Печать PDF
Толкование на Псалтирь (131-139)

Беседа на псалом 131

1 Пeснь степеней. Помяни, Господи, давида и всю кротость его:
2 яко клятся Господеви, обeщася Богу иаковлю:
3 аще вниду в селение дому моего, или взыду на одр постели моея:
4 аще дам сон очима моима, и вeждома моима дремание, и покой скраниама моима:
5 дондеже обрящу мeсто Господеви, селение Богу иаковлю.
6 Се, слышахом я во евфрафe, обрeтохом я в полях дубравы:
7 внидем в селения его, поклонимся на мeсто, идeже стоястe нозe его.
8 Воскресни, Господи, в покой твой, ты и кивот святыни твоея.
9 Священницы твои облекутся правдою, и прпдбнии твои возрадуются.
10 Давида ради раба твоего, не отврати лице помазаннаго твоего.
11 Клятся Господь давиду истиною, и не отвержется ея: от плода чрева твоего посажду на престолe твоем.
12 Аще сохранят сынове твои завeт мой и свидeния моя сия, имже научу я, и сынове их до вeка сядут на престолe твоем.
13 Яко избра Господь сиона, изволи и в жилище себe.
14 Сей покой мой во вeк вeка, здe вселюся, яко изволих и.
15 Ловитву его благсвляяй благсвлю, нищыя его насыщу хлeбы:
16 священники его облеку во спасeние, и прпдбнии его радостию возрадуются.
17 Тамо возращу рог давидови, уготовах свeтилник помазанному моему.
18 Враги его облеку студом, на нем же процвeтет святыня моя.
 
1 Песнь степеней. Помяни, Господи, Давида и всю кротость его:
2 Как он клялся Господу, обещался Богу Иакова: "
3 Не войду в жилище - дом мой, не войду на одр мой,
4 Не дам сна глазам моим и дремания векам моим и покоя вискам моим,
5 Пока не найду места Господу, жилища Богу Иакова".
6 Вот мы слышали, что оно в Евфрафе, нашли его в полях дубравы.
7 Войдем в селения Его, поклонимся месту, где стояли ноги Его.
8 Встань, Господи, на место покоя Твоего, Ты и Кивот Святыни Твоей.
9 Священники Твои облекутся правдою, и преподобные Твои возрадуются.
10 Ради Давида, раба Твоего, не отвергни лица помазанника Твоего.
11 Клялся Господь Давиду истиною и не отречется от нее: "от плода чрева твоего посажу на престоле твоем.
12 Если сохранят сыны твои завет Мой и сии откровения Мои, которым Я научу их, (то) и сыны их до века будут сидеть на престоле твоем".
13 Ибо избрал Господь Сион и возжелал его в жилище Себе: "
14 Это - покой Мой в век века, здесь поселюсь, ибо Я возлюбил его.
15 Пищу его благословляя благословлю, нищих его насыщу хлебом,
16 Священников его облеку во спасение, и преподобные его радостью возрадуются.
17 Там возращу рог Давиду. Приготовил Я светильник помазанному Моему.
18 Врагов его покрою стыдом, а на нем процветет святыня Моя".

Кротость Моисея и разъяснение того в чем проявляется истинная кротость и в чем – жестокость. Воспоминая о кротости Давида, почему псалмопевец говорит об его обете построить храм Господу? – "Вот мы слышали, что оно в Евфрафе... Войдем в селения Его...". Молитва об успокоении Ковчега Завета и народа и о благолепии храма ради добродетелей Да­вида и бывших ему божественных обетований, кото­рые даны были однако с условием. – При исполнении этого условия иудеи будут наслаждаться духовными и материальными благами. – "На нем процветет святыня Моя...".

В других местах испрашивается спасение только ради памяти предков, а здесь говорится и о добродетелях, о том, что служит источником всех благ, – о скромности, смиренномудрии, кротости, которою особенно отличался и Моисей. Он был, говорит Писание, "человек кротчайший из всех людей на земле" (Чис.12:3). Но некоторые из ерети­ков, осуждая его поведение и сказанные слова, говорят: что гово­ришь ты? Ужели был самым кротким тот, кто напал на египтя­нина и убил его, кто пролил столько крови иудеев и произвел между ними столько войн, кто позволил родственникам убивать родственников, кто молитвою разверз землю, низвел огонь свыше и одних потопил, других сжег? Если такой человек был кроток, то кто же гневлив и жесток? Перестань, не говори пустого. Я утверждаю и не перестану утверждать, что он был кроток и даже самый кроткий из всех людей, и, если хо­тите, то не другим чем-нибудь, а тем самым, что сказано против него, постараюсь доказать его кротость. При этом можно было бы сказать о том, что говорил он пред Богом о своей сестре, о молитве, какую вознес за народ, о всех этих апостольских и достойных неба изречениях, о снисхо­дительности, с какою он беседовал с народом. Можно было бы и об этом сказать и перечислить многое другое; но, если хотите, оставив это, мы из самых тех слов, которые выше сказаны врагами, докажем, что он был самый кроткий человек, – из того самого, на основании чего некоторые назы­вают его тяжелым, жестоким и гневливым. Каким же образом мы докажем это? Если наперед различим и опреде­лим, что такое кротость и что жестокость. Поражать еще не значит быть суровым, и щадить не значит быть кротким; кроток тот, кто и может переносить нанесенные ему самому оскорбления, и защищает несправедливо обижаемых и сильно восстает против обижающих; напротив, кто же таков, тот беспечен, сонлив, нисколько не лучше мертвого, а не кроток, не скромен. Не обращать внимания на обижаемых, не соболез­новать несправедливо страждущим, не гневаться на обижаю­щих, - это не добродетель, а порок, не кротость, а беспеч­ность. Таким образом, то и доказывает кротость его, что он был так горяч, что тотчас устремлялся, когда видел других обижаемыми, не могши удержать негодования в защиту справед­ливости; а когда сам терпел зло, то не мстил, не нападал, но всегда оставался любомудрым. Если бы он был жесток и гневлив, то, воспламеняясь и разгорячаясь так за других, он не оставался бы спокойным за себя самого, но тогда гораздо более предавался бы гневу. Вы знаете, что нам гораздо тягост­нее касающееся нас самих, нежели других. А он, когда другие терпели зло, отражал обиду не менее самих стражду­щих; оскорбления же, наносимые ему самому, переносил с великим терпением, будучи высок в том и другом случае, выражая в первом свою ненависть ко злу, а во втором – свое долготерпение. И что, скажи мне, ему следовало делать? Пре­небречь наносимую обиду и зло, причиняемое народу? Но это свойственно было бы не вождю народа, не великодушному и незлобивому, а недеятельному и беспечному. Ты не осуждаешь врача, который посредством отсечения останавливает гниение, проникающее во все тело: почему же называешь жесточайшим человеком того, кто решился сильным ударом прекратить болезнь, гораздо опаснейшую гниения, распространявшуюся по всему народу? Это свойственно неразумному судье. Начальнику такого множества людей, вождю народа столь жестокого, грубого и необузданного, следовало в самом начале остановить и пред дверью удержать зло, чтобы оно не простиралось далее. Но, скажешь, он сделал, что земля поглотила Дафана и Авирона? Что говоришь ты? Ужели нужно было оставить без внимания попрание священства, нарушение законов Божиих, разрушение того, чем держится все, т.е. священного сана, сделать недоступ­ное доступным для всех, и чрез слабость к этим людям дозволить всем желающим попирать священную ограду и ниспровергнуть все? Но было бы делом вовсе не кротости, а бесчеловечия и жестокости, оставить без внимания распростра­нение такого зла и, пощадив двести человек, погубить столько тысяч. Также, скажи мне, когда он повелел убивать родичей, что надлежало ему делать, если Бог гневался, нечестие возрастало, и никого, не было, кто мог бы избавить их от гнева? Допустить ли, чтобы удар небесный нисшел на все колена и предал совершенной погибели весь род, оставив без внимания вместе с наказанием и грех, который делался неизлечимым, – или наказанием и убиением немногих людей уничтожить грех, удержать гнев и преклонить Бога на милость к преступникам? Если таким образом будешь исследовать дела праведника, то отсюда особенно и увидишь, что он был весьма кроток.

2. Впрочем, предоставив любознательным делать заклю­чения из вышесказанного, чтобы нам предмета постороннего не сделать больше ближайшего, возвратимся к предложенному. Что же было предложено? "Помяни, Господи, Давида и всю кротость его: как он клялся Господу, обещался Богу Иакова" (ст. 1, 2). Предпо­ложив говорить о кротости Давида, и оставив дела его в от­ношении к Саулу, к братьям, к Ионафану, долготерпение в отношении к воину, который осыпал его бесчисленными пори­цаниями, и другие многочисленнейшие, псалмопевец обращает речь к главному делу, которое показывало особенно великую ревность. Почему же он поступает так? По двум причи­нам; во-первых, потому, что это преимущественно благоугодно Богу: "на кого Я призрю", говорит Он, "на смиренного и сокрушенного духом и на трепещущего пред словом Моим" (Ис.66:2); во-вторых, по­тому, что тогда особенно нужным делом было возобновление храма, построение города, восстановление древнего общественного устройства; потому он особенно к этому и обращает речь; то, как известное и признанное всеми, оставляет, – всем из­вестна была кротость Давида, – а это, особенно нужное для его цели, выставляет на вид. Действительно, что тогда желали видеть иудеи? Возобновление храма и восстановление древнего богослужения. А так как этим делом особенно славился Давид, то, как бы в награду за его усердие, псалмопевец просить Бога о построении храма и говорит: "Помяни, Господи, Давида и всю кротость его: как он клялся Господу, обещался Богу Иакова: "Не войду в жилище – дом мой, не войду на одр мой, не дам сна глазам моим и дремания векам моим и покоя вискам моим, пока не найду места Господу, жилища Богу Иакова" (ст.1-5). Но как это относится к тебе? Так как я, говорит, потомок его, и так как ты, приняв его усердие, обещал восставить его род и царство, то ныне мы и просим исполнить эти обещания. Давид не сказал: пока не построю, – потому что это не было дозволено ему, – но: "пока не найду места Господу, жилища Богу Иакова". Не упоминая о том, кто по­строил, псалмопевец указывает на того, кто дал обет, чтобы ты знал, сколь великое благо – дух правый, и как Бог всегда назначает награду за намерение. Поэтому об нем осо­бенно и упоминается, так как он был строителем более, нежели сын его, потому что он дал обет, а этот получил повеление. И посмотри на его усердие: не только, говорит, не вступлю в дом и не взойду на одр, но и тем, что состав­ляет естественную потребность, не буду наслаждаться спокойно, пока не найду места и селения Богу Иакова. В противополож­ных этому чувствах Бог укорял иудеев, когда говорил: вы живете "в домах ваших украшенных, тогда как дом сей в запустении" (Агг.1:4). "Пока не найду места Господу, жилища Богу Иакова". По­смотри опять и здесь на усердие и заботливость души его. Царь говорит: "пока не найду места Господу, жилища Богу Иакова", тогда как сам владел всем. Он хотел построить не про­сто, но на месте самом удобном и самом приличном для храма, и должен был искать этого места: так он был не­усыпно заботлив! "Вот мы слышали, что оно в Евфрафе, нашли его в полях дубравы" (ст. 6). Теперь повествует о том, что было давно, выражая, что и прежде ковчег много времени странство­вал, переходя с места на место; поэтому и говорит: "вот мы слышали, что оно в Евфрафе", т.е. об этом рассказывали нам отцы наши; мы знаем по слуху, что и тогда, странствуя везде по по­лям и пустыням, он потом был поставлен на месте; тоже пусть будет и теперь. Слово: "в Евфрафе" означает здесь ко­лено Иудино, в котором ковчег поставлен был после долгого странствования. "Войдем в селения Его, поклонимся месту, где стояли ноги Его" (ст. 7). Видишь, какое чувственное он употребляет выражение по причине великой бесчувственности слушателей, упоминая о селениях Божиих, о ногах и месте, где стояли ноги Его. Все это он говорил о месте ковчега, так как оттуда исходили страшные глаголы, разрешавшие не­доумения касательно дел иудейских и предсказывавшие буду­щее. "Встань, Господи, на место покоя Твоего, Ты и Кивот Святыни Твоей" (ст. 8). Другой переводчик (неизвестный, см. Ориг. Экз.) говорит: силы твоей (ισχύος). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): дер­жавы твоей (κράτους). И то и другое справедливо, потому что оттуда была подаваема святость, и хранившиеся там письмена достав­ляли и святость и силу.

3. Хорошо так сказал он. Действительно, чрез ковчег Бог явил силу не раз, не два, а многократно, как например, когда он взять был азотянами, когда ниспроверг идо-лов, когда поразил прикоснувшихся к нему, когда остановил язву, по возвращении своем, и другими делами, совершенными там, Бог являл силу Свою. Что же значит: "встань, Господи, на место покоя Твоего"? Утверди на месте, говорит, нас странствующих и ковчег носимый, и хотя когда-нибудь, наконец, успокой его. "Священники Твои облекутся правдою, и преподобные Твои возрадуются" (ст. 9). Другой (неизвестный, см. Ориг. Экз.): да облекутся (αμφιεσθήτωαν). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): да оденутся (ενδυσάσθωσαν). Это гораздо яснее, потому что он молится, а не пророчествует, и просит о приобретении добродетели. "Правдою" здесь он называет священные обряды, священство, богослужение. жертвы, приношения, а вместе с тем и беспо­рочный образ жизни, которого особенно надобно требовать от священников. "И преподобные Твои возрадуются", т.е. когда это сбудется. Смотри: он не просит ни построения города, ни обилия жизненных припасов, ни другого какого-нибудь благопо­лучия, но благолепия храма, успокоения ковчега, совершенства священников, священных обрядов, богослужения, священства. Далее, так как просившие этого сами были виновны во мно­гих грехах, он опять прибегает к предку и говорит: "ради Давида, раба Твоего, не отвергни лица помазанника Твоего" (ст. 10). Что значит: "ради Давида, раба Твоего"? Не только за добродетель его, говорит, и не за то, что он показал такое усердие к созданию храма, но и потому, что ты дал ему такое обещание. "Ради Давида, раба Твоего, не отвергни лица помазанника Твоего". Кого? Того, кто тогда был помазан, управлял и стоял во главе народа. "Клялся Господь Давиду истиною и не отречется от нее: "от плода чрева твоего посажу на престоле твоем" (ст. 11). Упомянув о Давиде, о добродетели этого мужа, усердии его ко храму, изложив древние события и высказав просьбу о восстановлении прежнего их общественного устройства, он теперь предлагает самое главное, именно говорит о Божиих обетова­ниях. Каких? "От плода чрева твоего посажу на престоле твоем". Но эти обетования даны были не просто, а с некоторым усло­вием. Какое же это условие? Послушай: "если", продолжает он, "сохранят сыны твои завет Мой и сии откровения Мои, которым Я научу их, (то) и сыны их до века будут сидеть на престоле твоем" (ст. 12). Заключив такие условия, Бог вручил им рукописание, а они отве­чали: "всё, что сказал Господь, сделаем и будем послушны" (Исх. 24:7). Потом, видя, что одна сторона нарушила условия, он обращает речь к месту, отвсюду заимствуя слова утешения: "ибо", говорит, "избрал Господь Сион и возжелал его в жилище Себе: это – покой Мой в век века, здесь поселюсь, ибо Я возлюбил его" (ст. 13, 14). Т.е. не человек избрал это место, а Бог назначил его, снисходя к их слабости. Смысл слов его следующий: месту, которое Ты взял, которое избрал, которое назначил, которое признал удобным для Себя, не попусти разрушаться и погиб­нуть, потому что Ты сказал: "здесь поселюсь". Но Он сказал это с условиями. Какими? "Пищу его благословляя благословлю, нищих его насыщу хлебом" (ст. 15). "Насыщу хлебом" он называет обилие жизненных припасов, плодородие, и молится, чтобы все текло к ним как бы из источников. Действительно, такой образ жизни вели в древности иудеи, не чувствуя естественных нужд, когда только Бог благово­лил к ним; не было у них ни недостатка в хлебе, ни го­лода, ни язвы, ни преждевременной смерти, ни другого чего-ни­будь подобного, что обыкновенно случается с людьми, но все текло к ним как бы из источников, потому что рука Божия исправляла немощь дел человеческих. Таким образом он говорит здесь; Ты обещал благословить его ловитву, т.е., подать изобилие в вещах необходимых при великой безопас­ности. "Пищу его благословляя благословлю, нищих его насыщу хлебом, священников его облеку во спасение, и преподобные его радостью возрадуются. Там возращу рог Давиду. Приготовил Я светильник помазанному Моему. Врагов его покрою стыдом, а на нем процветет святыня Моя" (ст. 15-18). Смотри, какое благополучие во всех отношениях: они не будут иметь недостатка ни в чем необходимом, священники – в безопас­ности, народ – в радости, царь – в силе. "Светильником" он называет здесь или царя, или покровительство, или спасение, или свет, а вместе с тем величайший вид благополучия. Какой? Тот, что враги скроются и не будет никого, кто мог бы повредить этим благам. Не сказал просто: погибелью, но: "стыдом", желая, чтобы они скрылись живые, удалились, и своими страданиями свидетельствовали о силе и благоденствии этого народа. "На нем процветет святыня Моя". Что значит: "на нем"? На народе. Вместо: "святыня", другой переводчик (неизвестный, см. Ориг. Экз.) говорит: рог (κέρας). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): определение его (αφόρισμα αυτου̃). Четвертый (неизвестный, см. Ориг. Экз.): определенное ему (αφωρισμένον). Что же означают эти слова? Мне кажется, что здесь говорится о бла­гополучии, безопасности, силе, царстве.

То, что Я определил ему в начале, говорит, будет про­цветать, умножаясь, не увядая и не уменьшаясь; но все это будет в таком случае, если сохранится выше сказанное условие. Какое? "Если сохранят сыны твои завет Мой". Одни обето­вания Божии не доставляют нам благ, если и мы не будем исполнять следуемое с нашей стороны, и имея их в виду, не должно малодушествовать и предаваться беспечности. Мно­гих и из тех благ, которые Бог обещал, Он не подает, если получившие обещания оказываются недостойными; равно как и наказаний, которыми угрожал, он не приводит в ис­полнение, когда те, которые прогневали Его, впоследствии исправ­ляются и отклоняют гнев Его. Итак, зная это, не будем ни предаваться беспечности по причине обетований, чтобы нам не упасть, ни отчаиваться по причине угроз, но исправляться. Таким образом мы можем достигнуть будущих благ, благо­датию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Кото­рому слава и держава во веки веков. Аминь.
 
 
Беседа на псалом 132

1 Пeснь степеней. Се, что добро, или что красно, но еже жити братии вкупe?

2 Яко миро на главe, сходящее на браду, браду аароню, сходящее на ометы одежды его:

3 яко роса аермонская сходящая на горы сионския: яко тамо заповeда Господь благословение и живот до вeка.

1 Песнь степеней. Вот, что хорошо и что приятно, - это - жить братьям вместе!

2 (Это) то же, что миро на голове, стекающее на бороду, на бороду Аарона, стекающее на края одежды его,

3 Что роса Ермонская, сходящая на горы Сионские. Ибо там заповедал Господь благословение и жизнь до века.

Высокое достоинство любви, как со­единяющей вместе с приятностью и пользу, и сравне­ние ее с священным миром, возливавшимся на голову первосвященника, и о росою. – "Ибо там заповедал Господь благословение". – Где "там"? Любовь – царица добро­детелей.

Другой (неизвестный, см. Ориг. Экз.): что хорошо, что добро (αγαθὸν και)

1. Многие предметы хороши, но не имеют приятности; дру­гие доставляют удовольствие, но не хороши; то и другое соеди­ниться может весьма не легко. Но в том, о чем говорит пророк, соединилось то и другое, и приятность и доброта. Такова преимущественно – любовь; вместе с пользою она заключает в себе и удобство и приятность. Ее здесь он и прославляет. Он говорит не просто о жительстве и не о пребывании в одном доме, но о жизни "вместе", т.е. с согласием и любовью, – потому что отсюда происходит единодушие. Сказав, что это "что хорошо и что приятно", он потом объясняет свои слова примерами и приводит вещественные сравнения, которые могут представить слушателю предмет в яснейшем виде. Какие же сравнения? Посмотри: "(это) то же, что миро на голове, стекающее на бороду, на бороду Аарона, стекающее на края одежды его" (ст. 2). Аарон, будучи первосвя­щенником, помазывался миром, которое источалось со всех сторон, и от этого помазания он был весьма вожделенен, приятен и любезен для взиравших на него. Как он, – гово­рит пророк, – будучи помазан миром, блистал видом, был светел лицом, исполнен великого благоухания, и доставлял приятность взиравшим на него очам, так прекрасно и это; и как то зрелище не только было хорошо, но и приятно для зрения, так и это доставляет душе удовольствие. "Что роса Ермонская, сходящая на горы Сионские. Ибо там заповедал Господь благословение и жизнь до века" (ст. 3). Приводит и другое сравнение, которое заключает в себе великую приятность и до­ставляет зрителю удовольствие. Не напрасно сказал он это. Так как до плена десять колен израильских и два колена жили отдельно, отчего происходили многие беззакония, возмуще­ния, распри и войны между ними, то он убеждает, чтобы этого не было, и советует, чтобы народ более не разделялся, но жил вместе, соединенно, под управлением одного начальника и царя, чтобы любовь проходила от начала до конца, как роса нисходит на все. Он сравнивает любовь с миром и росою, желая показать посредством первого ее благовоние, а посредством второй – успокоение и приятность вида. "Ибо там заповедал Господь благословение и жизнь до века". Где "там"? В такой жизни, в таком со­гласии, в таком единодушии, в таком сожительстве. Действительно, это – благословение, а противное тому – проклятие. Вот почему некто, прославляя это, говорит: "единомыслие между братьями и любовь между ближними, и жена и муж, согласно живущие между собою" (Сир.25:2). Другой, прикровенно выражал силу единения, гово­рит: "если лежат двое, то тепло им, и нитка, втрое скрученная, нескоро порвется" (Еккл.4:11,12); показываете здесь и удо­вольствие и силу, внушая, что и во время покоя будете великое удовольствие, и во время деятельности великая сила. И еще: "озлобившийся брат неприступнее крепкого города" (Прит.18:20). И Христос говорит: "где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них" (Мф.18:20). И сама природа требует этого. Потому и в начале Бог, создав человека, сказал: "не хорошо быть человеку одному" (Быт.2:18), и, сотворив живое су­щество, т.е. жену, необходимостью общения соединил ее с му­жем, желая бесчисленными способами сблизить нас между собою. "И жизнь до века". Хорошо пророк прибавил это; где любовь, там великая безопасность, великое благоволение Божие. Она – мать всех благ, она – корень и источник их, она – прекращение войн, истребление распрей. Выражая это, он и присовокупил: "и жизнь до века". Действительно, как несогласие и раздор причиняют смерть и смерть преждевременную, так любовь и согласие производят мир и единодушие, а где мир и единодушие, там все в жизни безопасно и вполне надежно. Но для чего говорить о настоящем? Любовь доставляет нам небо и неизреченные блага; она – царица добродетелей. Зная это, будем ревностно питать ее в себе, чтобы нам получить и на­стоящие блага и будущие, которых да сподобимся все мы, благо­датию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Ко­торым Отцу, со Святым Духом, слава во веки веков. Аминь.
 
 
Беседа на псалом 133

1 Пeснь степеней. Се, нынe благословите Господа, вси раби Господни, стоящии в храмe Господни, во дворeх дому Бога нашего.

2 В нощех воздeжите руки вашя во святая и благословите Господа.

3 Благословит тя Господь от сиона, сотворивый небо и землю.

1 Песнь степеней. Ныне благословите Господа, все рабы Господни, стоящие в храме Господнем, во дворах дома Бога нашего.

2 Ночью поднимайте руки ваши к святыням и благословляйте Господа.

3 Благословит тебя Господь от Сиона, сотворивший небо и землю.

Общее содержание заключительного псалма степеней. – От христианина требуется высшая святость, чем от живших под законом. – "Ночью поднимайте руки ваши..." – Исполняющий это по­лучит благословение от Господа. – Для чего прибав­лено: "от Сиона" и: "сотворивший небо и землю"?

1. Здесь пророк оканчивает Песни степеней, давая своей речи прекрасное заключение, – славословие и благословение. Он желает, чтобы рабы Господни были такими не только по веро­исповеданию, но и по образу жизни. Поэтому и прибавляет: "стоящие в храме Господнем, во дворах дома Бога нашего". Нечис­тому и оскверненному не позволительно даже входить в свя­щенную ограду. Поэтому, кто достоин войти, тот достоин и благословлять. Дом Божий подобен небу; как туда не позволяется входить никакой противной силе, так и в дом Божий.

Представь, человек, какое ты получил достоинство, и, так как сам ты сделался храмом (Божиим), какую ты должен наблюдать чистоту. Как же ты можешь соблюдать чистоту? Если станешь отвергать всякий порочный помысл, если сделаешь область своих мыслей недоступною для диавольских внушений, если будешь постоянно украшать свою душу, как не­приступное святилище. Если в храме иудейском не всякое место доступно было для всех, но было много различных от­делений, из которых одно назначалось для прозелитов, другое для иудеев по происхождению, иное для священников, иное для одного первосвященника, и притом даже для него не всегда, а только однажды в год, то представь, какую святость нужно иметь тебе, получившему знамения гораздо важнейшие, нежели какие имело тогда святое святых! Не херувим, но сам Гос­подь херувимов обитает в тебе, не стамну, манну, каменные скрижали и жезл Ааронов получаешь ты, но тело и кровь Господа, Дух вместо письмени, благодать, превышающую чело­веческое разумение, и дар неизреченный. А чем больших ты удостоен знамений и страшных таинств, тем большая тре­буется от тебя святость, и тем большему подвергнешься на­казанию, если преступишь заповеданное тебе. "Ночью поднимайте руки ваши к святыням и благословляйте Господа"(ст. 2). Другой (неизвестный, см. Ориг. Экз.): свято (αγίως). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): священно (ηγιασμένως). "И благословляйте Господа". Для чего сказал он: "ночью"? Желая научить нас, чтобы мы не всю ночь тратили на сон, и показать, что тогда молитвы бывают чище, когда легче ум и меньше забот. Если же ночью должно ходить во святилище, то представь, может ли получить прощение тот, кто и дома не совершает молитв в это время. Пророк поднимает тебя с постели и ведет к храму, заповедуя проводить там ночь; а ты, и оставаясь дома, не делаешь этого. Хорошо сказано: свято; этим внушается, что молиться должно без порочных помыс­лов, без памятозлобия, без любостяжания, без всякого дру­гого подобного греха, губящего душу. "И благословляйте Господа". Совершенное благословение бывает особенно тогда, когда с словами согласна и жизнь, когда ты делами прославляешь соз­давшего тебя Бога, по слову Евангелия: "да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного" (Мф.5:16). "Благословит тебя Господь от Сиона, сотворивший небо и землю" (ст. 3). Т.е., если ты будешь делать это, то и сам получишь благословение от Бога, – если будешь так проводить ночи, если будешь молиться свято, если будешь достоин стоять в доме Господнем, если самого себя сделаешь благопотребным храмом. Таким обра­зом, преподав наставление, какое нужно было, пророк заклю­чает речь молитвою. Превосходному учителю свойственно – и исправлять слушателя советом, и укреплять молитвами. Что хочет он выразить словом: "от Сиона"? Это имя было для иу­деев вожделенно; там совершались все священные обряды. Поэтому он молится, чтобы они опять получили прежнее общественное устройство, совершали те же священные обряды и полу­чили такое благословение. Затем, возводя их к более высо­ким понятиям и научая, что Бог находится везде, а храм Он повелел построить по причине их немощи, и что призы­вать Его должно везде, прибавляет: "сотворивший небо и землю".

Иудеи тогда призывали Бога в своем храме, а мы – на всяком месте, во всякой стране, и дома, и на торжище, и в пустыне, и на корабле, и в гостинице, и где бы мы ни были. Место нисколько не препятствует молитве, только бы настро­ение души соответствовало молитве. Устроив себя таким об­разом, будем призывать Бога везде, и Он придет к нам и поможет нам, сделает все трудное для нас легким и удобным и удостоит нас будущих благ, которых да спо­добимся все мы, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
 
 
Беседа на псалом 134

1 Аллилуиа. Хвалите имя Господне, хвалите, раби Господа,

2 стоящии во храмe Господни, во дворeх дому Бога нашего.

3 Хвалите Господа, яко благ Господь: пойте имени его, яко добро:

4 яко иакова избра себe Господь, Израиля в достояние себe:

5 яко аз познах, яко велий Господь, и Господь наш над всeми боги:

6 вся, елика восхотe Господь, сотвори на небеси и на земли, в морях и во всeх безднах.

7 Возводя облаки от послeдних земли, молнии в дождь сотвори, изводяй вeтры от сокровищ своих.

8 Иже порази первенцы египетския от человeка до скота:

9 посла знамения и чудеса посредe тебе, египте, на фараона и на вся рабы его.

10 Иже порази языки многи и изби цари крeпки:

11 сиона царя аморрейска и ога царя васанска, и вся царствия ханаанска:

12 и даде землю их достояние, достояние Израилю людем своим.

13 Господи, имя твое в вeк, и память твоя в род и род:

14 яко судити имать Господь людем своим, и о рабeх своих умолится.

15 Идоли язык сребро и злато, дeла рук человeческих:

16 уста имут, и не возглаголют: очи имут, и не узрят:

17 уши имут, и не услышат: ниже бо есть дух во устeх их.

18 Подобни им да будут творящии я и вси надeющиися на ня.

19 Доме Израилев, благословите Господа: доме ааронь, благословите Господа: доме левиин, благословите Господа:

20 боящиися Господа, благословите Господа.

21 Благословен Господь от сиона, живый во иерусалимe.

1 Аллилуия. Хвалите имя Господне, хвалите, рабы Господни,

2 Стоящие во храме Господнем, во дворах дома Бога нашего!

3 Хвалите Господа, ибо благ Господь; пойте имени Его, ибо это - благо.

4 Ибо Иакова избрал Себе Господь, Израиля в достояние Свое.

5 Ибо я познал, что Господь велик и Господь наш превыше всех богов.

6 Все, что восхотел Господь, сотворил на небе и на земле, в морях и во всех безднах.

7 Он возводит облака от краев земли и при дожде молнии творит. Он изводит ветры из сокровищниц Своих.

8 Он поразил первенцев Египетских от человека до скота;

9 Ниспослал знамения и чудеса среди тебя, Египет, на фараона и на всех рабов его.

10 Он поразил народы многие и избил царей мощных:

11 Сигона, царя Аморрейского, и Ога, царя Вассанского, и все царства Ханаанские.

12 И отдал землю их в наследие, в наследие Израилю, народу Своему.

13 Господи! Имя Твое - во век и память о Тебе в род и род.

14 Ибо будет Господь судить народ Свой и к рабам Своим умилосердится.

15 Идолы язычников - серебро и золото, дела рук человеческих:

16 Уста имеют и не проговорят, глаза имеют и не увидят.

17 Уши имеют и не услышат, и нет дыхания в устах их.

18 Подобны им да будут делающие их и все надеющиеся на них!

19 Дом Израилев, благословите Господа! Дом Аарона, благословите Господа! Дом Левия, благословите Господа!

20 Боящиеся Господа, благословите Господа!

21 Благословен Господь от Сиона, живущий в Иерусалиме.

Важное значение псалмопения или хвалы Господу в духовной жизни человека. – Что значит: "в достояние Свое"? – Другие побуждения к прославлению Господа: премудрость Божия в устроении облаков, соединении дождей с молниями и движении ветров. – "От сокровищ своих". – Особенное божественное попе­чение об Израиле и высшая цель совершившихся в Египте знамений и – по выходе из него – побед над врагами. – Славословие Господу за необычайные его ми­лости. – "Идолы язычников – серебро и золото..." – Различие в благословениях.

1. Опять пророк призывает слушателей к жертвоприно­шению, состоящему в похвалах; это – жертва Богу и приноше­ние. Потому и в другом месте он говорит: "восхвалю имя Бога моего песнею, возвеличу Его хвалением. И (это) будет угодно Богу более, нежели юный телец, с подрастающими рогами и копытами" (Пс.68:31, 32). Он постоянно упоминает о храме и дворах, привязывая их к этому месту и не дозволяя отступать. Для того и в начале Бог повелел воздвигнуть храм, чтобы истребить между ними всякое нечестие и идолослужение, когда они должны были соби­раться все в одно место, а не блуждать везде произвольно и свободно, и в рощах и источниках, на холмах и горах находить поводы к нечестию, принося там жертвы и делая воз­лияния на высотах. Для того и закон осуждал на смерть того, кто приносил жертву вне храма: если "ко входу скинии собрания не принесет, или если кто заколет вне стана, то человеку тому вменена будет кровь" (Лев.17:4). Поэтому про­рок везде собирает их в это место, чтобы они, слушая, вра­зумлялись и удерживались от заблуждения. Он заповедует петь, воспевать псалмы и хвалить, потому что хвалы Богу были и для них побуждением к благочестию., заключая в себе повествования о древних событиях в Египте, в пустыне, в земле обетованной, при законодательстве, на горе Синае, во время войн; одно и тоже занятие было вместе и прославлением Бога, и вразумлением для поющих, устроявшим их жизнь и руководившим к правому вероучению. "Хвалите Господа, ибо благ Господь". Другой переводчик (неизвестный, см. Ориг. Экз.) говорит: так как милостив (χρησός). Что особенно вожделенно для слушателей, на то он часто и указывает, – на человеколюбие, снисходительность, ми­лость Божию.

"Пойте имени Его, ибо это – благо". Этим он выражает, что такое занятие заключает в себе и некоторое удовольствие вместе с пользою. Особенная польза от него – изрекать хвалу Богу, очи­щать душу, возвышать мысли, научаться правым истинам, любомудрствовать о настоящем и будущем. Но вместе с тем оно своими стройными звуками доставляет и великое удоволь­ствие, некоторое утешение и отдохновение, и делает поющего достойным почтения. А что оно действительно делает такими поющих, видно из слов другого переводчика (Акила), который гово­рит: потому что благопристойно (ευπρεπές), и третьего (неизвестный), который гово­рит: потому что приятно (ηδυ). Оба они говорят правду; кто поет псалом, тот, хотя был бы крайне развратным, стыдясь псалма, обуздывает силу сладострастия, и хотя бы обременен был бесчисленными пороками и одержим унынием, услаждаясь удо­вольствием, облегчает свои мысли, окрыляет ум и возвышает душу. "Ибо Иакова избрал Себе Господь, Израиля в достояние Свое" (ст. 4). Говорит не об общих благодеяниях, которые они имели вместе с другими, но о собственном их и особенном. Какое же это благодеяние? То, что Он избрал этот народ, посвятил Себе и оказывал им особенное пред другими про­мышление. Пророки постоянно делают это, т.е. составляют многие свои речи из описания благодеяний, которые были ока­заны им. Что значит: "в достояние Свое"? В богатство, в соб­ственность. Хотя и малочислен был этот народ, но Бог избрал его Себе в богатство, взирая не на малочисленность его, а на добродетели, к которым Он хотел руководить их, точно все прочие люди не составляли для Него такого богатства, как этот народ, что действительно и было как по благово­лению к ним Божию, так и по их воспитанию. И Павел часто называете богатством спасение людей, как например, когда говорит: "один Господь у всех, богатый для всех, призывающих Его" (Рим.10:12); и еще: "перед своим Господом стоит он, или падает" (Рим.14:4). Видишь, как пророк выражает Божию к ним любовь, промышление, попечение, благоволение, назвав их "достояние Свое". Тем и другим выражением он показывает особенное о них промышление Божие, – и тем, что "избрал", и тем, что – "в достояние Свое". Видишь ли, как он показал Его человеколюбие? Потому и в начале сказал: "ибо я познал, что Господь велик и Господь наш превыше всех богов" (ст. 5). Вот и другую представляет причину – воспевать хвалы. Но скажи мне: ты "познал", а другие разве не знают? Знают, но не так, как я. Люди святые и особенно возвысившиеся могут истинно знать величие Его, не все, каково оно есть в самом себе, – это невозможно, – но яснее других. "И Господь наш превыше всех богов". Вот, скажешь, сказав: "Господь велик" и "ибо я познал", он потом уменьшает силу своих слов, сравнивает Бога с другими богами и по сравнению отдает Ему преимущество. Нет, он сказал так приспособляясь к немощи слушателей, желая мало-помалу возвысить их до такого разумения. Дей­ствительно, не очень сильное доказательство величия – сказать, что Бог выше и больше других; но, как я выше сказал, он приспособляет свою речь к немощи слушателей, возвышая их мало-помалу. Они тогда любили слышать это и убеждаться в этом.

2. А что Бог несравненно превосходит всех, это Он показывает далее, приводя величайшее доказательство Его могущества и тем объясняя, что прежнее сказано им по не­мощи слушателей. Когда он только указывает на этот предмет, то говорит о неважном; а когда подтверждает, объясняет и доказывает Его величие, то представляет великие дела Его. Какие же он потом представляет дела, достойные Бога и свойствен­ные Ему одному? Посмотри: "все", продолжает он, "что восхотел Господь, сотворил на небе и на земле, в морях и во всех безднах" (ст. 6). Видишь ли всесильное могущество? Видишь ли источник жизни? Видишь ли непреодолимую силу? Видишь ли несравненное превосходство? Видишь ли власть, не встречающую никаких препятствий? Видишь ли, как для Него все легко и удобно? "Все", говорит, "что восхотел Господь, сотворил". Скажи мне: где? "На небе и на земле"; не только здесь, но и на небе; не только на небе, но и на земле; и не только на земле, но и "в морях и во всех безднах". "Бездною" он называет преисподние места земли, равно как словом: "на небе" выражает и места выше небес. Не смотря на обширность их, воля Его нигде не встре­чает препятствий, но проникает все, и, что подлинно удиви­тельно, Создавший это создал не с трудом, не с усилием, не повелением, но хотением; Он только захотел, и дело со­вершилось. Видишь, как Он показал и легкость творения, и множество созданий, и власть неограниченную? Затем, не говоря о самом небе и море, излагает то, что находится в них, и притом не все, находящееся в них, но, оставив находящееся на небе, хотя оно особенно дивно, говорит о том, что близ неба. Почему? Потому, что те предметы, хотя и велики, но мно­гим неизвестны, а эти, хотя и меньше, но открыты и очевидны для всех. Так как он говорил людям, которые не столько верою руководились к разумению предметов невидимых, сколько занимались предметами видимыми, то отсюда он и на­чинает учение, делая сам тоже, что внушал делать дру­гим. Что же именно? Воспевать Бога за дела Его, возносить Ему хвалы, изучая каждое дело Его и за каждое славословя Его. Увещевая хвалить Бога, он часто говорил: "хвалите имя Господне, хвалите, рабы Господни"; а теперь показывает и то, как должно хвалить, именно: исследуя состав творений, удив­ляясь и изумляясь премудрости, промыслу, могуществу, попече­нию Его. Отсюда мы научаемся, что существует не одно наше море, но что много морей, различных и беспредельных, по­тому что он говорит: "в морях и во всех безднах". Так моря Каспийское, Индийское, Чермное – почти отделены от этого моря, а вне – Океан, окружающий землю. "Он возводит облака от краев земли и при дожде молнии творит. Он изводит ветры из сокровищниц Своих" (ст. 7). Другой (неизвестный переводчик, см. Ориг. Экз.): поднимая (αναβιβάζων). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): привлекает от пределов (ανασπα̃ απ ακρων). Четвертый (неизвестный, см. Ориг. Экз.): от конца (εκ τελέσματος). Так и у Иова сказано: "заключает воды в облаках Своих" (Иов.26:8), и у Соломона: "завязал воду в одежду" (Прит.30:4). Впрочем, он говорит не то, а не­что другое чудное. Что же именно? То, что воздух, сделавшись более густым, поднимается вверх и несется, поднимается то, что тяжело, получая направление противоположное своей природе. Удивительно и то, что в нем держится вода; но гораздо уди­вительнее то, что тяжелое носится на легком; а еще удивитель­нее то, что сгустившаяся в этом воздухе вода, вытекая из облака, уже не задерживается последующим воздухом и не сгущается, но разливается во все стороны и нисходит на землю. Если бы она держалась там по своей природе, то должна была бы держаться и в этом воздухе. Если кто пустит на воздух пузырь, наполненный водою, то, когда он понесется по воздуху, понесется и заключающаяся внутри вода, хотя бы она и выли­лась из пузыря; так следовало бы и здесь быть. Но так как все исполнено чудес и дела Божии дивны, то все это превы­шает обыкновенный порядок вещей и наше разумение. Вода, которая держится в воздухе облачном, уже не держится в воздухе последующем. Видишь ли необычайное дело? Видишь ли, как пророк, представив то, что кажется маловажнее про­чего, показал удивительность этого? Затем представляет и нечто другое удивительное: "от краев", говорит, "земли", или: от пределов земли. Облака не только поднимаются, но и носятся, и не везде, где появятся, производят дождь, но часто, прошедши многие страны, миновав города и народы, произво­дят дождь в другом месте. Итак, удивительно не только то, что они поднимаются, но и то, что идут, как бы в горних жилищах, нося в себе тяжесть такого множества вод.

3. "И при дожде молнии творит". Посмотри на другое чудное явле­ние, как соединяются предметы, противоположные по природе. Нет ничего пламеннее молнии, и нет ничего холоднее воды; но и они здесь соединяются вместе, однако не сливаются и не смешиваются, а сохраняют каждая свои свойства. Огонь нахо­дится в воде и вода в огне, но ни огонь не осушает воды, ни вода не погашает огня. Между тем молния острее солнеч­ного света, блистательнее и пронзительнее. Это доказывается зрением, которое постоянно встречается с солнечными лучами, а стремления молнии не может выносить даже на короткое время. Притом солнце в продолжение целого дня пробегает небо, а она в одно мгновение – всю вселенную, как и Христос свиде­тельствует: "как", говорит Он, "молния исходит от востока и видна бывает даже до запада" (Мф.24:27). "Он изводит ветры из сокровищниц Своих". Вот еще явление природы, которое доставляет нам пользу не малую, а такую, что много способствует нашей жизни, укрепляет и освежает утомленные тела и делает воздух более легким. Дело ветров – приводить в движение воздух, чтобы он, оставаясь неподвижным, не испортился, способство­вать созреванию плодов, питать тела. Кто мог бы описать пользу их для мореплавания, и времена года, в которые они являются по порядку и сменяют друг друга, господствуя на море и препровождая плавателей? Один отправляет, другой принимает, идут противоположными путями и служат, так что сама борьба их бывает полезна для жизни; и множество других действий ветров можно было бы исчислить. Но пророк, не говоря обо всем этом и предоставив соображать слу­шателю, сам представляет только легкость, с какою они производятся. Словами: "из сокровищниц Своих" он выражает не то, будто есть некоторые сокровищницы ветров, но то, как легко Бог управляет ими и как живо и удобоподвижно это созда­ние. Как имеющий что-нибудь в своей сокровищнице свободно вынимает все, когда хочет, так и Создатель всего легко сотворил все и передал природе. Видишь ли, какое разнообра­зие и в воздухе, подобно тому, как есть много разнообразия в воде и в огне? Из вод иная в источниках, иная в морях, иная в воздухе, иная в облаках, иная на небе, иная выше небес, иная под землею. И огонь – иной в солнце, иной в луне, иной в звездах, иной в молнии, иной в воздухе, иной в деревах, иной около нас и в светильниках, иной в земле, – часто ведь огонь выходит из земли так же, как вода из источников, – иной в кам­нях, ударяемых один об другой, иной на вершинах де­рев и в деревах, натираемых одно об другое, иной в гро­мовых ударах. Так точно и воздух – иной густ, тот именно, что вокруг нас, иной более тонок, а находящейся еще выше бывает более горячим. И ветры весьма различны – иной суше, иной влажнее, иной теплее. Воздух и облако иногда несется медленнее, а иногда быстрее, как бы на конях. И из обла­ков – иные подобны водоносным сосудам, и иногда бывают наполнены водою, а иногда носятся пустыми, иные подобны вее­рам. Но ты, взирая на них, на их различие и разнообразие, удивляйся Создателю. "Он поразил первенцев Египетских от человека до скота" (ст. 8). Сказав о явлениях общих и показав промышление Божие о всей вселенной, в молниях, ветрах, воздухе, облаках, дож­дях, и таким образом, обличив пустословие тех, которые гово­рят, будто промышление Его простирается только до луны, он переходит к частному, к тому, что касается в особенности иудеев. Вышесказанным он объяснил, что и земля, и небо, и все видимое удостаивается действий человеколюбия Божия; а чтобы сделать иудеев более признательными, он повествует и о частных событиях, показывая, что Бог вселенной, про­мышляя о всем, оказал им некоторые особенные благодея­ния. Впрочем, и то, что сделано для них, было также для всех вообще. Если Он избрал их между другими, то это самое возбуждало в других соревнование, как и Павел говорит: "от их падения спасение язычникам, чтобы возбудить в них ревность" (Рим. 11:11). Как отец, когда дети оставляют его, берет одного из них и сажает к себе на колени, делая это не для него, но гораздо более для прочих, чтобы они, тронувшись таким предпочтением, прибегли к отцу для получения такой же ласки, так и Бог поступал с иудеями. Взяв их не на колена, а на мышцы и рамена, как говорит пророк (Ос.11:3; Втор. 32:11), Он даровал им вожделенные блага, храм, жертвы, которых они более всего и с особенным усердием желали, помощь на войне, победы, трофеи, плодородие земли, изобилие плодов, отличая их всем этим, а в других возбуждая ревность. Но так как они могли сделаться дурными, если бы постоянно были в довольстве, то Он обуздывал их и нака­заниями. Подлинно велика премудрость Божия; из самых труд­ных обстоятельств она находит выход.

4. И посмотри на мудрость пророка: от явлений общих он переходит к событиям частным, чтобы кто-нибудь из неразумных не подумал, будто Бог есть Бог только неко­торых людей; сказав о явлениях общих, он потом уже касается этих и говорит: "Он поразил первенцев Египетских". Или вам кажется, что это было сделано для иудеев? Но если я докажу, что это было сделано и для других, тогда что скажут те, которые отвергают всеобщность Промысла Божия? Как же можно доказать это? Весьма достаточно привести следующее изречение Божие, которое ясно выражает это: "но для того Я сохранил тебя, чтобы показать на тебе силу Мою, и чтобы возвещено было имя Мое по всей земле" (Исх.9:16). Видишь ли, как смерть была вестницей, и послан­ное от Бога наказание было проповедью, которая распространя­лась везде и возвещала Божие могущество? Таким образом Бог промышлял о всей вселенной и тогда, когда устроял дела иудеев. И прежде Он являл силу Свою, как например при Иосифе, при Аврааме; но теперь – гораздо яснее. Как? Тогда чрез благодеяния, а теперь чрез наказания. И Он не перестает, как я часто говорил, постоянно и в каждом поколении являть Себя делами и открывать Себя; но только делает это не всегда одинаково, а различно и разнообразно: тогда чрез жену Авраама, которая страдала бесплодием, потом чрез голод и изобилие, а после того чрез многократные казни. Так как египтяне не укоряли Бога в слабости, сами умерщвляли первенцев еврейских и обагряли реку кровью их, то Бог еще в это время прикровенно являл им силу Свою. Египет­ские бабки, которые не слушались жестоких повелений и укло­нялись от исполнения бесчеловечной воли царя, наслаждались великим благоденствием. То и другое было делом Промысла Божия: и то, что женщины оказались мужественнее носивших диадему, и то, что они получили воздаяние в великом умножении рода своего. Слова: "за сие Бог делал добро повивальным бабкам" (Исх.1:20), именно и означают, что родство их умножалось; чем они благодетельствовали иудеям, тем и сами были награждены от Бога; они не умерщвляли детей их, и им Бог давал многочадие. Но так как египтяне оставались бесчувственными, то Он послал им жесточайшую казнь, о которой узнала все­ленная, узнали и египтяне; другие узнали по слуху, а они соб­ственными страданиями, зрением и опытом познали силу Божию. Для того и предсказано было им об этом, чтобы наказание не показалось следствием какого-нибудь случая или естественной смерти. Таким образом, здесь можно повторить то, что в дру­гом месте сказано о Спасителе. Что? "И господствуй среди врагов Твоих" (Пс.109:2). Не в пустыне и не в другом каком-нибудь месте, но в самом городе Бог поразил их наказанием. Впрочем, и в самом наказании, посмотри, какое было человеколюбие. Он начал со скотов, а потом уже до­шел и до людей. Кто не удивится силе Божией, как Он в одно мгновение времени совершил все, оказав и пощаду и неизреченную мудрость? Он послал эту казнь не первую, желая исправить их посредством других, и когда послал, то не без предсказания. Для чего? Для того, чтобы вразумить их словами, чтобы им не испытать того на самом деле; а с другой стороны, так как они не исправились, Он не оста­вил казни сомнительною. Чтобы кто-нибудь не подумал, будто она постигла их, как естественная болезнь или зараза, для того, посмотри, сколько соединилось обстоятельств. Во-первых, все поражены в одну ночь; во-вторых, все первенцы. Если бы это была зараза, то она не коснулась бы только всех первен­цев и не пощадила бы следующих за ними, но постигла бы всех без разбора. В-третьих, если бы это была зараза, то она не миновала бы всех иудеев и не коснулась бы одних египтян, но гораздо скорее поразила бы тела первых, ослаб­ленные трудом, страданиями и столь многими бедствиями, и до такой степени истощенные нищетою и голодом, а не царских детей, не тех, которые наслаждались совершенным доволь­ством и пользовались всеми удобствами жизни. Если бы это была зараза, то она не пришла бы вдруг, но наперед обнару­жились бы все признаки ее наступления; между тем произошло все вдруг, чтобы обличилось жестокосердие египтян. После такой казни и после того, как ясно увидели, что казнь ниспо­слана Богом, они преследовали вышедших иудеев, – что и служит знаком крайнего их ожесточения и величайшим оправданием действий Божиих. Так как знамения должны были кончиться, то Он окончил их таким знамением, которое оправдывало Его и за прежние пред людьми, хотевшими быть внимательными. Чтобы кто-нибудь не сказал: почему все подвергаются наказанию, тогда как удерживал иудеев и гре­шил царь? Он последней казнью разрешил это недоумение. Как этою последнею? Так, когда поражены были первенцы их, то они и против воли царя изгнали иудеев. Следова­тельно, если бы они и сначала хотели, то могли бы преодолеть его, прежде же они не преодолевали царя не потому, что не могли, а потому, что не хотели. И последовавшее затем пре­следование увеличивает вину их.

5. Тоже случилось и при Сауле; когда нужно было спасти сына его, то все вместе, угождая царю, спасли виновного (1Цар.14:45); а когда он захотел умертвить столько священников, то и голоса не подали и не защищали (1Цар.22:17). Если там содействовала им природа, то и здесь – справедливость; здесь были священники, убиение было беззаконное и гнев не­рассудительный. Но причина заключалась в нерадении и в пренебрежении к священникам. За то, посмотри, какие постигли их бедствия; не малому подверглись они наказанию за такое пренебрежение. Поэтому, когда делается что-нибудь беззаконное, то пусть никто не остается беспечным, но каждый пусть будет пламеннее огня, пусть огорчается не менее самих обижаемых, и таким образом будет остановлено много зол. "От человека до скота". Почему же и скот? Потому, что он сотворен для лю­дей; за людей Бог и наказывает его, чтобы усилить страх, чтобы увеличить бедствие, чтобы показать, что казнь послана Богом и поражение пришло с неба. "Ниспослал знамения и чудеса среди тебя, Египет, на фараона и на всех рабов его" (ст. 9). Что значит: "среди тебя"? Или означает место, или: явно; выражение: среди часто значит: явно, как, например, когда говорится: "прежде века соделал спасение среди земли" (Пс.73:12), потому что средина открыта для всех. "Ниспослал знамения и чудеса среди тебя, Египет". И справедливо. Эти события совершились для того, чтобы исправить их и наказать тех, которые должны были получить пользу, потому что они происходили не просто, но со многими чудесами, так что здесь была двойная польза, и от того, что Бог поражал, и от того, что – необычайным образом. "На фараона и на всех рабов его". Видишь ли неизреченное могущество? Когда все были вместе, наказание постигло именно их, и они пострадали, а другие по­лучили пользу. Почему же он говорит: "на всех рабов его", тогда как не все имели первенцев? Он говорит и о прочих зна­мениях. В Египте, когда египтяне были поражены, иудеи получали пользу, а в пустыне, когда иудеям были оказываемы бла­годеяния, то и другие получали пользу; врагам Бог посылал казни, а им благодеяния, в том и другом случае доставляя пользу всем. Но почему Он не благодетельствовал и тем? Потому, что большая часть людей обыкновенно познают Бога более чрез наказания, нежели чрез благодеяния. А что Он сам не хотел наказывать, посмотри, как Он неоднократно останавливал казни, являя в том и другом и силу Свою и человеколюбие. Хотя довольно было первой, второй и третьей казни, чтобы после того совершенно погубить их как больных неизлечимо, но Он не хотел этого, и хотя предвидел буду­щее, т.е. что они не сделаются лучшими и после пятой, шестой и девятой казни, но не переставал делать Свое дело. Здесь особенно надобно удивляться и могуществу Его, и промышлению, и премудрости, и благости, – могуществу, потому что Он поражал, промышлению, потому что останавливал казни, премудрости, потому что, и зная будущее, делал Свое дело; тоже самое по­казывает и человеколюбие Его, а особенно то, что Он начал с низших существ, с бессловесных животных. Потом Он коснулся и царя, что особенно сделало известными эти события. События, случающиеся с частными людьми, могут остаться и неизвестными, а когда удар наносится лицу знаменитому, то молва об этом без всякого препятствия распространяется везде. Сказав о причине поражения, пророк говорит и о самых казнях, но не повторяет их несколько раз и не перечисляет всех в частности, но, означив все одним словом, оставляет их: "ниспослал", говорит, "знамения и чудеса среди тебя, Египет". Далее он выводит народ из Египта в пустыню и везде показы­вает, что Бог есть Бог не некоторых только людей и управ­ляет не одною страною, но всею вселенною. Поэтому и присово­купляет: "Он поразил народы многие и избил царей мощных" (ст. 10). В продолжение всего пути Он различным образом давал залоги Своего могущества и Сам предводительствовал ими, научая посредством дел; также и посредством войн внушал им тоже, что и прежде, т.е. что не свойство воздуха, не сила стихий и не другое что-нибудь подобное, но предводительствовав­шая ими десница сражалась за них; а те и другие события подтверждались взаимно: бывшие в пустыне – бывшими в Египте и бывшие в Египте – бывшими в пустыне. Действительно, когда они без оружия, без воинского устройства и без боя поражали врагов, то Он явно доказал им, что и в Египте Он так потрясал стихии против египтян, не имея нужды в этих стихиях, но употреблял их в дело, желая различными и разнообразными средствами показать Свою силу. "Сигона, царя Аморрейского, и Ога, царя Вассанского, и все царства Ханаанские" (ст. 11). Пророк не исчисляет городов и не говорит подробно о битвах, но опять величе­ственно проходит бесчисленный ряд чудес. Он мог бы оста­новиться и красноречиво изобразить эти события, но не делает этого, и, хотя ему представлялось великое множество дел Бо­жиих, касается всех их мимоходом. Враги были вооружены, имели укрепленные города и были искусны в воинском деле, а иудеи были беглецы, неопытные в воинском искусстве, осво­бодившиеся от продолжительного рабства и долговременного притеснения, истощенные голодом и страданиями, открытые для обид всем; но предводительствовавшая ими десница делала их сильнее всех.

6. Впрочем, эта война была и справедлива, иудеи не сами нападали, но те подавали повод, заграждая им путь, что было крайне бесчеловечно. А с идумеянами Бог не попустил им вести войну. Дабы иудеи, ободренные молчанием, после опять не стали нападать, но знали, с кем нужно воевать, а кого щадить, Он сделал это в пустыне, посредством дел дав им за­кон, как им должно было поступать с встречавшимися. "И все царства Ханаанские". Видишь ли, как научалась этим вся вселенная? Как огонь – терние, так и они поражали всех, и никто не мог противиться им. Послушай, что говорит Ва­лаам, научившись не от пророков, не от Моисея, а из са­мых дел: народ этот поядает всю землю (Числ.22:4; 24:8). Видишь ли переносное слово, употребленное с особенной выра­зительностью? Не сказал: побеждает, или: истребляет, но: поя­дает, желая выразить, что они одерживали победы легко, воз­двигали трофеи без пролития крови и поражали своим при­ближением. Им не нужно, говорит, ни воинского устройства, ни сражений, но довольно только подойти, и все уступает и пре­клоняется. Бог доставлял им победы не только по закону войны и сражения, чтобы кто-нибудь не приписал совершив­шихся событий им самим, но воздвигал против врагов их и стихии вселенной; так, Он наперед поразил их души, выпавший град погубил многих, солнце остановилось и дало возможность продолжать битву, и много было подобных чудес, и звук труб, ударяя в крепости сильнее огня, разрушал стены. Это принесло пользу и тем и другим; враги узнали, что не люди вели против них войну, а иудеи научились обра­щаться к Богу и отнюдь не превозноситься своими успехами, но вести себя благопристойно и смиренно. Впрочем, победить таким образом было для них больше чести, нежели только победить; это и сделало их славными и научило быть скром­ными, – славными, потому что они имели такого Военачальника, скромными, потому что они уже не надмевались своими успехами. "И отдал землю их в наследие, в наследие Израилю, народу Своему" (ст. 12). И это – величайшее чудо, что они не только изгнали вра­гов, но могли занять землю и разделить между собою города; это доставило им великую радость, великую честь, великую славу. Это было также действием силы Божией, потому что немаловажное дело – овладеть неприятельской страною, но и здесь нужна великая помощь. "Господи! Имя Твое – во век и память о Тебе в род и род" (ст. 13). Другой переводчик (неизвестный переводчик, см. Ориг. Экз.) говорит: воспомина­ние о тебе (ανάμνησίς). Здесь пророк прерывает связь речи славосло­вием, как обыкновенно делают святые. Когда они, начав говорить о чудесах Божиих, воспламеняются, то не прежде оканчивают речь, как воздадут славу Богу, произнесут сла­вословие, и тем исполнят свое желание. Так и Павел посту­пает везде, особенно в начале посланий; например, он гово­рит церквам галатийским: "благодать вам и мир от Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа, Который отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века, по воле Бога и Отца нашего; Ему слава во веки веков. Аминь" (Гал.1:3,5); и в послании к римлянам: "Израильтян, которым принадлежат усыновление и слава, и заветы, и законоположение, и богослужение, и обетования; их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь" (Рим.9:4,5); и еще в другом месте: "Царю же веков нетленному, невидимому, единому премудрому Богу честь и слава во веки веков. Аминь" (1Тим.1:17). Так и здесь пророк, представляя промышление Божие о всем, казни египетские, различные и раз­нообразные благодеяния, оказанные иудеям в пустыне, и события, совершившиеся в защиту их против врагов, и вос­пламеняясь неизреченным человеколюбием Божиим, произно­сит славословие и говорит: "Господи! Имя Твое – во век и память о Тебе в род и род", т.е. слава Твоя вечна; ничто не вредит ей, ничто не уменьшает ее, но она пребывает всегда, остается не­поколебимою, неизменною, цветущею и полною. Что значит: "память о Тебе в род и род"? Память о Тебе, говорит, нескончаема и беспредельна. "Ибо будет Господь судить народ Свой и к рабам Своим умилосердится" (ст. 14), Можно или то и другое относить к народу израильскому в том смысле, что Бог накажет его, а потом остановится и помилует, или раздельно можно относить: "умилосердится" – к народу, а "судить" – к врагам, т.е., тех помилует, – это и значит: "умилосердится", – а врагов будет судить, т.е. предаст их наказанию.

7. Не имея возможности указать на подвиги их жизни, пророк для оправдания их употребил названия людей и рабов (Господа). Сказав: "умилосердится", он выражает, что примирение зависит от человеколюбия Божия, а не от их достоинства, потому что где моление, там нужно прощение, а где нужно про­щение, там не оценка заслуг, а человеколюбие. Так как выше он сказал: "память о Тебе в род и род", а они тогда одни из всех народов присвояли себе Бога, то он некоторым образом намекает на это и говорит: спасение людей Твоих явит славу Твою у многих; слава, свойственная самому суще­ству Божию, никогда не уменьшается, не уничтожается и не из­меняется, хотя бы никто не чтил ее; но слава Его у многих откроется и чрез наше спасение, когда мы будем опять иметь город, святилище, храм, и опять получим прежнее обществен­ное устройство.

"Идолы язычников – серебро и золото, дела рук человеческих" (ст. 15). Так как он в начале сказал: "Господь наш превыше всех богов", и по-видимому приписал Ему только сравнительное превосход­ство, по немощи слушателей, то, смотри, как он возвышает это превосходство. Начав с могущества Божия, и сказав о делах Его на небе, на земле, в безднах, у иудеев, в соб­ственной их земле и в чужой, у врагов и язычников, по­том напомнив об Его благости, человеколюбии, промышлении, премудрости, силе, и показав, что Он есть Бог всех и про­мышляет о всей вселенной, он наконец обличает бессилие богов идольских и прямо нападает на самое существо их, или лучше сказать, самое имя их обращает в укоризну. Идол есть не что иное, как нечто бессильное и ничтожное, есть название крайней слабости. Поэтому он и начинает так: "идолы язычников – серебро и золото". Во-первых, это – идол; во-вторых, это – бездушное и бесчувственное вещество; в-третьих, идолы потому самому, что они – идолы, не только сами по себе мало­важны, бессильны, ничтожны, но и потому, что сделаны людьми. Потому и прибавляет: "дела рук человеческих", что служит к величайшему осуждению тех, которые почитают их, которые, будучи сами виновниками даже существования их, возла­гают на них надежду своего спасения. "Уста имеют и не проговорят, глаза имеют и не увидят. Уши имеют и не услышат, и нет дыхания в устах их. Подобны им да будут делающие их и все надеющиеся на них!" (ст. 16-18). "Уста", говорит, "имеют и не проговорят". Видишь ли, как сильно он подвергает их осмеянию и как обличает обольщение? Так как их часто приводят в движение бесы, то он раскрывает лицемерие и обман, внушая, что нет духа в устах их. А почему злой бес без них не действует и не говорит? Изо­бражения идолов представляют блуд, прелюбодеяние и бесчисленные пороки; поэтому, желая самим видом истуканов научить обольщаемых подражать делам, которые изобра­жаются идолами, он присутствует и сидит в них, приво­дит их в движение и обольщает. Далее, подвергая их осмеянию другого рода, пророк говорит: "подобны им да будут делающие их". Представь, каковы эти боги, если сходство с ними подлежит проклятию. Не так у нас; крайний предел добро­детели и достижение самой вершины совершенства состоит в уподоблении Богу, сколько это возможно для нас. А у них, говорит, и богослужение и боги таковы, что уподобление им подвергает крайнему проклятию. Таким образом, и то, что идолы – бездушное вещество, и то, что они изображают бесстыд­ство, и то, что они стоят без всякого чувства, и то, что сход­ство с ними подвергает проклятию, – все доказывает крайность этого заблуждения. Сказав об их бессилии, обольщении, лу­кавстве бесов, безумии тех, которые делают их, и скоро оставив их, пророк заключает речь славословием, не рас­пространяясь более о делах Божиих, которые уже ясно пока­зал, но, оставляя это, как признаваемое всеми, требует хвалы от тех, которые пользуются Его благодеяниями, призывает всех к славословию и говорит: "дом Израилев, благословите

Господа! Дом Аарона, благословите Господа! Дом Левия, благословите Господа! Боящиеся Господа, благословите Господа! Благословен Господь от Сиона, живущий в Иерусалиме" (ст. 19-21).

Почему он призывает не всех вместе, но разделяя по званиям? Дабы ты знал, что есть великое различие в благо­словениях. Иначе благословляет священник, иначе левит, иначе мирянин, иначе множество народа. Выражением: "благо­словите" он указывает на блаженное и нетленное Существо. Благословите, говорит, за то, что вы избавились от врагов, удостоились поклоняться такому Богу, познали истину, Он сам по Себе благословен, имеет благословение в самом суще­стве Своем и не нуждается в похвале от других; однако и вы благословите, не с тем, чтобы прибавить что-нибудь Ему, но чтобы самим получить великие плоды. Хотя Он благосло­вен по существу, – как и действительно Он таков, – но же­лает, чтобы и мы благословляли Его. И опять пророк вспо­минает о Сионе и Иерусалиме. Так как там сосредоточены были общественные дела иудеев, положено основание их бого­служению, и там они получали наставления и распоряжения, то он хочет сделать эти места священными именем Божиим, чтобы, питая к ним благоговение, они были ревностными к ним, а, будучи ревностными, чувствовали больше влечения к ним, а чувствуя влечение, прилеплялись к богослужению, а прилепляясь к нему, восходили на высшую степень доброде­тели, для которой совершалось все. Так, тогда был Иеруса­лим и Сион; а теперь – небо и предметы небесные. К нему, увещеваю вас, будем прилепляться и мы, чтобы нам сподо­биться будущих благ, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава во веки веков. Аминь.
 
 
Беседа на псалом 135

1 Аллилуиа. Исповeдайтеся Господеви, яко благ: яко в вeк милость его.

2 Исповeдайтеся Богу богов: яко в вeк милость его.

3 Исповeдайтеся Господеви господей: яко в вeк милость его.

4 Сотворшему чудеса велия единому: яко в вeк милость его.

5 Сотворшему небеса разумом: яко в вeк милость его.

6 Утвердившему землю на водах: яко в вeк милость его.

7 Сотворшему свeтила велия единому: яко в вeк милость его:

8 солнце во область дне: яко в вeк милость его:

9 луну и звeзды во область нощи: яко в вeк милость его.

10 Поразившему египта с первенцы его: яко в вeк милость его:

11 и изведшему Израиля от среды их: яко в вeк милость его:

12 рукою крeпкою и мышцею высокою: яко в вeк милость его.

13 Раздeльшему чермное море в раздeления: яко в вeк милость его:

14 и проведшему Израиля посредe его: яко в вeк милость его:

15 и истрясшему фараона и силу его в море чермное: яко в вeк милость его.

16 Проведшему люди своя в пустыни: яко в вeк милость его.

17 Поразившему цари велия: яко в вeк милость его.

18 И убившему цари крeпкия: яко в вeк милость его:

19 сиона царя аморрейска: яко в вeк милость его:

20 и ога царя васанска: яко в вeк милость его.

21 И давшему землю их достояние: яко в вeк милость его:

22 достояние Израилю рабу своему: яко в вeк милость его.

23 Яко во смирении нашем помяну ны Господь: яко в вeк милость его.

24 И избавил ны есть от врагов наших: яко в вeк милость его:

25 даяй пищу всякой плоти: яко в вeк милость его.

26 Исповeдайтеся Богу нбсному: яко в вeк милость его.

1 Аллилуия. Исповедайтесь Господу, ибо Он благ, ибо во век милость Его.

2 Исповедайтесь Богу богов, ибо во век милость Его.

3 Исповедайтесь Господу господ, ибо во век милость Его.

4 Он Един сотворил великие чудеса, ибо во век милость Его.

5 Сотворил небеса разумно, ибо во век милость Его.

6 Утвердил землю на водах, ибо во век милость Его.

7 Он Един сотворил великие светила, ибо во век милость Его:

8 Солнце - для управления днем, ибо во век милость Его.

9 Луну и звезды для управления ночью, ибо во век милость Его.

10 Поразил Египет с первенцами его, ибо во век милость Его.

11 И извел Израиля из среды их, ибо во век милость Его.

12 Рукою крепкою и мышцею высокою, ибо во век милость Его.

13 Разделил Чермное море на части, ибо во век милость Его.

14 И провел Израиля среди него, ибо во век милость Его.

15 И низверг фараона и войско его в Чермное море, ибо во век милость Его.

16 Провел народ Свой в пустыне, ибо во век милость Его.

17 Поразил царей великих, ибо во век милость Его.

18 И убил царей крепких, ибо во век милость Его:

19 Сигона, царя Аморрейского, ибо во век милость Его,

20 И Ога, царя Васанского, ибо во век милость Его.

21 И дал землю их в наследие, ибо во век милость Его.

22 В наследие Израилю, рабу Своему, ибо во век милость Его.

23 Он вспомнил нас в уничижении нашем, ибо во век милость Его.

24 И избавил нас от врагов наших, ибо во век милость Его.

25 Он дает пищу всякой плоти, ибо во век милость Его.

26 Исповедайтесь Богу Небесному, ибо во век милость Его.

Беспредельное величие Божия милосер­дия, владычества и всемогущества. – Чудеса суть дей­ствия не только силы, но и благости. – Проявления божественного всемогущества в событиях при Чермном море, в пустыни и в Ханаанской земле. – Сила чело­веческого смирения и всеобщность божественного про­мышления.

1. Сказав выше о благодеяниях, которые Бог оказал людям, теперь пророк говорит и о том, сколь велика милость Его; не измеряя ее, – это невозможно, – но, желая показать беспредельное ее величие, призывает всех к славословию и го­ворит: "исповедайтесь Господу", т.е., благодарите, славьте Его. "Ибо во век милость Его". Что значить: "во век"? Он не иногда только благодетельствует, а иногда удерживается от этого, не иногда только милует, а иногда перестает миловать, как бы­вает у людей, которым препятствуют страсти, не дозволяет малодушие, останавливает угождение другим, не допускают обстоятельства; но Бог не таков: Он постоянно милует, и никогда не перестает делать это, хотя делает различно и разнообразно. Так, говорит пророк, Он всегда милует, и никогда не перестает благодетельствовать людям. Далее, сказав, что Бог постоянно милует, пророк приводит и доказа­тельства милости Его и постоянства этой милости, заимствуя их от предметов видимых. Но так как он руководил слуша­телей к благочестию, то, смотри, как опять сравнивает Бога с языческими богами, и опять по снисхождению к слушателям. Что же говорит Он? "Исповедайтесь Богу богов", и каждый раз прибавляет: "ибо во век милость Его" (ст. 2). "Исповедайтесь Господу господ, ибо во век милость Его" (ст. 3). В предыдущем псалме он говорит, что Господь "наш превыше всех богов" а здесь говорит еще более, – что Он Господь их и Владыка их, – идолов ли будешь разуметь, или бесов, по­тому что, хотя бесы прогневали Его и преданы позору, но и они рабы и подвластны Ему. Потому, говорит, "исповедайтесь", что вы имеете Бога, Который выше всех, Которому нет подобного, Который есть Владыка всех, Господь всех. Впрочем, Он на­зывается и Богом благоугодивших Ему; например, когда го­ворится: "Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова" (Исх.3:6). Почему же здесь Он называется Богом бесов? В ином смысле говорится то, и в ином это. Там представ­ляется близость и особенная любовь Его к ним; а здесь по­казывается Его превосходство.

"Он Един сотворил великие чудеса, ибо во век милость Его" (ст. 4). Сказав, что Он есть Господь и Владыка богов, пророк при­водит теперь доказательство этой истины, подтверждает ска­занное, указывая опять на силу Его. Не сказал: сотворившему, но: творящему, выражая, что Он непрестанно благодетельствует, творит чудеса, совершает, дела дивные[1]. Пророк представ­ляет два особенные Его свойства: что Он "творит" и что тво­рить "Един"; или лучше сказать – три и даже четыре: что Он "творит", и творит "чудеса", и "великие" чудеса, и творит "Един". Этими словами не опровергается Сын Божий, но только Бог противопоставляется бесам. Посмотрим же, какие это чудеса, великие чудеса, которые Он один творит. Впрочем, вначале пророк говорил нам не о силе, но о человеколюбии и благости Божией: "исповедайтесь", говорил он, "Господу, ибо Он благ". Почему же теперь Он перешел к силе? Потому, что эти чудеса суть действия не только силы, но и человеколюбия. Объясняя, какие это чудеса, он продолжает: "сотворил небеса разумно, ибо во век милость Его. Утвердил землю на водах, ибо во век милость Его" (ст. 5, 6). Другой переводчик (неизвестный переводчик, см. Ориг.) говорит: составившему землю в водах (πιλήσαντι παρ υδασι). "Он Един сотворил великие светила, ибо во век милость Его: солнце – для управления днем, ибо во век милость Его. Луну и звезды для управления ночью, ибо во век милость Его" (ст. 7-9). Если все это показывает Его силу и премудрость, то вместе показывает и великое Его человеколюбие. То, что все это так величественно, прекрасно и прочно, возвещает о силе и пре­мудрости; а то, что оно сделано для нас и для нашей пользы, возвещает о человеколюбии и постоянной благости Его. Видишь ли, как "во век милость Его"? Не на десять и не на двадцать лет Он сотворил это, и не на сто, двести, или тысячу лет, но продолжил на всю жизнь нашу. Выражая это самое, пророк и прибавляет в каждом стихе: "ибо в век милость Его". Поразительно и то, что Он, сотворив это и предоставив нам в начале, не лишил и тогда, когда человек преступил заповедь, но что дал ему, когда еще он не согрешил, то оставил в наслаждение ему и после грехопадения, и не воспрепятствовал пользоваться этим после греха. Притом Он сотворил не одно только небо, но и другое, показав в самом начале, что Он не оставит нас на земле, но переселит туда. Если бы Он не хотел переселить нас туда, то для чего и создано было бы небо? Эта стихия для Него самого не нужна, потому что Он ни в чем не имеет нужды; но, желая нас с земли переселить туда, Он приготовил тамошние обители.

2. Вот почему и пророк, зная это, в каждом стихе прибавляет: "во век милость Его", удивляясь Его человеколюбию. "Утвердил землю на водах". Посмотри и здесь на человеко­любие Его. Когда мы сделались смертными и подверглись многим нуждам, Он и тогда не оставил нас, но дал нам здесь на время соответственное пристанище и наполнил землю столь мно­гими знаками своего человеколюбия, что и словами выразить их невозможно. Погружаясь в бездну этих благодеяний и видя это беспредельное море, пророк в восторге возвысил свой го­лос и сказал: "как величественны дела Твои, Господи! Все премудростью Ты сотворил" (Пс.103:24). Кто посмотрит на солнце, на луну, на порядок времен, тот и теперь увидит все Его человеколюбие. Действительно, эти стихии не мало способствуют к благосостоянию нашей жизни и даже к самой жизни: они питают, дают зрелость плодам, так что без них и жить было бы невозможно, показывают нам времена года, означают часы дня, различают течение дня и ночи, руководят путеше­ствующих по земле и морю, доставляют пользу и в других бесчисленных отношениях. Видишь ли, как "во век милость Его", и почему пророк в каждом стихе повторяет это? Другой переводчик (неизвестный переводчик, см. Ориг. Экз.) слова: "для управления днем", передает так: владеет днем (επικρατει̃ν). Третий (неизвестный переводчик): во область ночью (εν νυκτί). "Поразил Египет с первенцами его, ибо во век милость Его. И извел Израиля из среды их, ибо во век милость Его. Рукою крепкою и мышцею высокою, ибо во век милость Его" (ст. 10-12). Он часто обращается к чуду, бывшему в Египте, по причине великой неблагодарности иудеев, которые, постоянно слыша, забывали об этом. И в самом деле, это чудо – не малая милость; оно избавило их от плена, от раб­ства, и для потомков послужило поводом к богопознанию. Впрочем, здесь намекается и на нечто другое. На что? На то, что и после тех казней освобождение их от рабства зависело от силы Его, поразившего их страхом и потопившего егип­тян в море. А это говорит он для того, чтобы кто-нибудь из неразумных не подумал, будто Бог, повелев им взять золото и серебренные сосуды, повелел по Своей слабости. Он сделал это, желая во всех отношениях быть страшным для врагов и показать, что Он может сделать все и силою и вла­стью, и скрытно и незаметно для них. То, что сделал Он явно, сделал не потому, будто не мог устроить скрытно; и то, что устроил скрытно, сделал не потому, будто не мог взять явно; но в том и другом случае показал Свою силу. А что и это навело великий страх на иноплеменников, о том, послу­шай, как впоследствии сказали волхвы азотские: "и для чего вам ожесточать сердце ваше, как ожесточили сердце свое Египтяне и фараон? вот, когда Господь показал силу Свою над ними, то они отпустили их, и те пошли" (1Цар.6:6). Видишь ли, как они страшились Его и по­этому, – по причине похищения, скрытности, неизвестности для них?

"Разделил Чермное море на части, ибо во век милость Его" (ст. 13). Другой (Симмах): на отделения (είς τομάς). Третий (неизвестный переводчик, см. Ориг. Экз.): на части (είς τμήματα). Некоторые говорят, что был не один путь, но вода расступилась отдельно для каждого ко­лена, так что было много проходов. Все это, если показывало великую Его силу и являло Его страшным и великим, то вместе было делом и великого человеколюбия не только к тем, которые удостоились этого, но и к врагам, если бы они хотели быть внимательными. В самом деле, Он не вдруг потопил их, но когда они, после такого множества чудес, решились броситься в воду. Хотя бы они были бесчувственнее всех, они должны были, представив прежние чудеса и настоя­щие, бывшие у них пред глазами, удивляться Его силе, покла­няться и оставить неуместное состязание. Но они, видя, как вся природа по Его воле изменяет свои свойства и восстает против них, даже и при этом не оставили своего безумия, но, и взирая на такое необычайное чудо, дерзко вступили на этот необычайный и новый путь. Потому море и сделалось для них гробом, и это было делом не природы, а казнью, посланною от Бога. Потому в короткое время и совершились противопо­ложные действия, и море разделилось не в одном месте, но по числу всех колен. При каждом из знамений пророк упоминает о милости, потому что она преимущественно была целью действий Божиих, и чудеса совершались на стихиях для того, чтобы они не были приписаны естественному порядку вещей, но высшему мановению, творившему чудеса. Так было и с морем. А что это произошло тогда не по случаю, видно из того, что после ничего такого уже не было; между тем все, проис­ходящее естественно, часто повторяется и обыкновенно бывает в известное время. "И провел Израиля среди него, ибо во век милость Его" (ст. 14).

3. Видишь ли, как справедливо пророк в каждом стихе прибавляет: "во век милость Его"? Все это показывает непрерывное Его попечение. Хотя сами события имели конец, но воспоминание о них служило для потомков великим побуж­дением к богопознанию; будучи передаваемы потомкам чрез воспоминание, они руководили их к великому любомудрию. Впрочем не одни эти чудеса были совершаемы, после них не прекратилось промышление Божие, и на событиях египетских не остановилось Его человеколюбие, но всякое время и всякий век представляют обильные доказательства неизреченного Его человеколюбия. Удивляясь этому, пророк постоянно и прибавляет: "ибо во век милость Его". Хорошо прибавил он: "провел Израиля среди него", потому что и это – дело могущества Божия. Не довольно было только раздвинуть море и сделать для них переход удоб­ным, – это самое еще более могло поразить их, устрашить и удержать от решимости, внушая своею необычайностью великую боязнь, – а сила Божия, и после отступления моря, произвела в них смелость и внушала им идти этим новым и необыкно­венным путем. Когда воды возвышались с той и другой сто­роны, нужно было иметь возвышенную и мужественную душу, чтобы не страшиться перехода и не опасаться, чтобы море, поднявшееся по ту и другую сторону, не низвергнулось на них и не потопило всего стана. "И низверг фараона и войско его в Чермное море, ибо во век милость Его" (ст. 15). Это выражение употребил он, желая показать, как легко совершилось потопление. Притом заметь, как вместе с могуществом и гневом Бог показал и долготерпение, не прежде погубив их, – хотя они и дошли до такого бесстыдства и сопротивления, – как когда они сами добро­вольно бросились в пропасть. Не напрасно наказывается и вой­ско фараона; так как оно разделяло грех и участвовало в преследовании, то разделило и наказание и мучение.

"Провел народ Свой в пустыне, ибо во век милость Его" (ст. 16). Это – не меньше того, как провести через море. В самом деле, хотя там земля была суха, и можно было на ней поставить стан, но вместе с тем было много других не­удобств. Там все могло погубить их и предать жесточайшей смерти: и голод, и засуха, и жажда, и лучи солнца, ударяющие более надлежащего, и множество диких зверей, и недостаток во всем необходимом. Ты знаешь, сколь во многом человек имеет нужду. Но они, будучи лишены всего этого, не имея ни крова, ни пищи, ни достаточной одежды, ни обуви, и ничего другого подобного, как бы ликуя среди городов, продолжали путь в таком положении чрез всю пустыню. Посмотри, сколь многих чудес, бывших в пустыне, и сколь многих лет руководительства народом пророк не исчисляет, а упоминает только о двух чудесах, совершившихся над тамошними ца­рями. Проходя молчанием новую их пищу, чудный кров, све­тильник, который никогда не переставал являться, одежды, которые не ветшали, обувь, которая не изнашивалась, источники, которые истекали из камней, и другие необыкновенные и чуд­ные явления, которые делали для них путь удобным, он упоминает только о двух, как Бог поразил царей инопле­менников, как воздвиг трофей и даровал им победу; а прочее представить обстоятельно предоставляет слушателю. Поэтому он говорит: "поразил царей великих, ибо во век милость Его. И убил царей крепких, ибо во век милость Его: Сигона, царя Аморрейского, ибо во век милость Его, и Ога, царя Васанского, ибо во век милость Его" (ст. 17-20). И к каждому стиху прибавляет: "ибо во век милость Его", пока­зывая, что хотя одних врагов сменяли другие, но никто не победил их. Почему? Потому что они непрестанно удостаива­лись человеколюбия Божия. Это и выражает он, постоянно повторяя: "ибо в век милость Его". "И дал землю их в наследие, ибо во век милость Его. В наследие Израилю, рабу Своему, ибо во век милость Его" (ст. 21-22). Два вида благодея­ния: тот, что они победили врагов, и тот, что сделались господами их владений. Действительно, и то было делом вели­кой силы, что они не только изгнали туземцев, но и были в состоянии занять и удержать чужую землю.

Далее, опять объясняя, что они сделались владетелями всего этого не по своим заслугам, а единственно по благости Божией, прибавляет: "Он вспомнил нас в уничижении нашем, ибо во век милость Его" (ст. 23), выражая, что не в добродетелях, не в счастье, а "в уничижении нашем". Смысл этих слов следующий: достаточно было бедствия и страдания нашего, чтобы преклонить Его на ми­лость. Так и в начале, когда освободил их из Египта, Он не сказал: видя видел перемену их к лучшему, но: "Я увидел страдание народа Моего в Египте" (Исх.3:7). "И избавил нас от врагов наших, ибо во век милость Его" (ст. 24). Чтобы не перечи­слять отдельно войн, нападений, побед, трофеев, он опять, одним словом коснувшись ряда их подвигов и оставив то, что происходило в частности с иудеями, обращается к всеобщему Его промышлению и говорит: "Он дает пищу всякой плоти, ибо во век милость Его" (ст. 25). Другой (Акила): который дает хлеб (ός δίδωσιν αρτον). Третий (Симмах): дающий хлеб (διδοὺς αρτον). Итак не земля, не вода, не воздух, не солнечный луч, и не что-нибудь другое произращает плоды, но все – от Него. По­смотри и здесь не только на могущество, но и на неизреченное человеколюбие Его. Как Христос сказал: "ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных" (Мф.5: 45), так и пророк здесь выражает тоже в словах: "Он дает пищу всякой плоти", т.е., не праведным и добродетельным только, но и грешникам и нечестивым и всему роду человеческому, что в особенности и возвещает об Его владычестве. Ви­дишь ли, что псалом составлен особенно для того, чтобы руко­водить к богопознанию? Потому и в начале он прежде всего указал на всеобщие явления, и в конце ими же заключил речь: выше сказал о солнце и луне, о молниях и дождях, которые бывают не в одной только части вселенной, а в заключение указал на общую всех пищу. Затем, доказав промышление Божие о всем, прибавил: "исповедайтесь Богу Небесному, ибо во век милость Его" (ст. 26), потому что из сказан­ных явлений открывается и то, что Он есть Господь всего, и горнего и дольнего, и на все простирается Его промышление и попечение. Будем же возносить Ему благодарность за все, за всеобщее и за частное, за благость, за человеколюбие, за могу­щество, за попечение, и будем делать это постоянно в продол­жение всей жизни, как и псалмопевец говорит: "исповедайтесь Господу, ибо Он благ, ибо во век милость Его". Это – жертва; это – приношение; это особенно преклоняет Его на милость к нам и привлекает Его благоволение, которого да сподобимся все мы, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава во веки веков. Аминь.

[1] Святитель читает не: сотворшему, а: творящему – τω̃ ποιου̃ντι
 
 
Беседа на псалом 136

1 Давиду иеремием. На рeках вавилонских, тамо сeдохом и плакахом, внегда помянути нам сиона:

2 на вербиих посредe его обeсихом органы нашя.

3 Яко тамо вопросиша ны плeншии нас о словесeх пeсней, и ведшии нас о пeнии: воспойте нам от пeсней сионских.

4 Како воспоем пeснь Господню на земли чуждей?

5 Аще забуду тебе, иерусалиме, забвена буди десница моя.

6 Прильпни язык мой гортани моему, аще не помяну тебе, аще не предложу иерусалима, яко в началe веселия моего.

7 Помяни, Господи, сыны едомския в день иерусалимль глаголющыя: истощайте, истощайте до оснований его.

8 Дщи вавилоня окаянная, блажен, иже воздаст тебe воздаяние твое, еже воздала еси нам:

9 блажен, иже имет и разбиет младенцы твоя о камень.

1 Давида. Иеремиею. На реках Вавилонских, там сидели мы и плакали, когда вспоминали о Сионе.

2 На вербах среди него мы повесили органы наши.

3 Ибо там спрашивали нас пленившие нас о словах песней и уведшие нас о пении: "воспойте нам (что-либо) из песней сионских!"

4 Как запоем песнь Господню на земле чужой?

5 Если забуду тебя, Иерусалим, да будет забыта десница моя!

6 Прилипни язык мой к гортани моей, если я не буду помнить Тебя, если не поставлю Иерусалима, как верх веселия моего!

7 Припомни, Господи, сынам Едомским, в день Иерусалима говорившим: "опустошайте, опустошайте его до основания!"

8 Дочь Вавилона окаянная! Блажен, кто сделает тебе воздаяние за то, что сделала ты нам.

9 Блажен, кто возьмет и разобьет младенцев твоих о камень.

Вавилонский плен пробудил в иудеях пламенную любовь к Иерусалиму и много способствовал их исправлению. – "Если забуду тебя, Иерусалим, да будет забыта десница моя". – Увещание жить так, чтобы не лишиться горнего Иерусалима. – Жажда мести со стороны пленных иудеев, мысль самого пророка и новозаветное учение об этом.

1. Велика любовь у этих людей к городу (Иерусалиму), великое желание – возвратиться туда. Пока они обладали благами, то постоянно были недовольны и дерзки; а когда лишились их, тогда стали желать их; для того Бог и лишил их, чтобы возбудить в них большее желание. Так и часто поступает Бог. Когда мы, наслаждаясь Его благами, не чувствуем этого, Он лишает нас их, чтобы мы вразумились лишением и опять старались приобрести их. Но почему они сидели при реках? Они были пленниками и находились в неприятельской стране; потому и жили вне стен и городов. "На вербах среди него мы повесили органы наши" (ст. 2). Другой переводчик (Акила) го­ворит: псалтири (κιθάρας). Третий (Симмах): лиры (λύρας). Для чего они, отправляясь в плен, взяли с собою органы, которыми не могли пользо­ваться? Это устроено было Богом для того, чтобы и в чужой стране они имели памятники своего прежнего общественного устройства и тем более сокрушались, видя знаки тогдашнего богослужения. "Ибо там спрашивали нас пленившие нас о словах песней и уведшие нас о пении: "воспойте нам (что-либо) из песней сионских!" (ст. 3). Не мало пользы получили они и от того, что инопле­менники приставали к ним и желали слышать их песни. По­смотри и здесь, какое получали они исправление от плена. Те, которые вышли из надлежащих пределов, отступили от своего богопочтения и всеми способами попирали закон, на чу­жой земле вели себя так строго, что даже тогда, когда ино­племенники приставали к ним, угрожали, со всех сторон окружали их и желали послушать, даже и тогда они не скло­нились на их желание, но предпочли закон и строго сохра­нили его. Вместо: "уведшие", другой переводчик (неизвестный, см. Ориг. Экз.) сказал: надменно поступавшие с нами (καταλαζονευόμενοι ήμω̃ν), выражая как бы следующее: те, кото­рые прежде нападали на нас и восставали, со временем сделались столь кроткими, тихими и смиренными, что даже желали послушать наших песней. Однако иудеи не согласились петь. Видишь ли, как скорбь делает людей сильными, как делает сокрушенными, как смиряет душу? Они и плакали и сохраняли закон; те самые, которые смеялись над плакавшими пророками, забавлялись и издевались, теперь, когда им никто не напоминал об них, обращались к слезам и плакали. От этого и враги получали великую пользу; они видели, что иудеи тяготились не пленом, оплакивали не рабство и не пребывание в чужой земле, а лишение собственного богослужения. Поэтому псалмопевец и прибавляет: "вспоминали о Сионе". И не просто плакали они, но делали из этого постоян­ное занятие. Поэтому и в начале он сказал: "сидели мы и плакали", т.е. для того и садились, чтобы плакать и рыдать. По­чему же не позволялось им петь в чужой земле? Потому, что нечистым ушам не следовало слышать этих таинственных песнопений. "Как запоем песнь Господню на земле чужой?" (ст. 4)? Т.е. нам не позволительно петь; хотя мы и лишились отече­ства, однако продолжаем хранить закон и соблюдать его в точности; хотя вы и владеете нашими телами, но не преодо­леете души. Видишь ли душу, которая от скорби сделалась любомудрою и стала выше бедствий? "Если забуду тебя, Иерусалим, да будет забыта десница моя! Прилипни язык мой к гортани моей, если я не буду помнить Тебя, если не поставлю Иерусалима, как верх веселия моего!" (ст. 5, 6). Заметь и здесь великую перемену. Те, которые каж­дый день слышали, что они будут лишены города, и не обра­щали на это внимания, теперь сами на себя призывают прокля­тия, если забудут о нем. Что значит: "да будет забыта десница моя"? Пусть, говорит, крепость моя, сила моя забудет меня, и пусть я буду безгласен от множества бедствий, "если я не буду помнить Тебя, если не поставлю Иерусалима, как верх веселия моего". Что значит: "если не поставлю Иерусалима"? Не только, гово­рит, буду воспоминать о тебе при других делах, но и при пении, и в песнях. Слово: "поставлю" значит: поставлю в начале песни; оно выражает сильное желание или лучше лю­бовь и пламенное стремление к городу. Выслушаем это все мы, и будем поучаться. Как они, когда лишены были города, тогда и стали искать его, так многие и из нас испытают тоже, когда в тот день лишатся горнего Иерусалима. Но они после лишения имели надежду возвращения, а нам, когда мы лишимся, уже невозможно будет возвратиться. "Червь их", гово­рить Господь, "не умирает и огонь не угасает" (Мк.9:46). Поэтому нам нужно с особенною тщательностью наблюдать за самими собою и так устроять настоящую жизнь, чтобы не сде­латься пленниками, чуждыми и отлученными от того отече­ственного города. "Припомни, Господи, сынам Едомским, в день Иерусалима говорившим: "опустошайте, опустошайте его до основания!" (ст. 7). И это выражение свойственно людям, пламенно стремящимся к городу. Смысл слов их следующий: накажи тех, которые не хотели довольствоваться взя­тием города, не насытились его разрушением, но настаивают и говорят: разрушайте, пока есть у него основание. Они хотели бы, чтобы не осталось и самих оснований города, но чтобы и основания его были исторгнуты.

2. Вместе с вавилонянами тогда напали на иудеев и аравитяне, о которых пророк часто упоминает и которых сильно укоряет за то, что они, не смотря на свое родство с иудеями, поступали хуже врагов. "Дочь Вавилона окаянная! Блажен, кто сделает тебе воздаяние за то, что сделала ты нам" (ст. 8). Другой (Акила): опустошенная (προνενομευμένη). Третий (Феодотион): которая будет расхищена (διαρπασθησομένη). Здесь он показывает силу Божию не в избавлении от бедствий, но и в ниспослании бедствий на самих победителей, предсказывает несчастья, которые постигнут Вавилон, и, по причине имею­щих постигнуть его бедствий, называет его несчастным. Этим он также научает иудеев, внушая, что сила Божия распростерта по всей земле. "Блажен, кто сделает тебе воздаяние за то, что сделала ты нам". Другой (неизвестный, см. Ориг. Экз.): которое прежде ты сделала нам (προεποίησας). "Блажен, кто возьмет и разобьет младенцев твоих о камень" (ст. 9).

Эти слова, исполненные великого гнева и угрожающие вели­ким наказанием и мучением, суть слова страсти пленных, которые требуют великого наказания, некоторой изумительной и необыкновенной казни. Пророки многое говорят не от себя, но изображая и выставляя на вид страсти других. Если же хочешь знать собственную мысль пророка, то послушай, что он говорит: "если я отомстил воздающим мне зло" (Пс.7:5); он стоял выше даже той меры возмездия, которая была дозволена ему законом. А когда он изображает страсти других, то описы­вает гнев, негодование, как сделал и теперь, выставляя на вид страстное желание иудеев, которые простирали свой гнев даже на младенческий возраст. Но не так в новом завете; напротив, нам заповедано напаять и питать врагов и мо­литься за обижающих нас. Это мы делаем по установлен­ному для нас закону. Какому? "Если праведность ваша", сказал Господь, "не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное" (Мф.5:20). Покажем же великое усердие и будем в превосходстве хранить всю правду, живя еще на земле, как на небе, и ликуя вместе с ангелами. Таким образом мы достигнем и будущих благ, которых да сподобимся все мы, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава во веки веков. Аминь.
 
 
Беседа на псалом 137

1 Псалом давиду, аггеа и захарии. Исповeмся тебe, Господи, всeм сердцем моим, и пред ангелы воспою тебe, яко услышал еси вся глаголы уст моих:

2 поклонюся ко храму святому твоему и исповeмся имени твоему о милости твоей и истинe твоей, яко возвеличил еси над всeм имя твое святое.

3 В оньже аще день призову тя, скоро услыши мя: умножиши мя в души моей силою твоею.

4 Да исповeдятся тебe, Господи, вси царие земстии, яко услышаша вся глаголы уст твоих:

5 и да воспоют в путех Господних, яко велия слава Господня:

6 яко высок Господь, и смиренныя призирает, и высокая издалеча вeсть.

7 Аще пойду посредe скорби, живиши мя: на гнeв враг моих простерл еси руку твою, и спасе мя десница твоя.

8 Господь воздаст за мя: Господи, милость твоя во вeк: дeл руку твоею не презри.

1 Псалом Давида. Аггея и Захарии. Исповедаюсь Тебе, Господи, всем сердцем моим, и пред Ангелами воспою Тебе, ибо Ты услышал все слова уст моих.

2 Поклонюсь храму святому Твоему и исповедаю имя Твое, за милость Твою и истину Твою, ибо Ты возвеличил над всем имя Твое святое.

3 Когда я призову Тебя, скоро услышь меня: силою Твоею умножь попечение обо мне, о душе моей.

4 Да исповедают Тебя, Господи, все цари земли, ибо они услышали все слова уст Твоих,

5 И да воспоют пути Господни, ибо велика слава Господня.

6 Ибо высок Господь и на смиренное взирает и превознесенное издали знает.

7 Если я пойду среди скорби, Ты даруешь мне жизнь: на гневных врагов моих Ты простер руку Твою, и спасла меня десница Твоя.

8 Господь воздаст за меня; Господи, милость Твоя во век, дел рук Твоих не презирай.

Что значит: "и пред Ангелами воспою Тебе"? – От нас зависит, что бы мы были услышаны Богом. – "Ты возвеличил над всем имя Твое святое.., умножь попечение обо мне, о душе моей". – Призыв всех властителей земли к благодарности Господу. – "И да воспоют пути Господни". – Господь далеко провидит будущее и спасает бедствующих, как милосердый Творец.

1. Об этом я часто беседовал с вами; потому, оставив это, перейдем к следующему. Что значит: "и пред Ангелами воспою Тебе"? Другой переводчик (неизвестный переводчик, см. Ориг. Экз.) говорит: с дерзновением, Боже, воспою тебя (παρρησία… άσω σε). Третий (Акила): пред богами воспою тебе (έναντι θεω̃ν μελψδήσω σοι). Если он гово­рит об ангелах небесных, то слова его имеют такой смысл: постараюсь петь вместе с ангелами, буду соревновать им, ликовать вместе с горними силами; хотя я и отличен от них по природе, однако постараюсь усердием сравняться с ними. Если же примем эти слова по изъяснению других пере­водчиков, то, мне кажется, он говорит о священниках. Пи­сание обыкновенно называет священника и ангелом и богом; то оно говорит: "судей не злословь и начальника в народе твоем не поноси" (Исх.22:28), то: "уста священника должны хранить ведение, и закона ищут от уст его, потому что он вестник Господа Саваофа" (Малах.2:7). Таким образом, если принять последнее, то сказанное нужно понимать так: со священниками, в их присутствии, когда они будут начинать и предшествовать, и я с подобающим благочинием пойду, последую за ними и воспою Тебе. "Ибо Ты услышал все слова уст моих". Видишь ли вели­кую благодарность? Видишь ли напряженное внимание? Не так, как некоторые из людей беспечных и рассеянных, которые до получения бывают ревностны, а после получения нерадивы, – он и до получения усердно приступает, и после получения непрестанно благодарит. А из того, что он был услышан Богом, видно, что он совершал молитву чистую и превосход­ную, потому что мы тогда особенно бываем услышаны, когда молитва наша благоугодна Ему.

Итак, от нас зависит и то, чтобы мы были услышаны. Когда мы просим того, что Бог достойно может дать, когда просим с усердием; когда сами делаем себя достойными получения, тогда Он слышит моление и подает просимое. "Поклонюсь храму святому Твоему и исповедаю имя Твое, за милость Твою и истину Твою, ибо Ты возвеличил над всем имя Твое святое" (ст. 2). Не малая и это добродетель, когда кто может входить в храм и, входя, покланяться с чистою совестью. Не в том дело, чтобы преклонить колена, или войти в храм, но в том, чтобы войти с душою усердною и с умом внимательным, чтобы пребы­вать в нем не телом только, но и душою. Не малое достоин­ство – покланяться Богу всех так, как должно покланяться. Если пред царями это считается достоинством, то тем более пред Богом всех. "И исповедаю имя Твое, за милость Твою и истину Твою". Что это значит? Буду благодарить, говорит, Тебя за то, что я испытал на себе великое Твое попечение, потому что я не за свои заслуги удостоился возвратиться в отечество и увидеть храм, но по милости Твоей и человеко­любию Твоему. За то буду покланяться Тебе, за то "исповедаю имя Твое", что меня, достойного казни и мучения и стоящего того, чтобы постоянно жить в чужой стране, Ты скоро возвратил оттуда. "Ибо Ты возвеличил над всем имя Твое святое". Смысл этих слов следующий: не за благодеяния только я буду благо­дарить, но и за саму славу Твою неизреченную, за величие беспредельное, за естество непостижимое. "Ибо Ты возвеличил", гово­рить, "над всем имя Твое святое", т.е. благодеяниями, стихиями, – тем, что на небе, тем, что на земле, делами в отношении к врагам, делами в отношении к Своим. Нет ни одной части создания, горнего и дольнего, которая не возвещала бы звучнее трубы величия имени Твоего. Представим ли ангелов, или архангелов, или бесов, или бесчувственные стихии, камни, семена, солнце, луну, землю, моря, или рыб и птиц, или озера, источники, реки, – во всем является великое имя Твое. Другой переводчик (неизвестный, см. Ор. Экз.) вместо: "Ты возвеличил над всем имя Твое святое", говорит: потому что ты возвеличил над всеми именами твоими слово твое (υπερ πάντα τὰ νόματά σου τὴν ρη΅σιν σου). Третий (неизвестный, см. Ор. Экз.): изречение твое (λόγιον). "Когда я призову Тебя, скоро услышь меня: силою Твоею умножь попечение обо мне, о душе моей" (ст. 3). Другой (неизвестный, см. Ор. Экз.): в день, в который я призвал тебя, ты услышал меня (επεκαλεσάμην… επήκουσας). Это и Бог обещал, сказав: "тогда ты воззовешь, и Господь услышит; возопиешь, и Он скажет: "вот Я!" (Ис.58:9); этого и пророк просит. Та­ковы души, находящиеся в скорби: они хотят скоро видеть избавление от бедствий. "Силою Твоею умножь попечение обо мне, о душе моей". Другой (Симмах): ты возбудил в душе моей силы (συνέστης… δυνάμεις), как и прежде, вместо: услыши меня, другой переводчик сказал: услышал меня. Что же значат эти слова? Возвышенным (μετέωρα) называется все вы­сокое, от глагола: αιρεσθαι (подниматься вверх), и возвышениями моря (μετεωρισμοὶ) называются его волны и поднятия, от αιρεσθαι.

Поэтому умножь значит: вознесешь меня, возвысишь меня. Тоже он сказал и в другом мести: "по высоте Твоей Ты умножил попечение о сынах человеческих" (Пс.11:9), т.е. вознес, возвысил. Так и здесь он говорит: умножь, чтобы выразить: Ты исполнишь меня великой радости, сделаешь душу мою возвы­шенною и, что всего важнее, не допустишь, чтобы это возвышение мое, эта радость моя была скоротечна, но сделаешь ее крепкою, прочною, твердою и неподвижною. Вот что значит: "силою Твоею умножь попечение обо мне, о душе моей".

2. Смысл этих слов следующий: Ты возвысишь меня силою, вознесешь крепостью и поможешь мне. Потому и другой переводчик, выражая это самое, сказал: ты возбудил в душе моей силы. Хорошо сказал он: в душе моей. Это особенно свойственно Богу – ободрять души среди скорбей, как было и с апостолами. Их бичевали, а они возвращались с радостью (Деян.5: 41): так возвышена была душа их! Это преимуще­ственное дело силы Божией, это преимущественно являет мо­гущество Его, – не допускать душу падать среди бедствий. "Да исповедают Тебя, Господи, все цари земли, ибо они услышали все слова уст Твоих" (ст. 4). Посмотри на признательность его. Он не довольствуется тем, что сам благодарит, но и всех властителей призывает к участию в благодарности, и даже венценосцев. Хотя и велика, говорит, их власть и сила, но все они должны благодарить Тебя и за то, что сделано для дру­гих. Выражая это, он и присовокупляет: "услышали все слова уст Твоих". Если они будут благодарить, то получат отсюда великое приобретение и пользу. Дары Твои так открыты для всех, что, кто хочет, может участвовать в них и пользо­ваться ими. И царство не может доставить людям столько пользы, сколько слышание слов Твоих. Это для них – безо­пасность, это – сила, это – украшение, это – великолепие, это – царство, это – блеск и могущество власти. "И да воспоют пути Господни, ибо велика слава Господня" (ст. 5). Если читать: в путях Твоих, то сказанное значит: в зако­нах Твоих, в повелениях Твоих. Если же – "пути Господни", то: пусть, говорит, повествуют, прославляют, возвещают слав­ные дела Твои, – это именно значит слово: "да воспоют". "Ибо велика слава Господня", т.е. всем известна, всем ясна, всем оче­видна, всем готова благодетельствовать, так что все обязаны ей благодарностью. "Ибо высок Господь и на смиренное взирает и превознесенное издали знает" (ст. 6). Высок по естеству, высок по существу. Но здесь еще говорится применительно к служению иудейскому и не в стро­гом смысле; а далее он поясняет это и смиренному слуша­телю внушает глубокую мысль. Что же значит: "превознесенное издали знает"? Здесь говорится о предведении, которое особенно свойственно силе Божией. Потому и у пророков Бог часто этим опровергает заблуждение идолослужителей. Другой пере­водчик (Акила) говорит: и вознесенное издалеча распознает (επηρμένον… διαγινώσκει). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): и возвышенное (μετεώρον). Так как он сказал: "высок Господь и на смиренное взирает", то прибавляет: "и превознесенное издали знает", дабы показать, что Бог не просто знает высокое, но и на большом расстоянии, т.е. прежде, нежели оно сбылось, прежде, нежели исполнилось, прежде, нежели осуществилось на деле. "Если я пойду среди скорби, Ты даруешь мне жизнь: на гневных врагов моих Ты простер руку Твою, и спасла меня десница Твоя" (ст. 7). Не сказал: отгонишь скорбь; но: среди самих скорбей оживишь меня, т.е. можешь спасти среди самих опасностей. Это и удивительно и необыкновенно, чтобы в то самое время, когда окружают бедствия и враги, поставить в безопасности человека, окруженного ими. "На гневных врагов моих Ты простер руку Твою". Другой (Симмах): против дыхания врагов моих прострешь (αναπνοη̃ς… εκτενει̃ς). Видишь ли величайшую силу, простирающуюся на ту и другую стороны? И меня, гово­рит, находящегося среди бедствий, Ты можешь спасти, и их, беснующихся, неистовствующих и дышащих огнем, смирить и укротить. "И спасла меня десница Твоя". Другой (Симмах): и спасет меня дес­ница твоя (σώσει), т.е. сила Твоя, крепость Твоя. Подлинно у Бога есть все пути и все средства, и из отчаянного положения Он может привесть ко спасению. "Господь воздаст за меня; Господи, милость Твоя во век, дел рук Твоих не презирай" (ст. 8). Дру­гой (неизвестный переводчик, см. Ориг. Экз.): отдаст (συντελέσει). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): уплатит (επιτελέσει), т.е. отмстит врагам. Не сказал: отмстить, а: "воздаст", дабы показать, что, хотя долг на мне, но Он удовлетворит и уплатит, потому что Он че­ловеколюбив. Можно относить это и к тому, что сделано для нас Христом. Он воздал за нас. "Господи, милость Твоя во век, дел рук Твоих не презирай". Приводит два основания для получения милости: одно то, что Бог милосерд и благ, и ми­лосерд постоянно, так что человеколюбие Его никогда не пре­рывается, не прекращается и не уменьшается; а другое то, что Он – Творец и Создатель. Но если мы на этих основаниях испрашиваем себе спа­сения, то и с своей стороны должны являть что-нибудь достой­ное милости. "Кого миловать", говорит Он, "помилую" (Рим. 9:15). Он милует не без разбора, но и Он также делает некоторое различие. Если бы Он миловал без разбора, то ни­кто не подвергался бы наказанию. Итак, будем делать должное не только для того, чтобы получить милость, но и потому, что мы созданы Богом. Кто создан Богом, имеет такого Творца и Царя, тому должно вести жизнь, достойную Его попечения и такого промышления. Если мы будем так поступать, то полу­чим будущие блага, которых да сподобимся все мы, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава во веки веков. Аминь.
 
 
Беседа на псалом 138

1 В конец давиду, псалом захариин, в разсeянии. Господи, искусил мя еси и познал мя еси: ты познал еси сeдание мое и востание мое.

2 Ты разумeл еси помышления моя издалеча:

3 стезю мою и уже мое ты еси изслeдовал и вся пути моя провидeл еси.

4 Яко нeсть льсти в языцe моем: се, Господи, ты познал еси

5 вся послeдняя и древняя: ты создал еси мя и положил еси на мнe руку твою.

6 Удивися разум твой от мене, утвердися, не возмогу к нему.

7 Камо пойду от духа твоего? и от лица твоего камо бeжу?

8 Аще взыду на небо, ты тамо еси: аще сниду во ад, тамо еси.

9 Аще возму крилe мои рано и вселюся в послeдних моря,

10 и тамо бо рука твоя наставит мя, и удержит мя десница твоя.

11 И рeх: еда тма поперет мя? и нощь просвeщение в сладости моей.

12 Яко тма не помрачится от тебе, и нощь яко день просвeтится: яко тма ея, тако и свeт ея.

13 Яко ты создал (стяжал) еси утробы моя, восприял мя еси из чрева матере моея.

14 Исповeмся тебe, яко страшно удивился еси: чудна дeла твоя, и душа моя знает зeло.

15 Не утаися кость моя от тебе, юже сотворил еси в тайнe, и состав мой в преисподних земли.

16 Несодeланное мое видeстe очи твои, и в книзe твоей вси напишутся: во днех созиждутся, и никтоже в них.

17 Мнe же зeло честни быша друзи твои, Боже, зeло утвердишася владычествия их:

18 изочту их, и паче песка умножатся: востах, и еще есмь с тобою.

19 Аще избиеши грeшники, Боже: мужие кровей, уклонитеся от мене.

20 Яко ревниви есте в помышлениих, приимут в суету грады твоя.

21 Не ненавидящыя ли тя, Господи, возненавидeх, и о вразeх твоих истаях?

22 Совершенною ненавистию возненавидeх я: во враги быша ми.

23 Искуси мя, Боже, и увeждь сердце мое: истяжи мя и разумeй стези моя:

24 и виждь, аще путь беззакония во мнe, и настави мя на путь вeчен.

1 В конец. Давида. Псалом Захарии, в рассеянии. Господи, Ты испытал меня и узнал меня: Ты узнал, когда я сажусь и встаю.

2 Ты издали уразумел помыслы мои.

3 Стезю мою и путь мой Ты исследовал, и все пути мои Ты предвидел,

4 Ты, Господи, узнал, что нет лести на языке моем:

5 Все последнее и первое. Ты создал меня и положил на меня руку Твою.

6 Дивно ведение Твое для меня: мощно! Не могу (постигнуть) его.

7 Куда пойду от Духа Твоего и от Лица Твоего куда убегу?

8 Взойду ли на небо - Ты там, сойду ли в ад - Ты там пребываешь.

9 Если подниму крылья мои поутру и поселюсь на краю моря,

10 То и там рука Твоя поведет меня и удержит меня десница Твоя.

11 И сказал я: "Может быть, тьма сокроет меня?" Но и ночь (есть) свет в услаждении моем.

12 Ибо тьма не будет темна от Тебя, и ночь будет светла, как день: какова тьма ее, таков и свет ее (будет).

13 Ибо Ты создал внутренности мои, воспринял меня от чрева матери моей.

14 Буду исповедовать Тебя, ибо Ты явился страшно дивным: чудны дела Твои, и душа моя знает (их) близко.

15 Не сокрыты были от Тебя кости мои, которые создал Ты втайне, и образование меня (как бы) в преисподних земли.

16 Неоконченное (зарождение) мое видели очи Твои, и в книге Твоей все (люди) будут записаны: в течении дней они образуются, но никто из них (не останется не записанным).

17 А мне весьма почтенны друзья Твои, Боже, весьма надежно их владычество.

18 Попытаюсь счесть их, но они многочисленнее песка морского. Пробудился я, и еще с Тобою пребываю.

19 если бы избил Ты, Боже, грешников! Мужи кровожадные, удалитесь от меня!

20 Ибо вы дерзки в замыслах. Но тщетно они будут владеть городами Твоими.

21 Не возненавидел ли я ненавидящих Тебя, Господи, и о врагах Твоих не сокрушался ли?

22 Совершенною ненавистью возненавидел я их: они стали для меня врагами.

23 Искуси меня, Боже, и узнай сердце мое, испытай меня и узнай пути мои:

24 И увидишь, есть ли у меня путь беззакония? И наставь меня на путь вечный.

Как нужно понимать слова: "Господи, Ты испытал меня и узнал меня"? – Если Бог знает помышления человека прежде их возникновения, то для чего Он употребляет испытание посредством дел? – "Стезю мою и путь мой Ты исследовал". – Божественное предведение, творческая сила и промышление. – Непости­жимость для человека божественного существа, способа вездеприсутствия и помощи в бедствиях. – Что зна­чит: "какова тьма ее, таков и свет ее (будет)". – Изменение действия стихий по воли Божией. – У человека знание не полное; не таково божественное ведение. – "В течении дней они образуются, но никто из них". Не малая добродетель – иметь в великой чести друзей Божиих и избегать общества нечестивых людей. – "Искуси меня, Боже, и узнай сердце мое".

1. Что говоришь ты? После испытания Бог знает, а прежде испытания не знает? Отнюдь нет; как это может быть, когда Он знает все прежде бытия? Выражение: "испытал меня" значит: совершенно знаешь меня. Как апостол, когда говорит, что Бог испытает "сердца" (Рим.8:27), означает не неведение, а со­вершенное знание, так точно и Псалмопевец словами: "испытал меня" означает яснейшее знание, т.е.: Ты совершенно знаешь меня. "Ты узнал, когда я сажусь и встаю". Сидением и восстанием означает он всю жизнь, потому что в этом про­ходит наша жизнь, – в делах, движениях, входах, выхо­дах. Затем, так как он в начале сказал: "испытал меня", то чтобы кто-нибудь из неразумных не подумал, что Он знает только по испытанию, или по опыту, на основании слов: "Ты узнал, когда я сажусь и встаю", посмотри, как он пред­отвращает это последующим прибавлением: "Ты издали", говорит, "уразумел помыслы мои" (ст. 2), выражая этим, что Бог знает не вследствие испытания и не имеет нужды в испытании, но знает все силою предведения. Тот, кто знает помышления, находящиеся в уме, не имеет нужды в испы­тании посредством дел. Притом Бог знает помышления не только появляющиеся в уме, но еще прежде, нежели они появились; и не просто прежде, нежели появились, но и задолго прежде. Желая выразить это, пророк и присовокупил: "ты издали

уразумел помыслы мои". Если же Бог знает сами помышления, то для чего Он употребляет испытание посред­ством дел? Не для того, чтобы Самому узнать, но чтобы испы­тываемых сделать опытными. Так и Иова Он знал прежде испытания, почему и свидетельствовал о нем так: "человек непорочный, справедливый, богобоязненный" (Иов.2:3); однако употребил и испытание, чтобы и его сделать более твердым, и обличить ко­варство диавола, примером его сделать и других более рев­ностными. И удивительно ли, что Он поступил так с Иовом, когда и с грешниками Он делает то же самое? Так, Он со­вершенно знал, что ниневитяне не заслуживают погибели, но чрез покаяние исправятся; однако употребил и испытание са­мым делом; и везде Он представляет много доказательств Своего промышления и человеколюбия, не довольствуясь Своим знанием.

Вот почему и Единородный говорил: "если Я не творю дел Отца Моего, не верьте Мне; а если творю, то, когда не верите Мне, верьте делам Моим" (Ин.10:37,38). Так как многие, гру­бые душою и бесчувственные, говорят многое подобным обра­зом: такого-то Бог избрал, такого-то возлюбил, а такого-то возненавидел, и оттого один стал хорошим, а дру­гой дурным, – то Он, желая исправить мысли каждого из подобных людей, убеждает их делами, представляя доказа­тельство от дел, и с одной стороны еще прежде опытов объявляет, что такой-то добродетелен, чтобы они познали силу Его предведения, а с другой стороны удостоверяет и делами, чтобы кто-нибудь из неразумных не сказал, что такой-то сде­лался таким вследствие предсказания. И Павел, посмотри, как выражает это, когда говорит: "когда они еще не родились и не сделали ничего доброго или худого (дабы изволение Божие в избрании происходило не от дел, но от Призывающего), сказано было ей: больший будет в порабощении у меньшего" (Рим.9:11,12). Бог не имеет нужды ожидать конца дел, но еще прежде Сам знает, кто будет дурным и кто – не таким. "Стезю мою и путь мой Ты исследовал, и все пути мои Ты предвидел" (ст. 3). Как сидением и восстанием пророк называет действия, согласно с общим обычаем, – ведь и мы часто говорим: такой-то знает, как са­дятся и как встают, выражая точное его знание, – так "стезею" и "путем" он называет здесь всю свою жизнь, почему и присовокупляет: "и все пути мои Ты предвидел". И выражение: "исследовал", означает не искание и исследование, а точное знание; и здесь, желая выразить тоже, он прибавил: "все пути мои Ты предвидел", т.е. все действия худые и добрые Ты знаешь прежде, нежели они совершились. "Ты, Господи, узнал, что нет лести на языке моем" (ст. 4). Другой переводчик (Симмах) говорит: разноречия (ετερολγία). Это – величайший признак добродетели; это – главное из благ; этого особенно требует Христос, когда говорит: "если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное" (Мф.18:3), – разумея незлобие, бесхитростность, прямоту и простоту. Поэтому Он и избрал людей простых и говорил: "славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам" (Мф.11:25). Заметь, пророк не сказал: я имел и отверг лукавство, но: никогда его не было у меня, никогда эта болезнь не касалась языка моего, никогда этот порок не имел ко мне доступа. "Все последнее и первое. Ты создал меня и положил на меня руку Твою" (ст. 5). Не помышление только, говорит, знаешь Ты, и не дела мои и пути мои только, но все, что было и будет. "Ты создал меня и положил на меня руку Твою". От силы предведения он переходит к силе творческой, и от творческой опять к силе предведения. Бог не только создал нас не существовавших, но и созданных содержит.

2. То и другое и Павел приписывает Христу: "Бог многократно и многообразно", говорит, "говоривший издревле отцам в пророках, в последние дни сии говорил нам в Сыне, Которого поставил наследником всего" (Евр.1:1,2). Затем, продолжая, говорит и о творчестве: "чрез Которого и веки сотворил". Далее, упомянув о суще­стве Его и сказав: "Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его", показывает и промыслительную Его силу: "и держа", говорит, "все словом силы Своей" (ст. 3). И в послании к Колосся­нам он говорит тоже самое: "ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, – все Им и для Него создано" (Кол.1:16,17). Это – о творчестве Его. Затем, указывая на промыслительную силу, прибавляет: "и Он есть прежде всего, и все Им стоит" (ст. 17). Также Иоанн, изображая то и другое, говорит: "все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть" (Ин.1:3). Этим он указывает на творчество. Затем говорит о про­мышлении: "в Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков" (ст. 4). Тоже и пророк выражает здесь. "Ты создал меня": это говорит он о творчестве. Далее говорит о промышлении: "и положил на меня руку Твою". Что значит: "положил"? Содержишь, со­блюдаешь, носишь. На это и Павел указывает в словах: "ибо мы Им живем и движемся и существуем" (Деян.17:28), потому что не только для получения бытия, но и для сохранения и продолжения бытия мы имеем нужду в Его силе. "Дивно ведение Твое для меня: мощно! Не могу (постигнуть) его" (ст. 6). Другой (Симмах): превышает меня (υπερβάλλει); и вместо слова: утвердися, другой (неизвестный, см. Ориг. Экз.) говорит: превознесен (υπερεπήρθη). Смысл слов его следующий: хотя и промышлением Твоим я пользуюсь и знаю, что Ты провидишь все и создал меня из небытия, однако не могу иметь о Тебе знания точного и вполне ясного: оно удивися, т.е. пре­вышает, превосходит меня, так обширно, что не может быть обнято умом моим; так оно дивно, так велико! Но при всем том, что оно дивно и велико, не может ли оно быть обнято умом? Нет; поэтому, чтобы ты не утверждал этого, он и прибавил: "не могу (постигнуть) его". Рассуждая о знании, он не гово­рит: я не знаю Бога; но я не имею о Нем знания совершен­ного и ясного. Так говорит и Павел; о том, что Он есть, мы знаем, а того, что Он есть по существу, не знаем: "надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть" (Евр.11:6). Не сказал, что Он есть по существу, потому что это никому неведомо. О том, что Бог человеколюбив, что Он милосерд, что Он благ, мы знаем, а в какой степени – не знаем. Но пророк, оставив все это, указывает на нечто другое, что кажется более доступным, и сознается, что не знает и этого. Не говорю уже о том, продолжает он, что есть Бог по суще­ству, и о том, в какой степени Он благ, – известно, что это непостижимо, – но я не могу сказать и того, как Он суще­ствует везде; и это выше нашего разумения. Поэтому, сказав: "дивно ведение Твое для меня: мощно! Не могу (постигнуть) его", он продолжает: "куда пойду от Духа Твоего и от Лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо – Ты там, сойду ли в ад – Ты там пребываешь. Если подниму крылья мои поутру и поселюсь на краю моря (другой (Симмах): останусь (καταμενω̃), то и там (другой (Симмах): еще и там (ετι εκει̃) рука Твоя поведет меня и удержит меня десница Твоя" (ст. 7-10). "Духом" и "лицом" называет он самого Бога; т.е. куда пойду я от Тебя? Ты все наполняешь, везде присутствуешь, не частью, но везде вдруг, всецело. Исчисляя места горние и дольние, широту и долготу, глубину и высоту, он показывает, что Бог присутствует везде. И не сказал: куда я ни пойду, Ты последуешь за мною и удержишь меня, но: куда я ни пойду, Ты – там, т.е. там нахожу тебя существующим прежде меня. Поэтому-то он и говорит: "не могу (постигнуть) его". Но, если ты не знаешь Его совершенно, то почему знаешь, что Он дивен? Потому, что Он превышает мое разумение, побеждает мой разум. И солнечного луча мы не можем знать ясно, и однако поэтому самому особенно удив­ляемся ему; так точно и в отношении к познанию Бога. Мы не знаем Его совершенно; мы знаем, что Он человеколюбив, благ, милосерд, снисходителен, и существует везде; но что Он по существу, или в какой степени названные свойства при­надлежат Ему, или как Он существует везде, этого не знаем. Сказав таким образом, почему "не могу (постигнуть) его", возвестив о Божием предведении, творчестве, промышлении, непостижимости и неизъяснимости существа Его, пророк потом говорит о другой силе Его, которая также внушает великое удивление, если исследовать ее разумом, потому что и она не­постижима. Какая же это сила? "То и там рука Твоя поведет меня и удержит меня десница Твоя", т.е. Ты можешь сделать, чтобы люди, подвергшиеся бедствиям, находясь среди самих бедствий, не были изнурены бедствиями.

3. Чтобы объяснить это, пророк прибавляет: "И сказал я: "Может быть, тьма сокроет меня?" Но и ночь (есть) свет в услаждении моем. Ибо тьма не будет темна от Тебя, и ночь будет светла, как день: какова тьма ее, таков и свет ее (будет)" (ст. 11,12). Сказав выше о том, что я перечислил, и вместе о том, что Бог не только везде при­сутствует, но и руководит, охраняет и ограждает, теперь он показываете и в этом прибавлении нечто необыкновен­ное, т.е. что Бог не только ограждает и охраняет, но и совершает это сверхъестественно. Сказав: "рука Твоя поведет меня и удержит меня десница Твоя", он присовокупляет: "И сказал я: "Может быть, тьма сокроет меня?". Другой (Симмах): если скажу: может быть тьма прикроет меня (εὰν… επισκεπάσει). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): сокроет меня (καλύψει).

"Тьма" здесь означает скорбь. Смысл слов его следующий: я был окружен бедствиями и сказал в самом себе: одо­леют меня бедствия; таков смысл слов: "тьма прикроет меня"; а другой говорит: тьма сокроет меня. "И ночь будет светла, как день". Другой (Симмах): ночь светла вокруг меня (νυ̃ξ ψωτεινὴ περὶ εμὲ). Что же это значит? Я, говорит, сказал это, соображая по обыкновенному порядку вещей; но внезапно зло обратилось в добро, или лучше, не зло обратилось в добро, а, тогда как зло оставалось, я наслаждался великим спокойствием. Он не сказал: ночь исчезла, но: ночь была стветлою. Это значит: ночь, оставаясь ночью, т.е. бедствия и несчастья, – потому что их он разумеет под именем ночи, – не могли попрать меня, но во время ночи был свет, т.е. защита для меня. Действительно, когда хочет Бог, тогда и противоположное бывает и является в противоположном. Не видел ли ты и пещь горящую, и росу прохлаждающую, и первую неугасающею, и последнюю не высыхающею, и прохладу и пламень вместе? Как же, скажи мне, это было? Хочу знать: как это было? Или нет, я не хочу и знать, как было, – потому что невозможно; но верую событию и покла­няюсь Виновнику его: "пути Его кто постигнет? Как ветер, которого человек не может видеть, так и большая часть дел Его сокрыта" (Сир.16:21). Разве не знаешь, что египтяне днем ходили ощупью, как бы во мраке, а израильтяне видели, и когда мрак все покрывал, – что и в начале свет воссиял среди тьмы? Творец всегда владычествует над природою вещей, не в том только смысле, что производит несуществующее, но и в том, что и существующему в природе может дать иной вид. "Ибо тьма не будет темна от Тебя". Другой (неизвестный, см. Ориг. Экз.): у тебя (παρά σοι). "И ночь будет светла, как день". Другой (Симмах): но и ночь как день явится (αλλὰ φανει̃ται). "Какова тьма ее, таков и свет ее (будет)". Другой

(неизвестный переводчик): подобно тьме и свет ее (ομοιον). Хорошо сказал он: "от Тебя", т.е. у Тебя, выражая следую­щее: если Ты захочешь, то и тьма не будет тьмою, но покажет свойства света. Поэтому и присовокупляет: "и ночь будет светла, как день", чем еще более объясняет прежде сказанное и вы­ражает, что ночь покажет свойства дня, как бы свои соб­ственные. Когда хочет Бог, то стихии изменяют свои дей­ствия на противоположные так точно, как будто бы они от начала были их собственные. Если Ты захочешь, то и ночь будет такова, и ей так будет свойствен свет, как тьма. Это и выражает он, присовокупляя: "какова тьма ее, таков и свет ее (будет)". Это сказано в смысле собственном о стихиях, а в пере­носном – о делах. Отсюда видно, что Бог может доставить людям, впавшим в скорби, столько же отрады, облегчая их скорби, сколько имеют ее люди, пользующееся счастьем. Чудно это и удивительно, – так, например, было и с Иосифом. Не столько наслаждался он счастьем и честью, живя в отече­ском доме, сколько будучи продан и содержим в доме иноплеменников. Сами враги сплетали ему диадему и приготовляли порфиру, и самое бесчестие послужило для него пово­дом к чести и царствованию. Видишь ли, как объясняются слова: "ночь будет светла, как день"? И касательно слов: "какова тьма ее, таков и свет ее (будет)", нужно сказать тоже самое: как то, так и другое будет принадлежать ей, не по видимому только, но по­тому, что Ты, Господи, изменяешь порядок вещей. "Ибо Ты создал внутренности мои, воспринял меня от чрева матери моей" (ст. 13). Какая связь этих слов с вышесказанными? Близкая и весьма тесная. Сказав о столь великой силе Божией, пророк теперь показывает, что эту силу Он употребляет на пользу людям и на благодеяния.

Чтобы кто-нибудь из неразумных не сказал: что мне в том, что Он велик, силен и предведущ? – покажи, полу­чаем ли мы отсюда какую-нибудь пользу, – он присовокупляет: "Ты создал внутренности мои", разумея под частью це­лого человека. А это не мало являет славу и промышление – быть стяжанием Божиим, потому что Кто "создал", тот и пе­чется и промышляет. Объясняя это, он и присовокупляет дальнейшие слова: "воспринял меня от чрева матери моей", т.е., всегда Ты ограждал меня, промышлял о мне, охранял меня, с первого моего возраста, от самых пеленок, и все, о чем я сказал, Ты доказал делами. "Буду исповедовать Тебя, ибо Ты явился страшно дивным: чудны дела Твои, и душа моя знает (их) близко" (ст. 14). Что это значит? Ты создал меня, говорит, но я не знаю, как создал; Ты промышляешь, но я не могу обнять умом всего Твоего промышления; Ты везде присутствуешь, но я не постигаю и этого; Ты знаешь будущее, и прошедшее, и тайны души чело­веческой, но я и этого не могу понять умом своим, так как Ты изменяешь природу вещей и устрояешь, что они, сохраняя свою природу, являют действия противоестественные и притом как бы свои собственные и свойственные им по природе.

4. Соединив все это вместе, вдохновенный пророк громко воскликнул: "буду исповедовать Тебя, ибо Ты явился страшно дивным", т.е. Ты явился дивным, Ты – дивен. "Чудны дела Твои, и душа моя знает (их) близко". Что я говорю, продолжает он, о Тебе, когда и совер­шаемое Тобою заключает в себе много дивного? Затем, не перечисляя всего и ограничиваясь собственным знанием, гово­рить: "и душа моя знает (их) близко"; не просто знает, но сильно, крепко. Если знает, то, как же он прежде говорил: "дивно ведение Твое для меня: мощно! Не могу (постигнуть) его"? Это сказано о са­мом Боге, а то – о делах Его; если же и то сказано о Нем, то мы так можем понимать: он знает, что Бог дивен, ве­лик, высок, но того, что Он по существу, – я опять повторю тоже, – каково Его величие и как принадлежит Ему все упомя­нутое, не знает. Между тем такое незнание есть доказательство знания, хотя и странны слова мои. Так и моря мы не знаем, как оно пространно, и, однако, потому самому особенно и знаем море, что не знаем меры его. Если же кто скажет, что он знает, как велико море, тот именно и не знает его. Таким образом, бывает объявление знания, которым обличается незна­ние, и бывает незнание, которое свидетельствует нам о знании. "Не сокрыты были от Тебя кости мои, которые создал Ты втайне, и образование меня (как бы) в преисподних земли" (ст. 15). Опять говорит о зна­нии Божием и показывает, что Он знает все это. Итак, он говорит или о том, что Бог знает все тайное, или указы­вает на нечто другое, на создание и образование человека: даже и тогда, когда я образовался. Ты не незнал чего-нибудь, но знал все; хотя природа составляла меня мало-помалу, хотя она действовала втайне и как бы в преисподних земли, для Тебя, говорит, все обнажено и открыто. Другой переводчик (Акила) сказал так: не сокрылись кости мои от тебя, с которыми я создан втайне (τὰ οστα̃… οις εποιήθην). Третий (Симмах): не утаилась от тебя крепость моя, с которою я создан втайне (κραταίωσις), разнообразно составлен, как бы в преисподних земли (εποικίλθην - Акила). Четвертый (неизвестный): не утаилась от тебя сила моя, или кости мои от тебя, хотя я создан втайне, образован в преиспод­них земли (δύναμις… οτι εζεικονίσθην). Все они говорят одно и тоже, т.е. Ты совершенно знал меня и тогда, когда я составлялся по частям; Ты знаешь даже каждый член и приращение его. Так и Христос гово­рит: "а у вас и волосы на голове все сочтены" (Лк.12:7). Эти слова указывают вместе и на промышление и на знание Божие. "Неоконченное (зарождение) мое видели очи Твои, и в книге Твоей все (люди) будут записаны: в течении дней они образуются, но никто из них (не останется не записанным)" (ст. 16). Или опять говорит тоже самое, т.е. Ты знал меня, когда я еще не был образован, – потому что другой переводчик (Симмах) сказал так: необразованного меня видели очи твои (αμόρφωτόν), – или говорит о самих делах, т.е. еще не сделанное видели очи твои. "И в книге Твоей все (люди) будут записаны: в течении дней они образуются, но никто из них (не останется не записанным)". Не ясны эти слова, но до смысла их надобно доходить по связи речи и по другому пе­реводу. Смысл их, согласно с предыдущим, следующий. А что сказано было прежде? "Неоконченное (зарождение) мое видели очи Твои", т.е. когда я еще не получил образа, когда еще создавался, когда еще составлялся, и тогда они видели меня так ясно, как того, кто образован, как того, кто составлен, как того, кто совершенно устроен и уже не нуждается ни в одном дне для своего окончательного устройства. А дабы ты убедился, что это так, послушай другого переводчика (Симмах): необразованного меня, гово­рит он, провидели очи твои, вместе со всеми, которые написаны в книге твоей, не нуждаясь ни в каком дне для своего образова­ния (σὺν πα̃σι… ημέας πλασσομένοις, ουκ ενδεούσης ουδεμια̃ς). Наравне с ними, говорит, Ты видел меня, наравне с теми видел меня, которые созидаются в дни свои, в дни, при которых нет недостатка ни в одном дне. Он говорит это не потому, будто на небе есть книга, и не потому, будто кто-нибудь вписывается в нее, но книгою означает точное знание, подобно тому, как говорится: "внимает Господь и слышит это, и пред лицем Его пишется памятная книга" (Мал.3:16); и еще: "и раскрылись книги" (Дан.7:10). "А мне весьма почтенны друзья Твои, Боже, весьма надежно их владычество" (ст. 17). Другой (неизвестный, см. Ориг. Экз.): досточтимыми стали други твои (τιμιοι εγένοντο οι εται̃ροί σου). И это не малая добродетель – иметь в великой чести друзей Божиих. Ты промышлял о мне, го­ворит, произвел меня из небытия, содержишь меня; а я воз­даю Тебе тем, что почитаю друзей, Твоих. "Весьма надежно их владычество", т.е. они утвердились. Другой (Симмах) говорит: как многочисленны главы их (τί παμπληθει̃ς αι κεφαλαὶ αυτω̃ν). Это яснее, потому что далее он прибавляет: "попытаюсь счесть их, но они многочисленнее песка морского. Пробудился я, и еще с Тобою пребываю" (ст. 18). Я почитаю их, а Ты умножаешь и делаешь многочисленнее песка, и не только делаешь их многочисленными, но и сильными; это именно означает выражение: "владычество". Он говорит о двояком бла­гополучии, о возрастании и по числу и по силе. "Пробудился я, и еще с Тобою пребываю". Другой (неизвестный, см. Ор. Экз.): проснусь и навсегда буду у тебя (εξυπνώσω εις αεὶ παρὰ σοί).

5. Не малый знак добродетели, когда кто в счастье остается добродетельным. Многие, достигнув благоденствия, за­бывались; а я – нет, говорит, но и восстав, т.е. избавившись от бедствий, всегда буду с Тобою. "Если бы избил Ты, Боже, грешников! Мужи кровожадные, удалитесь от меня!" (ст. 19). Не то говорит он: если убьешь, тогда я буду; то он обещал и без этого; и просит сделать это не с тем, чтобы уничтожить само существо людей, но с тем, чтобы обратить их от греха к праведности. Он не сказал: если бы избил Ты, Боже, людей, но: "грешников". Другой переводчик (Симмах) вместо: грешников, гово­рит: преступника (παραβάτην), разумея врагов, поклоняющихся идолам.

"Мужи кровожадные, удалитесь от меня". "Мужами кровожадными" он на­зывает убийц, людей, находящих удовольствие в убийствах. Не маловажен и этот путь к преспеянию в добродетели – убегать и уклоняться от сообщества с такими людьми. Затем следует и причина: "ибо вы дерзки в замыслах. Но тщетно они будут владеть городами Твоими" (ст. 20). Другой (Симмах): которые выразили против тебя помышление (οιτινες αντελάλησάν σοι διαλογισμόν). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): потому что огорчили тебя злоумышленно (οτι παρεπίκρανάν σε εν κακοβουλία). Смотри,

как он не ищет своего, но за оскорбление Бога удаляется и избегает общения с ними. Для иудеев и то было причиною погибели, что они сообщались с людьми порочными. Потому они и полу­чили закон, были отделены законом от таких людей, полу­чили заповедь избегать браков с ними и, вышедши из Египта, сорок лет воспитывались отдельно в пустыне. По­тому закон и назывался ограждением, как ограждавши их со всех сторон и удерживавший от общения с порочными людьми, потому что они по нраву своему легко обольщались, увлекались и изменялись. "Но тщетно они будут владеть городами Твоими". Другой (Акила): вознеслись тщетно противники твои (επήρθησαν ματαίως αντίζηλοί σου). Третий (неизвестный): враги твои (οί εχθροί σου). Он потому избегает и уклоняется их, что они вознеслись против славы Божией, что поступали беззаконно, что произносили слова богохульные. "Не возненавидел ли я ненавидящих Тебя, Господи, и о врагах Твоих не сокрушался ли? Совершенною ненавистью возненавидел я их: они стали для меня врагами" (ст. 21, 22). Так и Бог обещал быть вра­гом врагам и противником противникам их; это особен­ный знак дружбы; и он воздает Богу тем и другим. Выше сказал: "мне весьма почтенны друзья Твои, Боже"; а здесь: "не возненавидел ли я ненавидящих Тебя"; и там с чрезвычайной силою, и здесь с чрезвычайною силою, потому что не только "возненавидел", говорит, но и "не сокрушался". "Искуси меня, Боже, и узнай сердце мое, испытай меня и узнай пути мои: и увидишь, есть ли у меня путь беззакония? И наставь меня на путь вечный" (ст. 23, 24). Но в начале он говорил: "Господи, Ты испытал меня и узнал меня: Ты узнал, когда я сажусь и встаю. Ты издали уразумел помыслы мои. Стезю мою и путь мой Ты исследовал, и все пути мои Ты предвидел Все последнее и первое". Почему же здесь опять он, как бы еще не искушенный, гово­рит: "искуси меня"? Видишь ли, что он употребляет человече­ские выражения не для того, чтобы мы оставались при низких понятиях, но чтобы, составив из всего этого богоприличную мысль, восходили к высоким понятиям. Он просит, чтобы Бог испытал и исследовал его, не для того, чтобы узнал сердце его Тот, Кто наперед знает все, еще прежде бытия, но чтобы узнали мы, приобретающие познания по окончании дел. Это и значит здесь выражение: "искуси меня". "И увидишь, есть ли у меня путь беззакония? И наставь меня на путь вечный".

Какой же это вечный путь, как не путь духовный, ведущий к небу и не имеющий конца? Все прочее временно и оканчи­вается с настоящей жизнью. Поэтому, оставив все, он ищет этого пути, бессмертного, беспредельного, не имеющего конца. Как же человек может быть приведен на этот путь? Если получит помощь Божию, если будет делать должное и с своей стороны, упражняться в добродетели, предаваться любомудрию, становиться выше всего житейского, потому что на этом пути нет ничего скоропреходящего и временного. Такова доброде­тель. Она доставляет плоды всегда цветущие и никогда неувя­дающие, блага бессмертные, нетленные и бесконечные, которых да сподобимся все мы, благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
 
 
Беседа на псалом 139

1 В конец, псалом давиду. Изми мя, Господи, от человeка лукава, от мужа неправедна избави мя:

2 иже помыслиша неправду в сердцы, весь день ополчаху брани:

3 изостриша язык свой яко змиин: яд аспидов под устнами их.

4 Сохрани мя, Господи, из руки грeшничи, от человeк неправедных изми мя, иже помыслиша запяти стопы моя.

5 Скрыша гордии сeть мнe и ужы, препяша сeть ногама моима:

6 при стези соблазны положиша ми.

7 Рeх Господеви: Бог мой еси ты, внуши, Господи, глас моления моего.

8 Господи, Господи, сило спасeния моего, осeнил еси над главою моею в день брани.

9 Не предаждь мене, Господи, от желания моего грeшнику: помыслиша на мя, не остави мене, да не когда вознесутся.

10 глава окружения их, труд устен их покрыет я.

11 Падут на них углия огненная, низложиши я во страстех, и не постоят.

12 Муж язычен не исправится на земли: мужа неправедна злая уловят во истлeние.

13 Познах, яко сотворит Господь суд нищым и месть убогим.

14 Обаче праведнии исповeдятся имени твоему, и вселятся правии с лицем твоим.

1 В конец. Псалом Давида.

2 Удали меня, Господи, от человека лукавого, от мужа неправедного избавь меня.

3 Помыслили они неправду в сердце, всякий день готовились к брани,

4 Изощряли язык свой, как у змеи: яд аспидов в устах их.

5 Сохрани меня, Господи, от руки грешника, от людей неправедных избавь меня, которые задумали запнуть стопы мои.

6 Скрыли гордые сеть для меня, из вервий устроили сеть для ног моих: На пути поставили мне западни.

7 Я сказал Господу: Ты - Бог мой, услышь, Господи, голос моления моего.

8 Господи, Господи, сила, спасающая меня! Ты осенил главу мою в день брани.

9 Не предай меня, Господи, грешнику (удалив) от желания моего: они замыслили против меня, не оставь меня, да не превознесутся.

10 Главный предмет совещания их, обсуждаемый устами их, постигнет их:

11 Падут на них угли огненные, низложишь их страданиями, и они не устоят;

12 Человек злоязычный не исправится на земле, мужа неправедного зло уловит в погибель.

13 Познал я, что сотворит Господь суд нищим и воздаяние убогим.

14 Посему праведные будут исповедовать имя Твое, и правые вселятся пред лицем Твоим.

Лукавый или порочный человек хуже дикого зверя; в собственном смысле лукавый есть диа­вол. – Подобно последнему, порочный человек всегда более вредит самому себе. – Злых людей христианину нужно сожалеть и просить вышней помощи об избав­лении от опасных козней их. – Тяжко грешат те, которые постоянно упражняются в зле. – "Не предай меня, Господи, грешнику... Главный предмет совещания их, обсуждаемый устами их, постигнет их". – Злословие есть также вид нечестия, которое также подлежит наказанию, как звери – ловитве. – Славословие правед­ных Господу.

1. Где теперь те, которые говорят: для чего дикие звери, для чего скорпионы, для чего ехидны? Вот находится живот­ное, которое обнаруживает большую злобу, не по природе своей, а по воле – человек. Поэтому и пророк, не упоминая о всех других, просит избавить от него. Скажи же мне: если чело­век таков, то неужели не следовало и существовать людям? Говорить это крайне безумно, потому что нет ничего вредного в человеке, кроме одного только греха, и когда уничтожен грех, тогда все легко, удобно, мирно, а когда он существует, тогда во всем подводные камни, бури, кораблекрушения. Пусть никто не осуждает нас, что мы назвали человека порочного худшим дикого зверя. Зверь, хотя не имеет кротости от природы, но легко может быть обмануть и проявить себя тем, что он есть; а от человека, замышляющего зло и принимаю­щего на себя различные виды, остеречься гораздо труднее, не­жели от дикого зверя; часто он одевается шкурою овцы, а внутри скрывает волка; поэтому многие неосторожные и впа­дают в его сети. Так как трудно уловить подобных зве­рей, то пророк обращается к молитве и призывает помощь Божию для избавления от такой напасти. Чрез подобных лю­дей часто и диавол действует, и таким образом поражает. Итак, напастей много со всех сторон: и порочный человек нападает, и злой бес враждует, и невыносимое искушение беспокоит. Потому нам и заповедано говорить в молитве: "и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого" (Мф.6:13). Разнообразна борьба, многоразличны нападения, ко всему надобно быть готовым. Как тот, кто намеревается выйти в море, должен предвидеть и стремление беспорядочных вод, и на­пор буйных ветров, и скопление облаков, и подводные камни, и скалы, и встречи с дикими зверями, и нападения морских разбойников, и голод, и жажду, и опасности моря, и неудоб­ства пристани, и сопротивление мореплавателей, и недостаток съестных припасов, и все подобное, и ко всему быть готовым, – так точно и вступивший в водоворот настоящей жизни дол­жен быть готовым и к страданиям тела, и к болезням души, и к козням людей, и к нападениям врагов, и к обманам мнимых друзей, и к бедности, и к искушениям, и к клеветам, и к полчищам бесов, и к ярости диавола, если он хочет достигнуть царственного города и войти в пристань с полным грузом.

Итак, здесь пророк называет "человека лукавого"; а когда говорится о диаволе, то он называется просто лукавым. Почему же? Потому, что диавол сам есть отец лукавства; поэтому он по преимуществу и называется лукавым, и вместо собственного достаточно ему этого прилагательного имени, по причине чрезмерной злобы его, которая, впрочем, не врожденна ему, но произошла после. Если хочешь знать, откуда произошло и самое название лукавство, то можешь и отсюда получить для себя великую пользу. Лукавством (πονηρία) оно называется потому, что причиняет муку (πόνον) и изнурение тому, кто предан ему. Вот почему и Премудрый, указывая на это, говорит: "если ты мудр, то мудр для себя и для ближних твоих; и если буен, то один потерпишь" (Прит.9:12). Как же злой один почерпает злое, когда он многим делает зло? Но он не вредит никому из тех, которые сами не беспечны и не нерадивы. Если хочешь, то мы, оставив злого человека, представим самого злого беса. Скажи мне: не излил ли он всю свою злобу, а повредил ли сколько-нибудь Иову? Напротив, не сделал ли его более славным, а себе не причинил ли тягчайшее падение? Также Каин не один ли исчерпал зло? Нет, скажешь, но вместе и Авель. Как и ка­ким образом? Он скоро был препровожден в безмятежную пристань; но это было для него величайшим благодеянием, что он окончил жизнь с добрым подвигом, что общий долг природы он совершил с пользою. То, что бывает со всеми вообще и совершается по необходимости, для него совер­шилось с пользою; и потому это значило – не потерпеть зло, а украситься светлейшим венцом. И Иосифу, какой вред при­чинили братья? Не сами ли они одни исчерпали зло? Но, ска­жешь, Иосиф сделался рабом. Что же? Я прибавлю, что и узником; но не о том идет речь, был ли он рабом и узни­ком, а о том, потерпел ли отсюда какой-нибудь вред. Напротив, мы находим, что он получил величайшую пользу, приобрел большее дерзновение пред Богом и чрез то самое, что казалось бедственным, достиг настоящего бла­годенствия.

Не будем же бояться людей злых, но жалеть о них. Тогда действительно они были страшны, когда не был еще открыт высокий путь, ведущий к любомудрию; а теперь, когда нам открыты небеса и люди делаются ангелами, они уже не страшны. Так зверь, с великою стремительностью бросающийся на острие копья, по-видимому, угрожает опасностью тому, кто держит копье, но наносит самому себе тягчайшую рану; и тот, кто прет "против рожна" (Деян.9:5), также обагряет кро­вью свои ноги.

2. Такова добродетель – рожен и меч изощренный; а все злые люди хуже и безумнее диких зверей. Когда они напа­дают на добрых, то гораздо больше причиняют зла себе; доб­рым они причиняют убыток в деньгах, или здоровье, а сами наносят существенный вред душе своей. Если бы потеря имущества причиняла вред нашей собственной добродетели, то Павел не заповедал бы терпеть обиды, а не обижать (1Кор. 6:7). Если бы терпение обид было злом, то Законоположник добра не заповедал бы зла. Впрочем, хотя это действительно так, не следует предавать себя людям злым и иметь обще­ние с ними, но убегать и уклоняться от их общества; а когда они нападают, то мужественно встречать их. Потому нам и заповедано молиться, чтобы не впасть в искушение. Потому и пророк, сказав: "удали меня, Господи, от человека лукавого", при­бавляет: "от мужа неправедного избавь меня", разумея опять порок вообще, потому что он говорит здесь о неправде не только в отношении к имуществу, но ко всему. Пророк просит изба­вить его, чтобы не пасть, или чтобы самому не сделаться таким же. Притом просит не просто, но сделав должное и с своей стороны. Вот почему в конце предыдущего псалма он сказал, что избегаем, их и общества их, а здесь просит помощи Божией; там он оказал должное с своей стороны, сказав: "мужи кровожадные, удалитесь от меня! Ибо вы дерзки в замыслах", а здесь просит Бога избавить его от их нече­стия. Действительно, удаляться от подобных обществ и как можно дальше держать себя от сношения с злыми – это не только способствует благоденствию, безопасности, свободе и вся­кому удовольствию, но и есть величайшее счастье. Поэтому, опи­сывая злобу их, пророк продолжает: "помыслили они неправду в сердце, всякий день готовились к брани" (ст. 2). Видишь ли, как трудно остеречься от этих зверей, в мыслях своих скры­вающих зло и в тайне строящих козни? Они "помыслили", говорит, "в сердце", т.е. пока не обнаруживали злобы, но скры­вали и питали ее внутри, и, что всего хуже, не по увлечению, не с поспешностью, но тщательно делали свое дело; это именно и значит: "помыслили", т.е. со старанием, со всяким тщанием. "Всякий день готовились к брани"; этим означает он всю жизнь; а под именем браней разумеет здесь не те, которые бывают в боевом строе и посредством оружия, но те, которые бывают посредством коварных замыслов, которые люди ведут на торжищах и в домах, не надевая лат и не ограждаясь щи-том, но вместо всякого оружия употребляя злобу и бросая слова язвительнее стрел. Величайшая степень злобы их состоит не в том только, что они коварны, враждебны, всегда готовы на брани и битвы, но и в том, что они таковы во всю жизнь и никогда не прекращают своего злобного нападения. Между тем, если бы они хотели вести войну, то имели бы другой справедливый повод. Им следовало бы вооружиться против грехов, ратовать против диавола, подвизаться против болез­ней души, изощрять мечи против бесов; но они не обнаружи­вают даже и наклонности в такой борьбе, а друг в друга бросают стрелы. "Изощряли язык свой, как у змеи: яд аспидов

в устах их" (ст. 3). Видишь ли низость порока? Лю­дей он делает зверями, аспидами и змиями, и разумный язык превращает в зверский. В чем он обвинял их выше, в том опять обвиняет и здесь. В чем же именно? "Яд аспидов в устах их", говорит, всегда, постоянно. Как выше он сказал: "всякий день готовились к брани", так и здесь: "изощряли язык свой, как у змеи: яд аспидов в устах их"; именно это везде означает διάψαλμα, которое по-еврейски называется: сел, т.е. постоянно[1]. Если кратковременный порок есть тяжкое зло, то какое прощение, какое оправдание могут иметь те, которые постоянно упражняются в нем и никогда не насы­щаются? "Сохрани меня, Господи, от руки грешника, от людей неправедных избавь меня, которые задумали запнуть стопы мои. Скрыли гордые сеть для меня, из вервий устроили сеть для ног моих: на пути поставили мне западни" (ст. 4, 5). Нет никого неправеднее людей, которые, упражняясь во зле, прежде всех других причи­няют вред собственной своей душе. В самом деле, если они бывают виновниками соблазна, если они подают повод нера­зумным поносить славу Божию, если они не исполняют долж­ного, но, получив душу и тело от человеколюбивого Бога, не оказывают признательности и, наслаждаясь такими благами такого мира, воздают Благодетелю делами противными, то, что может быть неправеднее этого, что неблагодарнее? Притом они, – что делает зло еще более тяжким и крайне великим, – стараются причинить вред и другим. "Задумали", говорит, "запнуть стопы мои". Если же замыслы их не исполнились, то это было делом человеколюбия Божия. Он разрушил коварные замыслы их.

3. Посмотри, как старательно было коварство их, с ка­кой тщательностью строились козни их. Они скрывали и рас­ширяли сети, и притом "на пути", чтобы и протяжением их, и скрытностью, и близостью, уловить и захватить в свои руки. Они были художниками зла, везде расставляли сети, считая единственным своим делом погубить его. Хочешь ли знать, как и диавол расставляет подобные сети? Посмотри опять на случившееся с Иовом. Что шире, что длиннее, что ближе се­тей, которые расставил он не только в ближних, в друзьях, в жене, но и в самом теле его? "Я сказал Господу: Ты – Бог мой, услышь, Господи, голос моления моего. Господи, Господи, сила, спасающая меня! Ты осенил главу мою в день брани" (ст. 7, 8). Другой (неизвестный, см. Ориг. Экз.): держава спасения моего (κράτος). Сказав о войне и замыслах и указав на невыносимые бедствия, про­рок прибегает к непреоборимой помощи, призывая с неба Помощника, Который может уничтожить их.

Вот признак благородной души, вот свойство любо-мудрого ума – при таких обстоятельствах, окружающих со всех сторон, не прибегать к человеческой помощи и не искать ее в смертных суждениях, но обращать взоры к небу, призывать вездесущего Бога и не предаваться унынию, смущению и беспокойству. Смотри, с каким достоинством он излагает речь свою. Не сказал: я хорошо исполнил то и то, справед­ливо поступил в том и в том, но что? "Ты – Бог", говорит, "мой", представляя важнейшее право на помощь в том, что он прибегает к своему Владыке, Творцу и Царю. "Услышь, Господи, голос моления моего. Господи, Господи, сила, спасающая меня". Говорит: "сила спасающая", выражая, что есть и сила му­чения и наказания; мне, говорит, Ты подавал силу спасе­ния; Ты можешь и карать и умерщвлять, – но всегда упо­треблял силу Свою к моему спасению. Посмотри на лю­бовь говорящего: повторением слова: "Господи" и прибавлением слов: "спасающая меня" он выражает великую привязанность. "Ты осенил главу мою в день брани". Видишь ли благо­родную душу? Он припоминает и прежнее, как Бог до­ставил ему безопасность, – потому что таков смысл слова: "осенил". Посмотри, как он показывает и легкость этого дела для Бога. Не сказал просто: прежде; но в сам тот "день", когда угрожали бедствия, когда была борьба, когда я находился в крайней опасности, тогда Ты и поставил меня в безопас­ности. Не имеет нужды в приготовлении или в предуведом­лении Бог, видящий все, и настоящее, и будущее, и прошедшее, могущий сделать все и всегда присущий с готовою помощью. Далее, желая выразить превосходство победы и безопасности, он не сказал: спас меня, но что? – "осенил главу мою", т.е. Ты не допустил мне потерпеть и малейшей скорби, даже такой, какая происходит от зноя, но поставил меня в такой безопасности и вместе с безопасностью доставил мне такое удовольствие и спокойствие, что я не чувствовал даже никакого неприятного жара, но наслаждался тенью, т.е. избавлением и свободою от бедствий. Вот почему он и прибавил: "осенил", показы­вая это самое, и вместе означая легкость помощи для Бога названием тени, как бы так выражаясь: Тебе достаточно только присутствовать, и все совершается. "Не предай меня,

Господи, грешнику (удалив) от желания моего: они замыслили против меня, не оставь меня, да не превознесутся" (ст. 9). Другой (Симмах и Феодотион): не дай, Господи, по желаниям беззаконного (τας επιθυμίας του̃ παρανόμου). Смысл слов его следующий: не дай по желанию против меня, т.е. чего желает он про­тив меня, того не дай ему исполнить. Не сказал: чего желает, но: "от желания моего", выражая как бы следующее: не дай исполниться ни малейшей части того, чего он желает. Та­ковы люди нечестивые; они с великим старанием строят козни ближним, подобно диаволу, о котором говорится: ходит "как рыкающий лев, ища, кого поглотить" (1Петр.5:8). Так старательно он напал на Иова; так хотел низложить Петра, почему и сказал Господь: "се, сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу" (Лк.22:31). Видишь ли, какое имел он жела­ние? Есть и люди, которые по зависти и ненависти соревнуют ему в злобе, радуясь бедствиям других. Таких людей Писа­ние называет несчастными: увы, говорит оно, "которые радуются, делая зло, восхищаются злым развратом" (Притч.2:14); в весьма спра­ведливо, потому что это – знак развращенной души. Если о по­гибающих должно скорбеть, сетовать и плакать, то какое про­щение, какое оправдание могут иметь те, которые не только не сострадают, но еще радуются? Не видишь ли, как и Сам Христос, приступая к казни, плачет о погибели Иерусалима? Не видишь ли, как и Павел скорбит, сетует и плачет о погибели других? Но есть люди столь развратные, что чужие несчастья считают для себя утешением в своих бедствиях. "Они замыслили против меня, не оставь меня, да не превознесутся": это значит: διάψαλμα. Другой (Симмах и неизвестный переводчик, см. Ориг. Экз.): чтобы они никогда не возносились (μὴ αποβαίης).

Вот знак нечестивой и развратной души, – когда прила­гают старание, совещание и усилия к совершению зла. Для тебя недостаточно того, что случается нечаянно, недостаточно губить нас по неосторожности, но нужно еще совещание, время и раз-мышление для совершения зла.

4. Какое же оправдание можешь иметь ты, обращающий коварство в занятие, делающий совещания для совершения зла и призывающий сообщников? Но посмотри на смирение пророка. Он не сказал: не оставь меня, потому что я достоин того, не оставь меня за добродетели моей жизни; но что? – "да не превознесутся", чтобы они не сделались более надменными и не преда­лись большей гордости от моей беспомощности. "Главный предмет совещания их, обсуждаемый устами их, постигнет их" (ст. 10). Другой (Симмах): горечь окружающих меня, зараза уст их да обратится на них (ό πικρασμός τω̃ν κυκλούντων με, ό μόχθος τω̃ν χειλέων αύτω̃ν πωμασάτω αύτούς). Окружением он называет здесь собрание, синедрион, нечестивое общество, развратные советы. Смысл слов его следующий: сами советы нечестивые, сама совокупность коварных и развратных наме­рений пусть сокрушит и погубит их. Предметом "совещания их" он называет здесь коварство. Таково коварство: оно обращается в погибель тому, кто предается ему, и ввергает его в пропасть. Так было с Давидом. Враги надеялись подвергнуть его бесчисленным бедствиям, но он сделался более славным. Так, скажешь, но я не этого желаю; покажи, как замышлявшие зло поражались собственными своими замыслами и погибали; скажи, где это случалось? С братьями Иосифа; они, желая сде­лать его рабом и погубить, сами подверглись крайней опасности, хотя он, насколько это зависело от них, подвергся и рабству и смерти. И Авессалом, желая насилием погубить отца, погиб сам от насилия. "Падут на них угли огненные, низложишь их страданиями, и они не устоят" (ст. 11). Смысл слов его следующий: достаточно и са­мого порока, чтобы погубить упражняющихся в нем, но вместе с тем они подвергнутся и наказанию от Бога. Здесь "углями огненными" он называет наказание, посылаемое свыше. Часто оно совершалось и посредством самого огня, как наприм. над Дафаном, Кореем и Авироном и над окружавшими пещь вавилонскую. "Низложишь их страданиями, и они не устоят". Другой (неизвестный по имени переводчик): впадут в пропасти, чтобы не восстали (πεσου̃νται εις βοθύνους μήποτε ανστω̃σιν). Третий (неизвестный, см. Ор. Экз.): скоро и не восстанут (εσπευσμένως). По одному переводчику эти слова значат: погуби их так, чтобы они уже не восстали; по другому: с великою скоростью, таково значение слова: εσπευσμένως.

"Человек злоязычный не исправится на земле, мужа неправедного зло уловит в погибель" (ст. 12). Сказав о гневе Божием, он опять показывает, что порок и сам по себе достаточен, чтобы погубить имеющих его. Немаловажен и этот вид нечестия – быть дерзким и не удерживать языка своего. "Злоязычным" здесь он называет поносителя, болтливого, злословящего, постоянно лающего и поступающего нисколько не лучше пса. Какие же, скажи, последствия этого? "Не исправится", говорит, "на земле". Другой (неизвестный, см. Ор. Экз.): не укрепится (ουκ εδρασθήσεται), т.е. низвергнется, низвратится, погибнет. Таков плод злословия; такой человек всем враждебен, всем неприятен, для всех отвратителен и несносен. Как человек долготерпеливый, скромный и умею­щий молчать безопасен, постоянен и всем приятен, так этот человек ведет жизнь опасную, навлекая на себя бес­численных врагов со всех сторон, а прежде всего возмущая собственную душу и не попуская ей быть в покое, но и тогда, когда никто посторонний не беспокоит, возбуждая внутри ее бесчисленные войны и смятения. "Мужа неправедного зло уловит в погибель". Так и другой мудрый говорит (Симмах): беззакония уловляют мужа (παρανομίαι αγρεύουσιν). Смотри опять, как достаточно порока для по­губления того, кто предается ему. Но для чего он употребил выражение: уловят? Для того, чтобы ты видел неизбежность наказания, чтобы ты, поступая несправедливо и не тотчас под­вергаясь наказанию, не слишком надеялся. Такова ловитва; она удается не всегда, и не тотчас; однако уловляемые дикие звери, хотя не пойманы, и еще не попали в сети, не находятся в безопасности. Так и душа, поступая несправедливо, не должна слишком надеяться, хотя она еще и не уловлена, потому что когда-нибудь она будет уловлена. Поэтому, если хочешь быть в безопасности, перестань делать зло, и будешь наслаждаться великим спокойствием. Почему он сказал: "в погибель"? По­тому, что многие уловлялись и во спасение, как напр. через апостолов, через святых мужей. Но неправедные, уловляемые пороком, не так, а – в погибель и истление. Почему же за пороком не тотчас следует наказание? По человеколюбию Господа; если бы Он захотел каждого из грешников тот­час подвергать наказанию, то большая часть рода человеческого давно была бы истреблена. "Познал я, что сотворит Господь суд нищим и воздаяние убогим. Посему праведные будут исповедовать имя Твое, и правые вселятся пред лицем Твоим" (ст. 13,14). Другой (Симмах): пред лицом твоим (παρὰ). Вместо: "вселятся", другой (Симмах) говорит: останутся (διαμενου̃σιν); третий (Акила): будут сидеть (καθεδου̃νται), а вместо (неизвестный переводчик): "познал" – знаю (οι̃δα). Так как он сказал, что они уловятся и погибнут, и выразил, что на­казание не тотчас следует за преступлением, то, чтобы кто-нибудь из людей грубых не сделался от этого более беспеч­ным, он прибавляет: "познал", внушая, что это непременно бу­дет; обижаемые не останутся не отомщенными. "Нищими" он здесь называет не просто бедных, но самых смиренных, сокрушенных; а, говоря это, он и обижаемых утешает, и обижающих вразумляет; чтобы одни от ожидания не отчая­лись, а другие от замедления не сделались более беспечными. Замедление ведет к покаянию, а упорных Бог наказывает строже, и весьма справедливо. Почему? Потому, что они, поль­зуясь такою благостью, не сделались лучшими. Представь же, каково человеколюбие Божие, когда и преданным Ему Он попускает терпеть зло и не мстит за них, желая исправить тебя чрез покаяние. "Посему праведные будут исповедовать имя Твое". Что говорит Он? Что бы ни случилось, говорит, они будут благодарить; хотя они будут видеть смиренных притесняемыми, а непра­ведных возвышающимися, они не станут требовать отчета в событиях. Это особенно свойственно праведным – всегда и за все благодарить. "И правые вселятся пред лицем Твоим", т.е. полу­чив помощь Твою, помышляя о Тебе, всегда пребывая с То­бою, они никогда не отступят от Тебя; что бы ни случилось, они никогда не будут огорчаться, никогда не станут роптать на совершающееся. Душе твердой и уму непреклонному свой­ственно – не спрашивать отчета у Господа. Поэтому и Павел говорил: "а ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему его: "зачем ты меня так сделал?" (Рим.9:20)? Будем же и мы постоянно соблюдать эту призна­тельность и за все благодарить Бога, Которому слава и благода­рение и поклонение, ныне и присно, и в нескончаемые веки ве­ков. Аминь.

[1] сел или села (διάψαλμα) собственно значит: перемена тона. В славян­ском переводе нет этого слова.