НЗ-Толкование на некоторые места послания ап.Павла к колоссаням

В каком смысле говорится: перворожден всея твари (Кол.1:15)?
Оставив известное всякому, ясно выскажу мысль свою, хотя и покажется иным, что пролагаю новый путь толкования. Слово: πρωτότοκος, ρ ударением на втором слоге, означает перворожденного, а с ударением на предпоследнем — первородившего. И это в точности знаете лучше всего вы, чтители Гомера, потому что у него первородившая названа πρωτοτόκος.

Посему, есть основание, лучше же сказать, непременно должно разуметь, что и здесь богомудрый Павел в таком же смысле употребил это слово. И не тому, что создан Он первым среди твари (да не будет сего!), учит тот, кто называет Его сиянием славы и образом ипостаси Отчей (Евр.1:3), а напротив, — тому, что Он первородил, то есть создал тварь, так что, если удержать ударение на третьем слоге, будет Он πρωτογόνος (οервородивший), а не πρωτογενής (οерворожденный), πρωτοκτίστος (οервоздатель), а не πρωτόκτιστος (οервозданный).

Если же слово «рождение» взято здесь вместо слова «тварь», то никто да не дивится сему, потому что и в другом месте говорится: Бога, рождшаго тя, оставил еси (Втор.32:18), и: Аз рех: бози есте и сынове Вышняго еси (Пс.81:6). Поскольку Бог и родив, родил бесстрастно, и творя, созидает бесстрастно, боголепно и не утомляясь, то Писание употребляет эти именования не с тем, чтобы мы рождение принимали за тварь и тварь за рождение, как думают утверждать злонамеренные еретики, но с тем, чтобы представить легкость сего для Бога и Его бесстрастие.

Если же кто, поработившись одному только предубеждению и не имея в виду истины, будет возражать, то и я не подам голоса в свою защиту, и он не в праве это делать. Посему, предоставим дело нелицеприятным судиям, и судиями пусть будут слушатели. И если он может доказать, пусть доказывает, а если у меня потребует доказательства, то представлю во свидетели самого изрекшего это. Ибо, сказав: перворожден всея твари, присовокупил он: яко Тем создана быша всяческая, яже на небеси и яже на земли (Кол.1:16). Итак, если бы он сказал: «после Того создана быша», то подавайте голос за обвинителя. А если говорит: Тем (создание всего и владычество над всеми принадлежит Творцу; уясняя это Апостол сказал в другом месте: о Нем бо живем, и движемся, и есмы (Деян.17:28)), — то непререкаема, думаю, наша победа.

А если скажу и то, что дальше следует у Апостола, то торжество наше будет еще очевиднее. Ибо он говорит: и Той есть прежде всех (Кол.1:17). Не сказал: «Той пришел в бытие прежде всех», но: есть прежде всех, и всяческая в Нем состоятся. Не сказал: «с Ним» или «после Него все создано».

Но почему отвергают мысль утверждающих, что Сын единороден по Божеству и перворожден новой твари по человечеству? Ибо, если не так разуметь и не назвать перворожденного Первоздателем, то первородство в сочетании с понятием «единородный» может указывать на преимущество рождения, так как иной может быть и первородным, и единородным Сыном; но в сочетании с понятием «тварь» не имеет сие места, потому что тварь или единосозданна, или перворожденна, — одно другим уничтожается.

Да и что воспрепятствовало Апостолу сказать ясно: «первосоздан всея твари». И если разуметь, что Он первосоздан, то как же Он единороден? Что едино, то не допускает иного, а понятием «первый» исключается единство. И чем в этом самом отличается Он от тварей, если и Сам создан? Как же не устыдятся, покланяясь твари и противореча собственным своим утверждениям? Не примечают за собою, что и запрещают покланяться твари, так как это свойственно язычникам, и делают это сами.

Надобно же знать и то, что одни и те же именования не всегда означают одно и то же, и одно название не показывает непременно и одинаковости вещей. Слово «рождение» по отношению к Сыну употребляется в собственном смысле, по отношению же к тварям — в несобственном. О Сыне так говорится ради Его истинности и единосущия, о тварях же — ради чести и сыноположения. Восхотев бо, породи нас словом истины (Иак.1:18). Посему, одноименность да не подает здесь мысли о равночестии и сказанное в несобственном смысле да не признается сказанным в смысле собственном.

Ибо никто из людей здравомыслящих не скажет, что ярость, гнев и все прочее, неприличное естеству Божию и говоримое о Нем в несобственном смысле, приписывается Богу в смысле собственном, так как само собою очевидно, что в каждом месте и в каждом изречении только приличное и соответственное толкование порождает истину.

На слова: в Том живет всяко исполнение Божества телесне (Кол.2:9).
Ты говоришь о себе, что не разумеешь сказанного: в Том живет всяко исполнение Божества телесне, а я думаю, что сказано: телесне вместо существенно. Ибо пречистым сим храмом управляла не действенность Божества, порождаемая сущностью, но самая сущность, имеющая тысячи действенностей, не частным обладающая дарованием, а составляющая источник благ. Тот, говорит Апостол, Кто царствует со Отцом, держит бразды всего премирного и правит земным, вочеловечился и с военачальническими оружиями стал во главе дружины, чтобы и их украсить, и даровать победу человеческому роду, и обратить в бегство зловредных демонов, и сокрушить высоко о себе думающего вождя их, и Церковь наполнить тьмочисленными дарованиями.

Царь стал предводителем, сказано у Апостола, а не военачальник украсился царским достоинством. Царь среди дружины в зрак раба сокрыл Свой сан, а не воин присвоил себе царское достоинство. Царь был законоположником, а не воин усвоил себе право законодательствовать. Царю свойственно говорить: Аз же глаголю вам (Мф.5:22); Самодержцу: хощу, очистися (Мф.8:3). Имеющему неограниченную власть: буди тебе, якоже хощеши (Мф.15:28); Владыке: молчи, престани (Мк.4:39). Оставляю прочее сему подобное, чтобы перечислением всего не продлить слова.

Если же смущает тебя страдание и то, что предпринято было против Бога, но коснулось только плоти, то выслушай, что говорит первоверховный Апостол: Христу убо пострадавшу плотию (1Пет.4:1). Посему, если тот, кому вручены ключи небес, сказал, что в собственном смысле пострадала плоть, которая может страдать (ибо Божество бесстрастно), если Иудеи, как убившие Наследника, претерпели то, что выше всякого ужаса, да не смущает тебя страдание; а напротив того, да руководит к величайшему благодарению за то, что бесстрастный Царь, не допускающий и тени изменения, отдал плоть Свою на страдания и, изрекши многое, как немощный человек, чтобы сею хитростью пленить хитреца, и воздвигнув славные победные памятники, возшел на небеса, облекшись в начаток нашего естества.

Если же Он, как говорят, был простой человек, украшенный Божественною благодатью, то по какой причине Иудеи, убив многих святых мужей, не потерпели ничего подобного, а тем, что претерпели Иудеи за Него, препобеждается всякое сравниваемое с сим страдание? Но очевидно по той причине, что те были святые, а соблаговоливший вочеловечиться есть Единородный Сын Божий.

То самое, что принявшие страдание были не одного и того же достоинства, но что они были рабы, а Сей — Владыка, стало для Иудеев причиною нещадной казни.

Сей есть наследник (Мф.21:38), — сказали делатели винограда и устремились убить наследника, а не подобного им раба, истинного Сына Домовладыки, а не одного из среды своей, украшенного достоинством всыновления. Ибо почему после рабов послан Сын, Которого надлежало почтить? Почему называется Он вторым человеком с небесе (1Кор.15:47)? Почему снисшел Бог и действовал заодно с Человеком?

Почему смирил Себе (Флп.2:8), будучи равен Богу? Почему Бог Сына посла в подобии плоти греха (Рим.8:3)? И почему не уничижаются Пречистые Тайны, когда по видимости они Тело и Кровь человека? Почему изрек: тело же совершил Ми еси (Пс.39:7)? Почему необходимо было иметь и Ему нечто такое, что мог бы принести? Почему же Собственною Своею Кровию искупил пленных? Или почему Господа славы распяли (1Кор.2:8)? Почему Слово плоть бысть (Ин.1:14)? Почему многочастне и многообразне Отец глаголавый во пророцех, впоследствии глагола в Сыне (Евр.1:1.2)? Или почему Сын преискренне приобщися техже (Евр.2:14)?

Но чтобы, перечисляя все, не обременить твоего слуха, скажу все вместе: когда Бог выражается смиренно, это согласно с домостроительством, полезно, и нимало не вредит Его пречистому достоинству. Простому же человеку говорить что-либо божественное и преестественное есть знак самой крайней дерзости. Царю позволительно говорить и думать о себе скромно; но непозволительно говорить по-царски воину или военачальнику. Итак, если вочеловечившийся был Бог, как и действительно Он Бог, то имеет место и уничижительное; а если Он был простым человеком, то не имеет места высокое.

На слова: совлек начала и власти, изведе в позор, изобличив их в себе (Кол.2:15).
Борца сильнейшим и искуснейшим показывает то, что он, будучи преодолен нападениями противников и потом освободившись от них, низлагает их на землю. Посему же и Христос вступил в брань с демонами Крестом, чтобы посрамить их очевиднейшими знамениями победы. Вот смысл того, что желал ты знать: совлек начала и власти, изведе в позор дерзновением, изобличив их в себе. Ибо действительно демоны изобличены, побежденные Подвижником, у Которого пригвождены руки и ноги. Действительно опозорен диавол, побежденный и уступивший над собою верх единой Плоти, повешенной на Кресте.