезд в руке Своей и ходит посреди семи золотых светильников (Апок. 2, 1).

 

Чтобы оставлять комментарии на сайте - пройдите регистрацию и авторизуйтесь.