ВЗ-Толкование на некоторые места книги Притчи Соломона

Что значит сказанное в Притчах: вшедый к жене мужатей не без вины будет (Прит.6:29)?
Спрашивал ты, по какой причине после написанного: вшедый к жене мужатей не без вины будет, сказано: ниже всяк прикасаяйся ей. Ответствую, что приточник слово внити употребил в смысле иметь общение, по сказанному Саррою Аврааму: вниди к рабе моей, и чада сотвори от нея (Быт.16:2); а слово прикоснуться употребил в смысле лобзать и обнимать. Ибо и последнее, хотя в сравнении с общением не представляется грехом, однако же, по суду истины, справедливо называется падением. Если и пытливое воззрение признается прелюбодеянием, то тем паче будет сим признано прикосновение. Как на картинах краска производит большее впечатление, нежели очертание, так и в отношении тел прикосновение действует сильнее воззрения. Посему если осуждается воззрение, которое менее грубо, то не без основания воспрещено прикосновение, как наслаждение более грубое.

На сравнение в Писании прелюбодеяния и воровства: аще кто ят будет крадый (Прит.6:30 и сл.).
Не знаешь ты, кажется, что черты сравнения берутся, когда речь идет о предметах однородных, а не разнородных, и не в противоположные ряды ставится сравниваемое по этим чертам, а показывается ими малость и превосходство. Как грехопадение одно худо, другое хуже, а третье всех хуже, например, воровство худо, хуже блуд, а прелюбодеяние всего хуже, так и преуспеяние одно хорошо, другое лучше, а третье всего лучше; например, брак хорош, воздержание лучше, а девство всего лучше.

Посему меньшее из наилучшего ставится не в противоположный ряд, но в тот же, только ниже. Кто целомудрен, тот будет сравнивать не блуд с девством, но воздержание и честный брак. И Писание, делая сравнение воровства и прелюбодеяния, сказало: не дивно, аще кто ят будет крадый; крадет бо, да насытит душу свою алчущую. Прелюбодей же за скудость ума погибель души своей содевает (Прит.6:30.32). Изрекло же сие не в извинение крадущему и не освобождая его от вины, но, сравнивая воровство с прелюбодейством, которое всего хуже, показало, что воровство менее грубо и легче, особенно когда оно следствие нищеты.

На слова: всяк муж является себе праведен (Прит.21:2)
Многие из людей (помедлю сказать: все, хотя, по-видимому, и подтверждает то Писание) не потому, что любят правду, но потому, что смотрят на тех, кто еще менее держится правды, сравнивая себя с худшими, составляют мнение о своей праведности. Они не вникают в Божественные заповеди, каковы он сами по себе, и не по их правилу благоустраивают собственную свою жизнь, но измеряют свое поведение поступками нерадивых ближних.

Посему-то сказано и то, что желал ты узнать: всяк муж является себе праведен, ибо слеп он для того, чтобы видеть преуспеяния ближнего, но зорко видит их недостатки, как и коршуны, часто пролетая мимо лугов и садов, бросаются на мертвые тела. Посему Писание присовокупило: управляет же сердца Господь, — сердца или устранивших от себя такое мнение, или благоустроивших жизнь свою по Божественным заповедям, или превзошедших то, что свойственно человеку, и доблестным житием достигших высшего жребия и достоинства, по сказанному: Аз рех: бози есте и сынове Вышняго вси (Пс.81:6).

На слова: «доискивающиеся от чрева своего и учащиеся даже до старости».*
Сказанное: «доискивающиеся от чрева и учащиеся», согласно со словами: всегда учащася и николиже в разум истины приити могущия (2Тим.3:7). Ибо слово доискивающиеся вот что значит: хотя они рассматривают они и выслушивают, однако же состарятся в невежестве; не потому, что целую жизнь были любознательны (за сие заслуживали бы одобрение), и не потому, что стали учиться поздно (это вторая добродетель, ибо лучше учиться поздно, нежели быть невеждою), но потому, что, всегда показывая вид, будто бы учатся, и при этом оставив желание мудрости, они решились быть подлинными питомцами невежества.

* Слова сии не читаются у семидесяти толковников, но встречаются в еврейском тексте, в книге Притчей (22:6).

На слова: седмерицею падет праведный (Прит.24:16)
Сие: седмерицею падет праведный, — сказано не просто, но потому, что борющийся законно падет необходимо и подвижнически. Сие же не во всяком случае является причиною поражения, но часто приводить и к победе. И многие, пав, истощили силу тех, которые думали устоять, ударом ноги заставив их повергнуться всем телом на землю и похитив у них победу. Почему приточник не только сказал: падет, но присовокупил: и возстанет, — чтобы указать на венец. Если же человек, когда и падет, немедленно соберется с силами и восстанет, то рассуди, насколько он доблестен.

На слова: аще алчет враг твой, ухлеби его (Рим.12:20; Прит.25:22)
Не знаешь ты, кажется, что новое любомудрие возвышеннее древнего совета, данного младенцам. Ибо правило, для тебя удивительное: аще алчет враг твой, ухлеби его; аще ли жаждет, напой его, — предписывает не что-либо крайне великое и отважное, но даже желаемое. Дойти человеку до такой крайности, чтобы возыметь нужду в сострадании врага, как я полагаю, тяжелее всякого бедствия и всякого наказания. Так признавали это многие, говоря: «не приму подаяния от врагов моих». Итак, если для тех, кто это делает сие согласно с их желанием, а для терпящих служит наказанием, то чему удивляешься? И особливо, когда это не простое благодеяние, но обращающееся в великое мучение. Сие бо творя углие огненное собираеши на главу его (Прит.25:23).

Итак, если дело само по себе обращается в наказание, да и делается оно с тем, чтобы прилагать новое мучение (не заслуживают внимания те, которые слова приточника объясняют так: «согреешь в нем владычественный ум и заставишь его воспрянуть»; ибо тогда Приточник не сказал бы о крайности голода, но повелел бы пользоваться сим во всякое время), то я со своей стороны удивляюсь не тем, которые так поступают, но тем, которые, видя врагов в благоденствии, не негодуют на них, но хвалят их и молятся о них, как предписывает новое любомудрие, говоря: любите враги ваша, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть и изгонящия вы (Мф.5:44). Ибо там смиряет нужда, а здесь испытывается одно сердечное расположение. Если же и Апостол употребил древний совет, то для всякого явно, что слово его было к несовершенным.

На слова Писания: якоже суть не подобна лица лицам, сице ниже сердца человеков (Прит.27:19)
Хотя все добродетели вожделенны любителям прекрасного, однако же иные более расположены к некоторым из них. По преимуществу кто чтил целомудрие, кто правду, кто мудрость, кто мужество, кто иные добродетели, хотя не оставляли и прочих, но по ним сделались более известными. Так например (посмотрим на первую, или вторую, или третью из добродетелей), об Иосифе говорится, что он был целомудреннейший, хотя подвизался и во многих других добродетелях. Авраам именуется страннолюбивым и верным, хотя украшался и многими другими добрыми качествами. Иов признается мужественным, хотя преуспевал во всякой добродетели. В чем каждый наиболее был силен, от того и заимствовано для него имя.

А что сие действительно так, увидим, если всмотримся в правила истины, разумею Божественное Писание. Что же говорит оно? Якоже суть неподобна лица лицам, сице ниже сердца человеков. Какое чудо! У всех существенные черты одни те же, и в таком множестве лиц, конечно, есть различие, так что познание взирающих на лица неодинаково. Если в некоторых, по-видимому, и есть иногда сходство, то непременно отыщется и что-либо отличительное. У многих глаза прекрасны, но и в них есть разница: у одних глаза голубые, у других они подобны гроздьям; у кого они черные, а у кого светлые. Есть также особенность и в волосах. Бывают и курносые, но не все одинаково. Напротив того, у одного тот, а у другого другой член красивее. Один бел, а другой черен. И непременно есть что-либо отличительное. Ибо всего перечислить невозможно.

Так и сердца у людей. Не всем одно и то же нравится; но одним — одно, а другим — другое. Даже самые любители одного и того же не одинаково расположены по отношению к любимому, но одни желают сего в большей, а другие — в посредственной мере. Сколько целомудренных, но не одинаково! Одни возлюбили девство, другие — воздержание, а иные — честной брак. Сколько милостивых, но различающихся между собою! Сколько справедливых, но не похожих друг на друга!

То же можно видеть в отношении не только добродетелей, но и пороков. Сколько самых злонравных! Но они распознаются по их отличительным свойствам. Сколько похотливых! Но не все пленены одним и тем же. А если и одним пленены, то не все одинаково к этому расположены, но одни наслаждаются удовольствиями естественными, а другие — не свойственными природе.

Одни ругаются над естеством в том, что для него законно, а другие — в том, что незаконно. Одни трусливы, а другие готовы кидаться в опасности. Одни слишком бережливы, другие расточительны. Одни и слова выслушать не могут, другие не трепещут и наказаний. Одни льстивы, другие хотят, чтобы им льстили. Одни увеселяются пьянством, другие — зрелищами; иные — песнями, а иные — плачем. Одни разбойничают в пустынях, другие — в городах. Одни убивают людей, другие не терпят и вида убитого животного. Одни робки, другие дерзки. Но если бы решился я перечислить все грехи, то не мог бы кончить, хотя бы и захотел. Посему, воздав чествование священным и Божественным Писаниям, прекращаю свою речь.

На слова Писания: трие ми суть невозможная уразумети, и четвертаго не вем (Прит.30:18).
То, о чем ты спросил, не без затруднительности, а напротив того, с великою болезнью порождает мудрую мысль. Ибо ведение Божие, — эта бездна, умудрившая разумнейшего Соломона, — посеяло в его словах много намеков о Божием вочеловечении. Были ли они неведомы ему, не знаю, но они весьма приспособлены к нашему пониманию. Сюда относятся и сии четыре, приводившие Соломона в недоумение, как невозможная уразумети. А ты домогаешься изучить это, как удобопостижимое. Но не скажу тебе сего, как имеющему достаточные силы найти искомое, если не будешь избегать труда.

И ты имеешь талант и не суди, потому что сам будешь судим в том же: трие ми суть невозможная уразумети, и четвертаго не вем, — сказал Соломон, — следа орла паряща. Это — Божеское естество Сына, недоступное всякому человеческому разумению. И следы Твоя не познаются, — говорит Дух Божий в псалмах (Пс.76:20). А Моисей видел орла сего, крылами покрывающего народ в пустыне (Втор.32:11) — И пути змия на камени. Кривы пути змия, внушающего нам преступление, — это грехи, не нашли они пути по камени. Камень же есть Христос (1Кор.10:4), пребывший неизменным, когда воплотился: ибо греха не сотвори, ни обретеся лесть во устех Его (1Пет.2:22) — И стези корабля, пловуща по морю. Когда спасающее всех Божие домостроительство, наподобие нагруженной ладьи, переходило пучину смерти, тогда воззван был род наш из сей пучины, пути же этой мертвости не обрелось во аде. — И путей мужа в юности. Под юностью разумел здесь Соломон воскресение из мертвых, когда прекратится тление и естество обновится в нетление. Сего-то состояния взыщи. Но спросишь, какими будем, восстав из мертвых? Указывая на сие, Господь сказал: праведницы в живот вечный, а грешники — в муку вечную идут (Мф.25:46).

Что значит: таков путь жены блудницы, и т.д. (Прит.30:20)?
С предшествующим весьма согласно и остальное, что составит самую тесную связь со сказанным. Таков путь жены блудницы, а за сим следует: яже егда сотворит, измывшися, ничто же, рече, содеях нелепо. То есть, как пред сим сказанное не явно, частью потому, что сего не было, частью потому, что оно видимо только Богу, так и грехи нового народа очищаемы будут банею Крещения, которое Соломон называет совершенным измовением загрубелости и уничтожением ее следов. И принимая его верою, Христова Церковь убеждена, что ничто же содея нелепо, приобретя сею банею отпущение прежнего. А что блудницею Господь называет всякую душу, неверующую и противящуюся заповедям Его, это найдешь во многих местах слова Божия, например: соблудила есть с каменем и с древом (Иер.3:9); и еще: род лукав и прелюбодей знамения ищет (Мф.12:39).